Окончательный лор: Какущи Бендо
Эта статья создана для того, чтоб продолжать знакомится с моими осам. На очереди Какущи Бендо. В телеграфе я расписывала о истории создания персонажа, а здесь я поведаю его историю.
Небольшая помарочка: т.к персонаж был создан для ролевой сессии днд, то момент, где начинаются события ролевой, будут перенесены в другое место. Здесь будет исключительно лор персонажа ДО событий ролевой.
Лор поделен на несколько глав, где я рассказываю про каждый период жизни Какущи Бендо. Приятного чтения
Глава 1. Киккава. Жизнь в клане Бендо
Клан Киккава - один из немногих кланов, которые были стерты из истории, потому что не всем кланам, какими бы они не были великими, не суждено просуществовать достаточно, чтоб оставить отпечаток в истории. И если уничтожается любое упоминание клана, под угрозу стерения с истории Востока также попадают и роды, благодаря которым клан развивался и становился сильнее. Одним из таких родов стал клан Бендо, где родился Какущи.
Независимо от обстоятельств, память о клане будет сохраняться до тех пор, пока жив Какущи Бендо. Вероятнее всего, он сохранял эту память о клане в своих книгах, которые старался распространять на Востоке. По крайней мере, это одно из его работ всей оставшийся жизни. И это история о том, как из семьи лидера клана вырос воин, который несмотря на больные потери, продолжает жить и быть верным своим идеям, не становясь худшей версией себя
О семье Бендо
Клан Бендо являлись выходцами из клана Иноуэ(дом Ханабира), который в свое время взял их под свое крыло, когда Бендо ещё были простыми кузнецами, которые ковали оружие на заказ и развивали собственное боевое мастерство в перерывах от работы. Вероятнее всего, это стало главной причиной заинтересованности тогдашнего главы клана Иноуэ. Но мы поговорим потом о прошлом клане Бендо, когда речь будет про Мейо Бендо, и теперь мы перейдём ближе к тому отрезку времени, когда Мейо Бендо стал отцом.
Стоит начать с того, что клан Бендо, когда стал частью целой иерархии кланов, состоящий из двух главных домов в самом сердце Киккавы, стремительно расширился, потому выходит так, что есть две части семьи Бендо: первая часть семьи продолжает старое дело Бендо, но также они развивают и другие отрасли такие как боевое искусство Бендо и медицину. Вторая часть семьи это как раз таки семья сёгуна(щёгуна) Мейо Бендо, в которой родился Какущи. И в жизни Какущи участвовала только эта семья.
Как было сказано только что, отец Какущи, является сёгуном(щёгуном), - правителем клана Киккава. Мать Какущи, Йари, является родом из Тибета. Тибетцы, а именно та часть, откуда Йари, стали союзниками Киккавы с приходом Мейо к власти. По сути, тибеты не живут в самой Киккаве, но они получили земли, находящиеся рядом с Киккавой(т.к тибеты расположены практически в разных уголках востока, пусть и в основном в центральной, где ныне находится нынешний Китай), и благодаря союзу с Бендо, их язык и культура имеют огромное распространение в Киккаве. И также благодаря союзу, Мейо познакомился таким образом с Йари.
Обе стороны семьи Бендо жили в разных поместьях, но не сказать, что расстояние огромное - скорее, причина крылась в определенных запретах или оговоренностях между этими семья. Какущи не помнит, чтоб часто видел эту сторону семьи во дворе. Только если не были особые случаи(праздники, мероприятия внутри кланов). Но, в общем-то, он считает, что ему вполне достаточно того, что у него есть именно его небольшая семья, которая его любит.
Можно лишь сказать, что Мейо максимально старался создать для Какущи комфорт в семье, без участия их второй части семьи. Потому Какущи не участвовал и не был ввязан в дальнейших заворушках внутри клана Бендо. Было ли это правильно или просто вынужденная мера отца - Какущи до конца не уверен. Он практически не углублялся в эту часть истории своей семьи.
Глава 2. Детство Какущи
Рождение Какущи было достаточно волнительно для семьи, в особенности отца т.к клан Бендо имеет наследственное заболевание, которое могло бы скосить Какущи по здоровью при достижении 5-6 лет. Однако, на удивление отца, Какущи, достигнув того возраста, не проявил никаких признаков болезни. Словно и никогда не было предпосылок к ней. Вероятнее всего, все благодаря генам матери и ритуалам по защите дитя(Йари проводила с родителями эти ритуалы, пока Мейо был весь в работе).
По большей части, старшая сестра, Фураве, и мать занимались воспитанием Какущи, отец тоже участвовал в воспитании сына, но воспитание больше уходило в обучении боевым техникам, и лишь иногда он учил Какущи обыденным вещам в контексте морали, если он находил время от правления Киккавой. Благодаря матери, Какущи знает тибетский и очень многое знает с их культуры и обычаев. Некоторые из обычаев у Какущи заметны до сих пор. Очень часто также Какущи посещал сам Тибет и все больше проникался их культурой и глубже изучал их язык.
В целом, Какущи был спокойным и в меру любопытным парнем. И в какой-то степени он казался простым, несмотря на свое происхождение. Его теплота и доброжелательность была очень заметна: он очень хотел подружится с другими детьми, независимо от их статуса. Статус не волновал Какущи абсолютно, но не все дети понимали это. Впрочем, с некоторыми у Какущи удалось установить контакт и в целом этого было достаточно для Какущи.
Когда Какущи подрос, он был больше занят образованием и обучением йаидзюцу с искусством Бендо, чем развлечениями со своими сверстниками. Из-за этого, у Какущи круг общения сузился значительно. Но он старался как мог видеться с друзьями, ведь ценил их очень сильно
Тема подростковой влюблённости касалась Какущи однажды, однако его не видели как партнёра как такового, а лишь другом, ведь он был слишком наивным для некоторых девушек. Потому Какущи больше не пробовал и перестал проявлять такие яркие эмоции, как раньше. По крайней мере, это касалось как раз таки первых отношений, даже после советов Фураве. Какущи подумал, что он еще слишком юн для такого, раз в нем пока видят только друга, потому решил не зацикливаться на этом. С друзьями он старался быть все также открытым и заботливым, но все равно, он стал ещё более сдержанным и все больше погружен в обучение, из-за чего встречи становились все реже. И тем более он от них постепенно отстранился, забывая о том, что когда-то хотел просто погулять с ребятами.
В конечном итоге, он заявился однажды к своей сестре со словами о своём желании стать самураем, ведь часто вдохновлялся Фураве. К тому времени, Фураве уже возглавляла свой взвод самураев, однако сама Фураве все равно была немного удивлена решению Какущи. Впрочем, она дала добро на продвижение Какущи, а после и отец, который предупредил Какущи о возможных трудностях и строгости этого этапа, но Какущи был твердо уверен в своём решении. Никто Какущи отговаривать не собирался больше.
Однако реакция сестры ещё долгое время не покидала Какущи. Ему всегда казалось, что Фураве горит этим делом, и верность кодексу честь очень сильна. Это практически главная цель в жизни тех, кто любит и дорожит своим кланом. Эти мысли также начали более ярко возникать из-за слухов о Фураве: мол, она собралась уйти со службы, что сильно порекается, если нет прям критических причин. Однако слухи на то и слухи, чтоб не быть правдой, не так ли?
Впрочем, Какущи понимал также и то, что его сестра имеет очень много обязанностей и на ней весит огромная ответственность, и в первую очередь за людей. Какущи осознает и то, что становясь полноценно самураем это означает быть полностью служить кодексу чести и своему хозяину, ведь самурай без своего хозяина - не самурай. И любые эмоции это уязвимость для самурая.
Потому, с того момента, Какущи окончательно начал учится проявлять по минимуму эмоций и лучше оттачивать свои навыки в бою, ведь главное правило - не проявлять эмоции и даже сожаление к врагам.
Глава 3. И пока последняя сакура не увяла...
Теперь мы немного перемотаем время вперёд, ведь особо больше ничего не происходило значимого для упоминания в жизни Какущи до событий, которые повлияли не только на Какущи, но и на всю дальнейшую судьбу Киккавы
Напряжение внутри Киккавы
О основных событиях в этом временном периоде будет рассказано в статье про отца Какущи, Мейо.
Многое, что касается событий внутри Киккавы, так или иначе мало влияет на Какущи. А если точнее, то в событиях Киккавы он не так сильно принимал в этом участие. И это связано с тем, о чем сейчас и пойдёт речь.
Начнём с того, что напряжение между кланом Асикагэ и Бендо лишь росла, особенно, когда все больше начали активно вести дела клан Асикагэ, которые горели идеей свергнуть клан Бендо. У них был огромный план, который привёл к перевороту и гражданской войне в Киккаве. За все года существования Киккавы, это было впервые.
Арест и казнь Фураве
Если брать со стороны, которая так или иначе влияла на Какущи, то это момент, где род Хосокава и Ханабира вынесли обвинение в сторону Фураве. Обвинения были про совершенные Фураве преступления против Тибетов и выполнения приказов, которые шли прорубь законам и кодексу чести самурая. Речь про высокопоставленных лиц, которые руководили армией Киккавы и в других союзных кланах. Насколько правдивы были эти обвинения, неизвестно, однако Какущи, который был единственный на стороне защиты своей сестры, всячески пытался доказать неправоту судей, и даже показывал доказательства того, что его сестра не была замешена в подобных историях, и что это все совершенно лишь чтоб её подставить. Больше всего Какущи напрягало то, что Фураве все заседание молчала, не отрицав обвинения. Она лишь с горьким взглядом смотрела на попытки брата защитить её и доказать, что обвинения лживые.
Все, что в ответ Какущи услышал, так это слова о том, что в Киккаве не спокойно, что отец Какущи делает все возможное, чтоб урегулировать конфликт в Киккаве, и пока его нет на самом слушании, слова Какущи не имеют веса, и уж тем более доказательств недостаточно, чтоб суд их принял. И уж тем более, когда Фураве не соглашалась со словами Какущи или хоть как-то вообще пыталась дать понять суду, что Какущи говорит правду
После заседания, Фураве заключили в тюрьму, и Какущи практически не покидал сестру, сидя по ту сторону решёток. Он всячески пытался убедить сестру в том, что она должна была защищать себя, ведь ей явно грозит смертная казнь, однако ему Фураве сказала следующее:
-Иногда есть вещи, о которых не хочется говорить, чтоб не вредить...Я все это совершила лишь бы никто из них не тронул тебя, Какущи...И я должна понести наказание за это...
Эти слова очень ранили Какущи и он лишь стиснул зубы, замолчав. Он провел оставшиеся время возле сестры, пока её не отвели на казнь.
Казнь наступила так быстро только по одной причине: Мейо Бендо был убит и Хизэши Асикагэ стал новым правителем, императором, и он дал добро на казнь Фураве.
Какущи связали руки и не дали мешать процессу. Ему оставалось только смотреть за тем, как его сестре уже отрубили прекрасные белые кудри и вели к весельнице. Казнь была публичная, и вышел перед народом Асикагэ, объявив себя новым императором, и что он положит конец сегуната и начнёт новую эру клана. И первое, с чего он начинает, так это с публичной казни клана Бендо, который правил Киккавой. Также он объявил о смерти Мейо и Йари, с которыми расправился лично.
Какущи не мог перестать чувствовать гнев на Асикагэ, но удар нанесён был казнью Фураве. Она была повешена. Последнее, что от неё он увидел, так это теплую улыбку перед смертью.
Побег
Это был конец для рода Бендо. И Какущи, пока происходили следующие казни членов клана Бендо, нашёл как отрезать верёвки и освободился. Все, что оставалось Какущи, так это забрать катану, которую ему оставила сестра перед тем как её увели на суд, и сбежать. В этом ему помог один из последних выживших Хатамото сёгуна(щёгуна) Бендо. Какущи дали лошадь и запасы, однако перед вратами Хатамото сёгуна(щёгуна) убили, но Какущи успел сбежать на лошади.
С того момента Какущи стал предателем Киккавы и на него объявили охоту.
Глава 4. Предатель
Какущи - единственный выживший из клана Бендо, и Асикагэ делают все, чтоб поймать его и убить. Какущи бежал как мог, пока лошадь не истощилась. Он понимал, что запасы не совсем равномерно распределены и этого не хватит, чтоб поухаживать за лошадью и себе на пропитание. Потому он просто нашёл деревню неподалёку и продал жителям лошадь. Он посчитал это вполне правильным решением: люди получили ездовую лошадь, за которой они лучше знают как ухаживать, а Какущи получил немного золотых. Валюта отличалась от той, которой он расплачивался в родном клане, но он надеялся, что это мировая валюта. Конечно, в той же деревне он увидел на горизонте прислуг Асикагэ, потому мигом покинул деревню. Благо, его не сдали жители местные.
В бегах Какущи был постоянно с момента как он покинул родной край. Какущи даже не спал, ведь понимал, что хоть немного он закроет глаза - прислужники Асикагэ поймают его и убьют. Потому, с этой мыслью Бендо сдерживал желание поспать немного. Он искал идеальное место, чтоб скрыться и хотя бы там отоспаться. И даже если он нашёл такое место, то Какущи сразу же сдали местные жители и прислуги наконец привели Какущи к Хизэши Асикагэ, который был одет в императорское одеяние и высокомерно смотрел на беглеца. Ухмылка дала понять, что с Какущи он не будет церемониться.
Пытки
Асикагэ всячески принижал словесно Какущи, оскорблял его семью, называя Бендо мерзавцами и чертами, которые захватили Киккаву и принижали ценность императорства как формы власти, пока Какущи молчал, смотря с ненавистью на того, кто захватил власть, убив его семью, и смеет оскорблять его семью. После нескольких безуспешных попыток хоть как-то спровоцировать Какущи на агрессию путем острых высказываний и попыток вызвать триггер, Хизэши приказал слугам заключить Бендо в цепи, и следующим шагом Асикагэ были пытки, ведь ему хотелось ещё немного вынести гнева на представителя клана Бендо. Он продолжал говорить о своей ненависти к Бендо при каждом ударе. Комната заполнилась хлопками по плоти и безудержному смеху императора.
Цепи сильно сжимали шею Какущи, от чего было ощущение, что он просто задохнется. Практически все тело было изранено плеткой с колючей проволкой, однако это было еще не все. Асикагэ приподнял лицо Какущи, слегка сжав, а после достал острое лезвие и заявил:
-Ты предал как Киккаву, так и свою семью. Что же тебя делает таким идеальным приемником Бендо самураем, если ты даже не спас своих родителей и старшую сестру? Это позор как для самурая, и ты это прекрасно знаешь, Какущи. Такой поступок показывает тебя исключительным слабаком, потому я нарекаю тебя предателем, проклинаю на то, чтоб ты мучался от потери других людей, которые тебе станут ближе...Лучше ты будешь страдать от вечного горя и боли, смерть лишь подарок, который ты не заслужил...
После этих слов, Асикагэ начал вырезать "символ" на левом глазу Какущи, заставляя того сдерживать крик, несмотря на сильную агонию. Он думал, что такого болевого шока он не выдержит, однако он лишь потерял сознание.
Побег
Какущи долго ещё держали в заключении, и он долго не приходил в себя. И пока его просто не трогали. Лишь ставили миску риса и не более того. Этого времени для Какущи оказалось достаточно, чтоб сделать самый рискованный шаг лишь бы спастись: стать мертвым. Прислуги увидели, что Какущи не двигается и не дышит, и доложили о смерти Какущи. Хизэши решил проверить, так ли это. Бендо так правдоподобно выдавал себя за мёртвого, хотя долго не подавать признаки жизни было очень тяжелым испытанием для него, особенно, когда он до этого в принципе не тренировал такой "навык". Но он смог заставить свое сердце перестать биться и пульс почти не было слышно(на это еще сказалось и то, что Какущи не ел еду, которую ему подавали прислуги. но тут скорее из-за того, что так они могут его отравить). И Хизэши поверил, приказав слугам просто выкинуть Какущи в канаву предателей, на которой он потом воздвинет огромную стену. И пока слуги несли Какущи, он постепенно пришёл в себя, хоть и с огромным трудом, и после решил нанести удар по слугам, кулаком зарядив в их лица, а после перехватил одного из них и свернул шею, а оставшегося вырубил. Какущи забрал одежду оставшегося прислуги, которого вырубил, и переоделся. Того, кому он свернул шею, отдал свою одежду, пока сам оделся как прислуга Асикагэ, и скинул его в канаву.
Осталось самое сложное - вернуть катану назад. Он знал, что катана у Хизэши, потому и оделся как прислуги, ведь как раз в комплект одежды входит платок с очертанием глаза, потому это помогло скрыть его лицо.
Какущи привёл вырубленного слугу и сообщил о "сопротивлении", в ходе которого этот слуга пострадал, тем самым он также старался правдоподобно повторить голос того, кого скинул в канаву. Хизэши поблагодарил его за выполненную услугу и ушёл. Это был шанс Какущи забрать катану, которая, как раз таки, лежала рядом с троном Хизэши.
Вероятнее всего, Асикагэ мигом словил себя на мысли, что голос "слуги" отличался, а потом увидел, что нет ни слуги, ни катаны Какущи. А Бендо угнал императорскую лошадь и сбежал. Асикагэ был обведен вокруг пальца, а Какущи решил сделать все возможное, чтоб максимально скрыться и найти одежду, которая бы максимально его не выделяла в толпе людей