8 глава Игра под маской
(Возможно присутствие ошибок в орфографии и грамматике. Прошу отнестись с пониманием)
Миа чувствовала, что всё накаляется. На работе, вне её, в её мыслях — всё было пропитано этой опасной игрой, в которой она и Эриксон не могли остановиться. Но внутри неё росла уверенность, что наступит момент, когда она должна будет сделать выбор. Эриксон продолжал появляться в её жизни, его флирт становился всё более настойчивым, а её сопротивление — всё более шатким.
Однажды ночью, после долгого дня работы, когда её расследование почти подошло к завершению, она получила сообщение от неизвестного номера "Ты слишком близка к правде. Если хочешь остаться живой, забудь всё, что ты узнала."
Этот момент стал поворотным. Миа поняла, что больше не может ждать. Она не может продолжать скрываться за маской уверенности, пока его темная сторона неизбежно приближается к ней. Эриксон знал, что она следит за ним и был готов к этому.
В тот вечер, она пришла в его дом. Он встретил её с привычной улыбкой, но на этот раз что-то в его взгляде было другим — напряжённым, почти угрожающим.
— Ты пришла за ответами? — спросил он, усаживая её в кресло и сам садясь напротив.
Миа взглянула на него с решимостью.
— Я пришла открыть твою маску, Эриксон.
Он вздохнул и медленно встал, направляясь к окну.
— Я знал, что ты не сдашься. Ты слишком любопытна. И слишком сильна.
— Ты думал, что я просто уступлю твоим играм? — спросила она, не скрывая разочарования.
Он обернулся и в его глазах мелькнула тень сожаления.
— Я не хотел, чтобы это всё привело к такому моменту. Но я тоже не мог позволить тебе уйти, не зная всего.
Миа почувствовала, как её сердце начинает биться быстрее, но она сжала кулаки, чтобы не поддаться.
— Ты правда думаешь, что мне нужно твоё объяснение? Что я буду смотреть на тебя так же, как раньше? Ты убийца. Ты манипулятор. И ты использовал меня.
Он шагнул к ней, но в его движениях не было насилия, лишь искреннее сожаление.
— Ты была мне нужна, Миа. Ты заставила меня чувствовать вещи, которые я никогда не хотел чувствовать. Ты показала мне, что я могу быть чем-то большим, чем просто машиной для убийств.
— Ты хотел, чтобы я полюбила тебя? — её голос стал почти шепотом. — Ты думал, что я тебя пойму? Что я смогу принять тебя таким?
Эриксон закрыл глаза.
— Нет. Я просто хотел, чтобы ты увидела меня, прежде чем я уничтожу всё вокруг.
Она встала, не сводя с него взгляда.
— Ты уничтожишь сам себя, если не остановишься.
На миг его лицо исказилось, как будто он не мог поверить в её слова. Но затем он медленно подошёл к ней, положил руку на её плечо.
— Ты права. Это игра, которая не может закончиться хорошо для нас обоих. Но знай одно я не жалею, что встретил тебя.
Миа оттолкнула его руку, её глаза полны решимости.
— Нет, Эриксон. Ты не сможешь управлять мной. Я не буду частью твоей игры.
Она направилась к двери, но в последний момент остановилась и обернулась.
— Ты был опасен для меня и возможно для других. Но я не собираюсь стать ещё одной жертвой твоих манипуляций. Я ухожу. И больше никогда не ищи меня.
Она шагнула в ночь, чувствуя, как в груди утихает последний тяжёлый удар сердца. Всё позади. Все игра завершена. Она знала что им двоим будет трудно так жить, поэтому надо было оборвать с ним связь.
Эриксон остался в своём доме, смотря в пустоту. Он потерял её и возможно, сам себя тоже. Но одна мысль не давала ему покоя возможно, Миа была единственным человеком, кто мог бы спасти его, если бы он сам позволил себе быть спасённым. Но теперь это было слишком поздно. Она ушла. И с ней ушла его последняя надежда на спасение.
Он ходил по дому, теряя счёт времени. Он пытался вернуть её образ в своих мыслях, но всё, что он видел, это её исчезнувший силуэт. Все его злодеяния, все его ошибки, всё то, что он когда-то считал нормой, казалось теперь невыносимым.
Эриксон встал, чувствуя, как его руки начинают дрожать. Тогда он вспомнил её слова "Ты уничтожишь сам себя, если не остановишься". Он подошёл к столу, на котором лежал пистолет. Он всегда знал, что его конец будет таким. Он поднес оружие к виску, его мысли были ясны. Он закрыл глаза, сжался от боли и нажал на спусковой крючок. Тишина снова опустилась на его дом и на этот раз она была окончательной.