анкета.
Звездное небо на холсте художника дрогнуло, и все блеклые, никому не нужные звезды ринулись вниз, к истокам журчащей воды, к самым глубинам прошлого. Пространство сужалось медленно, пока не превратилось в длинную, идущую в никуда линию, став опущенным веком, которое закрыла иная, более тяжелая оболочка. Реснички на глазах, словно крылья маленькой бабочки, встрепенулись во сне и продолжили свой путь к вершине в ином измерении. Полет был недолгим, хоть и покрыт был приторно-сладким обманом, в котором утопали девицы. Они словно «порхали», ткань их платьев вздымалась до колен, опускаясь, когда взор мужчин становился более заинтересованным: сохранять интригу всегда было их уделом.
Панталоне.
1. Имя. Феофан Сергеевич Вексель. Множество бумаг, лежащих на столе, не придавались вниманию, кроме нескольких последних. Текст чистый, в народе — каллиграфический, выполняемый с особой осторожностью, как люди, хоронящие драгоценности или родных, зная, что будут винить себя. Когда одна из родственных душ скользит по комнате, взбираясь, как на Эверест, на маленький подпертый стульчик. Он шатается и скрипит под ногами, до последнего стараясь выслужиться перед высоким чином, впоследствии падает, рушась. Власть наверху, а вокруг шеи обвязана тугим узлом веревка, которая называется смертью. Ненужный сосуд качается и падает прямиком на лист бумаги, становясь сухими буквами. Панталоне. Именно такое имя уцепил мужчина из документов на инвестицию в похоронное бюро. Буквально выцарапав из чужих лап маску.
Возраст:26 лет.
2. Возраст. Шестеренка крутится в общем механизме, зная, когда ее поставили, но понятия не имеет, что было «до». Ее пробуждение и цели полностью совпадают со всеми, покрываясь мелким налетом. Она станет распространяться по телу, как болезнь, пока не поработит всю экосистему, став с организмом одним целым. Навсегда и никак иначе, ведь понятия возраста для нее не существует — лишь деление на «до» и «после». По последним данным, мужчине 26 лет. Молод для своей расовой категории. Назвать в привычном понятии нельзя, ведь время затронуло только его помутневший взгляд и боль, ставшую привычными маленькими палочками, а тело — барабаном. Каждый взмах и удар сопровождался тихим вздохом. Он пропадал сразу, как лицо, запечатлевшее неприятные ощущения. Ведь боли в ногах — распространенная проблема, с которой знаком практически каждый второй человек. Как любое существо ,делящие на расовую категорию.
Раса: Вампир.
3. Раса. Воспоминания размыты и походят на старую пленку, что висит над ведром с отходами. Их бесформенные тела извиваются, вытягиваясь прямо по горизонтали, уходя вдаль без конца. Они — ниточки, что легко рвутся при нежелательной беседе.
Род,ремесло.
4. Род ,ремесло. Является домоседом, что стало своеобразным проходом в несколько измерений. Убежище, где можно позабыть о физической силе, выставляя умом большую часть. Забывается сильно в обществе. Боится отдать самого себя, став пустой оболочкой. Обычный сосуд.
Внешность.
Панталоне не заботится о выборе одежды для светских приёмов: он не настолько важная фигура, чтобы это имело значение. Тёмные волны волос спускаются до ушей — как болото трупов, в котором застряли камни и улитки, став одним целым на дне морском. В сырую погоду волосы пушатся у чёлки. В сильный ливень он похож на барашка в стоге сена — особенно когда дождь стучит по железным вёдрам в такт копытам лошади, везущей господ на тайное мероприятие под видом деловой встречи. Попасть на такой банкет — шанс «один на миллион».Лицо Панталоне — как береговая линия: одна часть переходит в другую, и волна не обрывается. Открытый лоб — утёс, с которого начинается прилив. Покатые брови — мшистые дюны, сползающие к глазам. Глаза — тёмно-голубые блюдца, две глубокие заводи, блестящие на солнце и отражающие мир, засыпанный песком и погребённый под землёй. От них вниз идёт нос — хребет под водой, чьи ноздри ловят солёный ветер перемен. Губы — две створки раковины: плотно смыкаются, когда он молчит, и приоткрываются, когда голодный желудок сводит в тугой узел. Скулы — выступающие рифы, о которые разбиваются тени. Кожа светлая, зимой почти белая, как пена на гребне самой высокой волны. И каждая деталь перетекает в следующую, как море не знает разрыва между водой и небом.Когда волна отступает от лица, она ложится на плечи тяжёлым серым меховым палто— таким же, как небо перед штормом. Панталоне кутается в него, бродя по старому кварталу, и кажется, будто море само накинуло на него свой лоскут. Узоры внутри плаща держатся на плечах, как присоски медуз, удерживающие тело там, где берег встречается с пучиной.
Характер
Обесценивание чужих поступков и жизней были указаны пальцем чужим человеком, просящий пожалеть и ничего не делающий, чтобы спасти себя.