Окончательный лор: Мейо Бендо
Эта статья создана для того, чтоб продолжать знакомится с моими осам. На очереди Мейо Бендо. В телеграфе я расписывала о истории создания персонажа, а здесь я поведаю его историю.
Лор поделен на несколько глав, где я рассказываю про каждый период жизни Мейо Бендо. Приятного чтения
Глава 1. Клан Бендо
Клан Бендо имеет длинную историю возникновения и становления в один из самых влиятельных родов в Киккаве. Мейо родился в клане Бендо в период, когда клан Бендо был частью рода Ханабира. И это всего лишь было начало новой эпохи.
Клан Бендо раньше были кузнецами, которые ковали оружие и были достаточно востребоваными за счёт того, насколько ответственно они относились к своей работе. Особенно они стали востребоваными, когда Киккава страдала от постоянных нападений и войн между другими восточными кланов после смерти основателя Киккавы, Щинкоу Ханабиры.
Но однажды представитель клана Иноуэ пожаловал к Бендо. В ходе общения он предложил заключить с Бендо союз, который заключался в том, что клан Бендо станет частью рода Ханабир, а взамен Бендо получат возможность развивать свой клан. Это было серьёзным предложением, потому Бендо согласились. В дальнейшем все полученные ресурсы уходили на развития как и основного ремесла, так и на другие направленности для того, чтоб можно быть на равных с другими значимыми кланами в Киккаве. Это стало отправной точкой для клана Бендо: от кузнецов до влиятельных политических деятелей. Бендо славились своим строгим подходом, оттачивая ремесла до идеала. Потому клан Иноуэ не ошибся, выбрав Бендо.
Госпожа и Господин Бендо были последними, кто занимался ковкой оружия до того как на них обратили внимание клан Иноуэ. Быть мастерами оружия и дослужится до влиятельного рода достаточно редкое явление. Никто и подумать не мог, что обычные кузницы, о чем роде больше ничего неизвестно, смогут достичь таких высот. Бендо стали уважаемы и со временем стали частью рода Ханабира, когда последний их представитель умер.
Если говорить о самих Госпоже и Господине Бендо, то они были достаточно строгими и принципиальными. С ними сложно что-то обсуждать кроме дел, но тем не менее, это им не помешало иметь хороших круг общения среди других кланов в роду Ханабира.
Скрытая от глаз наследственность
Когда наступил момент необходимости зачать детей, то у Бендо возникли с этим проблемы. Нет, речь не про то, что Госпоже Бендо было трудно забеременеть. Речь уже про родившихся детей. Первый ребёнок был очень слабым при рождении и когда достиг возраста 5 лет, состояние ребёнка стало ухудшаться. Симптомы сначала напоминали обычную простуду, но волосы начали белеть(не седеть в обычном понимании), что начинало беспокоить Госпожу и Господина Бендо. Они долго боролись за жизнь ребёнка, но тогда медицина не была так хорошо развита, и самочувствие ребенка лишь ухудшалось. Ребёнок задыхался, покрылся сильной сыпью и был бледен. Так и умер их первый ребёнок, без понимания, что вообще могло привести к такому.
И тогда Господин Бендо предложил Госпоже Бендо отправится в другие кланы в надежде узнать причину случившегося с их ребёнком. Результата это не дало, потому им лишь осталось смирится с тем, что их судьба по поводу детей уже решена и наследников явно им не видать. Но они все равно пытались.
Второй ребёнок. Теперь это началось, когда ребёнку было 7 лет. Те же симптомы, опять ничего не помогло, ребёнок умер. Госпожа уже пала духом, пока Господин Бендо настаивал продолжать.
В отчаянные моменты Бендо наведались в храмы внутри клана, молясь о том, чтоб родился у них здоровый ребёнок. Так они и сделали. Они много таких священных мест посетили, пока Госпожа была беременна третим ребёнком. И когда появился третий ребёнок, они освятили его именем Мицуо("сияющий/третий свет"). Они надеялись, что имена с подобным значением могут повлиять на судьбу ребенка. И поначалу они лишь давали все ребёнку, чтоб он ушёл счастливым, если наступит та же ситуация. И эти симптомы болезни проявились и у Мицуо. Госпожа уже была на грани, пока Господин был уперт, нанял медиков с других стран, в надежде, что у них отличаются методики. И уже совсем будто бы не осталось надежды. Госпожа не могла больше смотреть как её дети угасают один за другим, пока Господин остался в комнате Мицуо. Он не спал всю ночь, ведь если Мицуо не проснётся, то на клане Бендо можно ставить крест. Но когда наступило утро, Господин Бендо обнаружил, что цвет волос Мицуо стали прежними, а симптомов будто и не было. Господин позвал медиков, которые ночевали также в дворце. В итоге они подтвердили, что ребёнок выздоровел. От этих новостей Госпожа кинулась обнимать своего сына, громко зарыдав. Это было знаменования будущего. И Мицуо стал теперь носить имя Мейо, означавшим "честь".
С того дня Мейо стал тем, на ком и стал держаться клан Бендо. И потому, его начали готовить к будущим обязанностям
Глава 2. Детство Мейо
После того, как Мейо выздоровел, началось строгое, дисциплинированное и местами жестокое обучение, ведь Мейо был единственным ребенком в семье. И потому Мейо должен с детства начинать готовится к тому, что он будет наследником клана. Он не всем методам был доволен по итогу но он понимал, что это его судьба, - стать главой клана Бендо , а потом и Киккавы. И он также понимал, что родители многое пережили и делали все лишь бы спасти Мейо от неизвестной болезни. Возможно, он хочет их оправдать в своём сознании, но он все равно строго отзывается о них. Как минимум, это больше относится к его отцу. К матери он лоялен.
Говоря ещё немного о воспитании, Мейо имел строгий распорядок дня и лишь поздней ночью мог отдохнуть(впрочем, не всегда так было). В основном его день состоял из физических подготовок, тренировок с мечом, изучении этики и кодекса чести. Ну и базовые знания, которые будут нужны ему в жизни. Также, Мейо запрещалось общаться с другими детьми и даже со своими слугами. Можно сказать, что он мог общаться только с теми детьми, кто тоже является частью рода Ханабира. Не очень обнадеживающие, ибо в итоге Мейо толком не мог время с ними провести или получше их узнать. Тем более, когда они сами были по большей части наследниками своих кланов, потому они тоже много тренировались. На дружбу с такими детьми Мейо не мог особо надеяться.
Стоит также отметить, что лица его слуг при дворе были скрыты за платками с символикой Бендо. То есть, Мейо совершенно не знает как его слуги выглядели, и это его огорчало в какой-то степени. Ибо них действовали такие же строгие установки. И эти правила установил Господин Бендо, чтоб Мейо не зависел от кого либо. Слуги скорее выполняли функцию защиты и сопровождения. Все остальное также Мейо сам делал. Потому, в будущем, Мейо изменил это правило, чтоб слуги чувствовали хоть немного свободы.
Мейо не мог перечить отцу, потому он лишь терпел и держал недовольства при себе, стараясь сохранять в голове мысль, что отец делает все правильно и во благо. Госпожа Бендо старалась смягчить хоть немного нелегкую ношу сына, но очень редко это удачно удавалось из-за сильного контроля Господина Бендо.
Мейо думает, что когда он выжил, то Господин Бендо поставил себе цель максимально взять под контроль сына и вырастить из него достойного политика и воина. Он также продвигал тему того, что Мейо просто обязан быть щегуном.
Терпение Мейо закончилось, когда родители скончались незадолго до того, как до клана Бендо дошла очередь править Киккавой по иерархии. Мейо было почти 20 к тому моменту, и он решил изменить все то, что было до них, а также и не допустить то, что его дети были в таком формате воспитаны.
Примерно, в это же время, Мейо обрел титул "Сумеречного Самурая Белой Сакуры". Такие титулы обретают лишь те, кто познал идеальность в своем мастерстве владения мечом и способен держаться на ногами против тысячи врагов, и при этом проявлять свои навыки, придерживаясь кодексу чести. Мейо, смог это доказать, когда обсуждался уже вопрос о наследии Мейо. Много кто признал мастерство клана Бендо. Сумеречный Самурай - олицетворение неколебимой и упорной работы даже во время сумерок. Белая Сакура - дерево, ростущие только при дворе Бендо. Плод этой сакуры прослеживается в знамени клана Бендо
Глава 3. Деятельность Мейо как щёгуна
Для начала, хочется отметить, что клан Бендо не только на словах были сильны. Их многолетний опыт завязанный на ковке оружия также дал им возможность развивать свой собственный стиль боевого искусства, Баттодзюцу. И они также участвовали в войнах с другими восточными кланами. Это также способстовало тому, что Мейо обрел свой титул "Сумеречного Самурая Белой Сакуры"
И, уже будучи в роде Ханабир, Бендо одержали победу в войне с Династией Цин. Это был сильный удар по их экономике и были огромные потери. Также эта победа дала возможность нынешним двум Хатамото щёгуна, Сора Мами и Бураиндо Роиярти, обрести свободу и новую жизнь уже при Киккаве. Они были родом с Династии Цин.
Благодаря особому подходу в проявлении военной доблести, тщательной подготовке и стратегическому мышлению, вопрос в передаче правления клану Бендо уже высоко стоял у высостоящих родов. Ещё перед смертью Госпожи и Господина Бендо, клан Бендо демонстрировал необходимые навыки для избрания на пост щёгуна: лидерство, умение управлять армией, сохранение контроля над феодальными структурами и т.д. Кроме того, императором был М. Мицусанэ, чей род и помог клану Бендо стать частью рода Ханабир.
Потому, клан Бендо был гарантирован стать следующим кланом, кто будет править Киккавой.
Когда Мейо был избран щёгуном, в качестве императора оставался Мицусанэ. Благодаря их общей работе, они выстроили необходимые законы, стандарты и то, как в дальнейшем они будут налаживать торговые пути и заключать союзы. Если с восточными кланами было сложнее из-за постоянно возникающих конфликтов, то вот с другими, в особенности с южными, все сложилось немного легче.
Мейо старался наладить коммуникацию с другими восточными кланами и не только. Он прекрасно понимал, что большинство восточных кланов были озлобленны влиянием Киккавы. Но также они были в страхе из-за побед в войнах, в особенности Династия Цин. Однако из-за того, что Киккава стала очень сильной, они все реже рисковали своей армией нападать на них. Тем не менее, их напрягала доброжелательность со стороны Мейо. Но впечатление он оставлял в том, что он знал что именно предлагать в качестве взаимовыгоды. То есть, он тщательно подбирал необходимые для его клана ресурсы, и сопоставлял с тем, что он может дать взамен. Классический метод, которым владеют не все правители того времени.
Но на одних восточных кланах Мейо решил не останавливаться. Истории о основателе Киккавы, Щинкоу Ханабире, который имел верных друзей из юга, всегда рассказывали детям, чтоб они не забывали о культурном и историческом наследии клана Киккава. В случае Мейо, эти истории натолкнули его на мысль, что нужно проложить торговые пути и с Южными Землями. Однако это вызывало много сложностей из-за особенностей климата на юге. Тем не менее, более сложным испытанием стала огромная гора, на которой был расположен один из Южных кланов, Пенансы. Хоть и при виде японца южанины не были сильны рады чужаку, но в конечном итоге все же удалось добиться встречи с их правителем, Минаксом Пенансом. Неизвестно точно смогли ли они договорится о союзе, но Мейо остался впечатленным от колоссальной разницы в их военной подготовке. Вероятнее всего, Мейо брал советы о правильной работе с армией у правителя Пенансов. Взамен Мейо предложил помочь с предоставлением ресурсов для развития медицины и некоторых культур, которые не могут существовать при низкой температуре.
Если не углубляться очень сильно, можно сказать, что Мейо был ярким примером того как была устроена деятельность щёгуна. Я решила не упоминать другие сферы, в который особенно углублен Мейо. Но стоит подчеркнуть и то, что желанием Мейо было закончить конфликты между восточными кланами. Но при этом Мейо не забывал о армии, которой он должен грамотно руководить и оттачивать навыки на постоянной основе.
В остальном, можно сказать, что при Мейо Киккава проживала свои лучшие времена, ведь Мейо грамотно подходил к любым вопросам, через императора Мицусанэ и/или своих Ханамото общался с народом и в целом улучшил всю систему правления, которая была для него до его прихода "неидеальна и устаревшая"
Глава 4. Мейо как отец
Становление отцом было постепенным этапом в жизни Мейо. Основная причина этого - Мейо имел определённые критерии, ведь он хотел действительно полюбить будущую жену, а не просто женится, чтоб она родила ему детей. Кроме того, Мейо хотел себе в жены человека, с которым ему будет всю дальнейшую жизнь комфортно и счастливо. Он искал именно того человека, который будет его моральной опорой, ведь роль щёгуна тяжелая, из-за чего можно истощится очень сильно. Мейо хотел разумную женщину, с которой можно разделять долг перед родиной но также и доверять свои секреты. А таких людей сложно найти. По крайней мере, так он думал.
Все началось, когда Мейо стал интересоваться культурой других восточных народов. И этот интерес привёл его в Тибет. Мейо был очень восхищён их культурой и обычаями, потому провел там достаточно времени, знакомясь с самим народом и их традициями. По итогу он встретил в Тибете свою будущую жену, Йари Мимозу, которая росла в роду лекарей. Помимо знаний в медицине, Йари являлась медиумом.
В мире, в котором они живут, это нормальная практика
Установленная с родом Мимоз связь позволила Мейо и Йари чаще встречатся. Йари делилась знаниями с медицины, а Мейо обучил её владеть клинком, желая, чтоб она также умела защищать себя. Мейо потребовалось два года, чтоб точно убедиться в том, что Йари идеальна для него и нет никого другого для него, потому он сделал ей предложение в скором времени. Но, перед этим, оговорил этот вопрос с Мимозами, чтоб не нарушить никаких правил или традиций при предложении о бракосочетании. Также предложил помимо этого союз, чтоб сохранить их культуры и распространить по всей Киккаве. Пусть Мимозы и не являлись главным родом в Тибете, но они согласились, пусть и поставили этот вопрос правителю Тибета, к которому Мейо и пришел по итогу.
Переговоры прошли успешно и они поженились в первый раз по тибетским традициям в Тибете, а повторно уже в Киккаве по японским традициям.
Для начала, стоит отметить то, что Мейо, с момента смерти Госпожи и Господина Бендо, полностью отстранился от второй части семьи, которые продолжали семейное дело своего рода. Не уточняется по каким именно причинам Мейо не желал общаться с ними. Можно лишь упомянуть следующее: эта часть семьи не сильно уважала Мейо и его дальнейшую политику, из-за чего возникали конфликты каждый раз, когда они собирались вместе. После многочисленных конфликтов, Мейо полностью отрезал себя от них. Также, определённая часть из этой части семьи лишь частично являлась кровными Бендо. Возможно, Мейо чувствует отторжение к ним. И последнее: Мейо запретил этой семье вмешиваться в дела его семьи. Потому, дети Мейо не знали особо об этой части семьи. Тоже самое касалось и его жены.
Переходим теперь к пополнению в семье Мейо. Не так скоро у них появился первый ребёнок. Родилась девочка, которой дали имя Фураве. Она была с каштановыми волосами, как у Мейо. Однако ближе к 14 годам её волосы обрели белый цвет, от чего Мейо испугался. Но в ходе обсуждения с Йари и изучения лекарями ее состояния, выяснилось, что Фураве просто носитель этой болезни, однако сама она не больна, и это отразилось только в её волосах. В остальном, до этого момента, Мейо посвящал больше времени, когда мог, воспитанию Фураве.
Т.к она первая и ещё девочка, то тренировки проходили немного смягчено, пока сама Фураве не потребовала от отца усложнить тренировки. Такие взгляды она обрела, когда Мейо всячески брал её с собой, когда нужно было курировать свою армию. Там Фураве черпала вдохновление и потом повторяла движения с клинком, которые делали самураи. И в целом её очень тянуло к этому делу. Она хотела служить клану, быть сильным самураем. Мейо дал добро на это и уделял её тренировкам должное внимание, и даже приглашал своих Ханамото, чтоб они также её тренировали.
И так продолжалось, пока Фураве не исполнилось 20 лет и не стала самураем официально. К тому моменту Йари была уже беременна вторым ребёнком и уже совсем скоро родился мальчик, которому дали имя Какущи. Сына щёгуна чудом пронесло от этой ужасной болезни. Тем более, не было даже белых волос. Мейо считал, что он должен благодарить Йари за это, ведь она особенно сильно заботилась о Какущи, особенно в возрастном периоде от 5 до 7 лет.
В основном Какущи обучала старшая сестра, Мейо старался также влиять но слишком много работы у него было. Йари же, как и Фураве тогда, обучала тибетскому языку и культуре. Если у Фураве в корне не получалось с тибетским, то Какущи наоборот был заинтересован и усердно учил этот язык.
В остальном можно сказать, что эта семья была самой счастливой и благодаря сбалансированному браку Йари и Мейо, дети выросли готовыми к взрослой жизни и дальнейшим трудностям
Если бы они знали, какие ещё трудности наступят, Мейо бы подготовил их и к этому..
Глава 5. Напряжение внутри клана.
Начало конца
К сожалению, все, что связано с управлением страной или, в нашем случае, достаточно большим кланом, не всегда гарантирует, что все будет и дальше так хорошо. Никто не может быть настолько безупречным в своем деле. Особенно, если это касается управления целой страной. У всего есть свои минусы. И эти минусы стали всплывать, тем самым постепенно приводя клан Киккава к своему забвению.
Но для начала стоит упомянуть несколько моментов, которые знаменовали дальнейшие события, кардинально изменивши Киккаву.
Асикагэ раньше сотрудничали с Бендо, когда те ещё являлись кузнецами. Однако их отношения быстро испортились как Бендо заметил клан Иноуэ. Мейо не сильно знает причины такого быстрого окончания союза между Бендо и Асикагэ, однако он всячески старался наладить их отношения путем встреч и выгодных, по его мнению, предложений о союзе, особенно, когда Асикагэ примкнули к роду Хосокава.
Хизэши Асикагэ был тем человеком, с кем больше всего взаимодействовал Мейо еще с того момента, как только Госпожа и Господин Бендо скончались. Бендо искренне верил, что резкий разрыв союза между кланами был совершен необдумано и что Хизэши, как сын предыдущих представителей клана Асикагэ, другой идеи придерживается, как и Мейо, отличающийся от своих родителей в этом плане. К сожалению, Хизэши оказался не тем, кем хотел его считать Мейо.
Их взгляды совершенно разнились, и Хизэши максимально проявлял свое презрение к Мейо, не ставя его ни в какие рамки. Все началось с критики формы правления, который установил Мейо вместе с Мицусанэ: слишком много прав у щёгуна как военного деятеля, а император всего лишь являлся лицом традиций и единства, не управлял практически страной. Хизэши считал, что Мейо, как щёгун, - жестокий диктатор, и что пора закончить это. А императору отдать все управленческие полномочия и сделать единственный правителем, не разделяя её с кем-то другим. Мейо, естественно, был ошеломлен данными высказываниями и пытался доказать, что Хизэши ошибается, доводя яркие примеры того, почему Мейо не диктатор. Однако Хизэши было не переубедить.
С того момента весь клан Асикагэ был настроен против Мейо и они всячески старались противостоять ему и его правлению. Однако их подавляли Хатамото щёгуна и осуждали другие влиятельные кланы, которые являются частью рода Хосокава(интересный факт: один из Ханамото Мейо является представителем клана Минамото, которые и заприметили Асикагэ). Мицусанэ высказал свои опасения насчет клана Асикагэ, однако клан Асикагэ старался сохранять свое лицо перед родами Хосокава и Ханабира. А Мейо был в замешательстве, впервые не знав как правильнее поступить.
И ладно Асикагэ, у дайме также начали возникать претензии к Мейо. Больше всего это касалось высоких налогов и огромных расходов только на поддерживание армии, пока остальные сферы из-за высоких налогов не имеют возможности развиваться. И так одно за другим. Мейо старался парировать претензии, говоря, что это не вредит людям. И что налоги не настолько неподьемны, чтоб другие виды деятельности страдали от этого.
И все бы ничего, пока от людей не стали поступать жалобы и недовольства. Если до этого Мейо был готов к тому, чтоб ответить и дать гарантию на то, чтоб рассмотреть эти вопросы, то сейчас он лишь мог сказать, что на это потребуется больше времени, чем раньше. Его неуверенность лишь стала его уязвимостью. Все словно сговорились, и Мейо не был готов к такому потоку негатива и обвинений. Его картина идеального клана постепенно разрушалась. Он был слишком амбициозен для подобного рода дел.
Хатамото были верны Мейо до конца, однако сам Мейо не хотел идти к ним за советом - понимал, что это глупо и это его проблема и ответственность. Он хотел это решить сам. Мицусанэ лишь предлагал обходные пути, которые не сильно решали корень проблем. С женой он стал реже общаться, ровно как и со своими детьми. Да и не сказать, что он вообще выходил из своей комнаты для встреч. Семья беспокоилась за Мейо, однако он запрещал им его тревожить, - не хотел разочаровывать их и показывать свои эмоции. Он хотел оставаться для них сильным до конца. Они не должны видеть его негативных эмоций. Слабости, уязвимости.
Собрание кланов и дальнейшее нагнетание
Далее, род Ханабира и Хосокава позвали Мейо на всеклановое совещание, в ходе которого обсуждались все последние решения Мейо как щёгуна. На этом собрании были и Асикагэ. Чем больше шло обсуждение и высказывание претензий в сторону того, что Мейо стал хуже управлять страной, тем сильнее у самого Мейо возникала мысль, что Асикагэ как-то в этом замешаны. Эта мысль возникла не просто так, - тейки, которые Мейо слышал от людей на совещании, очень похожи с риторикой Асикагэ в отношении Мейо. Он начал думать, что если бы только он не связывался с Хизэши, то, возможно, этого всего бы и не было.
Проблема в том, что Мейо действительно имел погрешности в правлении за последние несколько месяцев, однако были и обвинения, которые не являлись правдой и звучали слегка абсурдно. И Бендо прекрасно знал где именно. И он на этом решил остановить претензии в свою сторону. Это смогло хоть немного остановить глав кланов и задуматься о том, что Мейо, щёгун с идеалистическим видением и преданностью клану, не мог допустить столько проблем в Киккаве. Собрание закончилось тем, что все участники остались с сомнениями, пока Мейо стал вносить поправки во всем, где видел ошибки и неидеальность, надеявшись улучшить ситуацию и исправить ошибки.
Тем не менее, пока Мейо был занят поправками и решением проблем граждан, Асикагэ лишь приступали к исполнению своего плана. Являлись ли они теми, кто создал такие трудности? Очень маловероятно, однако не отменяет и того факта, что они имели злобу на Мейо и они начинали с малого, чтоб отвлечь внимание от Киккавы. Подговорить людей не составляет труда, если ты умеешь управлять людьми и внушать свою правду. То, что Мейо стал решать надвисшие над ним проблемы, было его ошибкой, даже если он хотел сделать как можно лучше. Но не в то время он начал этим заниматься. И это привело к дальнейшим событиям в Киккаве
Глава 6. Война внутри Киккавы
Все началось с борьбы между Хатамото и дайме, которые отправили в бой свою армию. Никто даже и подумать не мог, что дайме позволят себе такую грубость в отношении щегуна. Жителям лишь оставалось прятаться в своих домах, пока внутри Киккавы началась целая война. Мейо узнал об этом при первых звуках клинков. Выглянув, он не мог поверить, что всего лишь отвернувшись на миг, его люди начали драться против друг друга. Конечно, Мейо бросил все свои дела и призвал свою армию из гокэнинов на подмогу Хатамото. Однако, он нигде не видел Фураве, которая и руководила гокэнинами. Но у него не было времени думать об этом. Он хотел остановить хаос в клане. Семья в данной ситуации не может быть в приоритете.
От байсинов Мейо узнал, что Мицусанэ был жестоко убит в своем дворце. Это стало основной почвой для начала войны внутри Киккавы. Также от них вскрылось про Фураве следующее: она была обвинена в преступлениях против граждан и нарушении кодекса чести, из-за чего была арестована и посажена за решетку. Без Мейо решили не изучать глубже вопрос, тем более Фураве не отрицала обвинения, что смутило сильнее Мейо. Ну и также то, что Какущи с ней рядом. Также байсины изучили место убийства Мицусанэ и выяснили, что Хизэши Асикагэ убил императора и забрал его клинок себе. Это возмутило Мейо. Он попросил доказать ему это, а когда увидел следы борьбы и символику Асикагэ, все встало на свои места и гневу Мейо не было предела.
Пока битва продолжалась, перед Мейо стоял сложный выбор: прийти за Фураве и освободить её или идти за Хизэши, чтоб покончить с ним. Это был выбор между семьей и страной, которая медленно утопает в кровопролитной войне, которую допустил Мейо. В конечном итоге Мейо выбрал страну, ведь она в нем нуждалась больше всего. Ему достаточно того, что его дети не в горячей точке происходящего. Так ему не нужно будет за них переживать. Он сможет решить этот вопрос, когда решит основную проблему, связанную с его страной.
Тем не менее, его выбор стоил многого. Он старался не думать о семье, ведь тогда он будет под влиянием эмоций, что ему не выгодно в такой ситуации. Хизэши ждал Мейо в Замке Хиросаки, о чем ему донес один из Хатамото, который был особенно верен Мейо, - Макунщин Щизен. Конечно, Мейо ждали по пути прислуги Хизэши, однако это не останавливало Бендо, а лишь подогревал его гнев, накопленный годами. Одним лишь взмахом катаны он побеждал врагов на своем пути. Перед самим замком Мейо остановился, чтоб выдохнуть. Мейо понимал, что Хизэши именно этого и добивается: увидеть истинный гнев Бендо, заточенный глубоко в их сердце. Потому, Мейо делает последнюю затяжку со своего мундштука и заходит в замок очень аккуратно, осматривая все на наличие ловушек. Ловушки действительно были, однако они не были для Мейо неожиданностью. Скорее как отвлекающий маневр, в ходе которого Мейо все же скрестил клинок с сворованным клинком императора. Хизэши крепко держал этот клинок и ожидал всплеска гнева, однако все, что увидел Хизэши, так это холодный взгляд Мейо, полон разочарования и презрение. Это была первая битва Мейо, без прелюдий. Холодная схватка Сумеречного Самурая Белой Сакуры против противника идеализма. Однако, Мейо все же сохранял честность в бою. Это была его ошибка
Сложно описывать битву, в которой один выплескивал всю ненависть, пока другой максимально сдерживал свой гнев. Однако в ход пошли коварные трюки со стороны Асикагэ, которые не были приятны Мейо, который до конца старался сражаться честно. Хизэши нанёс удар в сердце Мейо, вонзив клинок императора. Помимо того, что он ударил в сторону сердца, клинок сам был отравлен, чтоб способствует более быстрому ухудшению самочувствия из-за отравления организма. Только из-за своей честности и сдержанности Мейо не смог подготовить себя к настолько подлому поступку как это.
Мейо упал на пол, однако он не вытягивал клинок из сердца, понимая, что не облегчит свое состояние таким образом. Хизэши лишь злорадостно смеялся и уходил. Пока Мейо пытался вновь встать и хоть как-то атаковать Хизэши. Ему удалось лишь слегка навредить Хизэши, пытаясь вонзить свой клинок ему в сердце, но промахнулся и вонзил его плечо. Конечно, Хизэши не был этому доволен и откинул Мейо, а его клинок забрал себе. Мейо уже начал медленно умирать, видя галлюцинации из-за действия яда.
В последние минуты своей жизни он сожалел о том, что не смог выполнить свой долг перед кланом и защитить свою семью.
Так и закончилась история Мейо на такой плачевной ноте. В дальнейшем Киккава перестала носить такое название, ибо Хизэши Асикагэ стал новым правителем, он убил всех Бендо. Лишь Какущи, сын Мейо, смог выжить, несмотря на то, что уже был пойман однажды. История Киккавы, как и самих Бендо, был полностью вычеркнута из истории мира.