Обсидиан
Обсидиан... Стоит лишь произнести это слово, и перед глазами мгновенно возникают образы древних вулканов, извергающих потоки огненной лавы, застывающей в причудливые формы. Но за этой суровой красотой скрывается нечто большее — загадка, окутанная мифами и легендами, вековая мудрость природы, воплощенная в одном камне.
Её имя — словно тень, скользящая вдали от яркого света, остающаяся невидимой и неопределённой. Оно ускользает от любопытства окружающих, прячась за плотной завесой уверенности. Зачем ей имя, когда она сама является воплощением самодостаточности? Для неё происхождение — всего лишь туманная загадка, окутанная множеством тайн, которые она бережно охраняет, словно бесценный клад. Однако есть одно существо, которому известно её настоящее лицо — Император.
Обсидиан — именно так она предпочитает называться. Твёрдый, чёрный камень, рожденный из раскаленной лавы вулкана, готовый выстоять перед любыми испытаниями. Родословная для неё — всего лишь страница прошлого, которую она оставила далеко позади, выбирая путь самостоятельного строительства своего будущего, полагаясь исключительно на собственные руки и ум.
Прозвище "Обсидиан" словно само пришло к ней, подобно тени, неотступно следующей за своим хозяином. Оно возникло не случайно: девушка всегда носила изящную, но мрачную диадему из чёрного обсидиана, который переливался глубокими оттенками ночи, поглощая свет вокруг себя. Этот камень, известный своей загадочной красотой и древними легендами, идеально отражал её натуру — таинственную, холодную и одновременно притягательную.
Обсидиан — словно осколок самой ночи, впитавший в себя её глубину и таинственность. Чёрный, как бездна, гладкий, как зеркало, он притягивает взгляд, обещая раскрыть древние тайны, скрытые под его поверхностью.
Ей тридцать два года — возраст, который считается зрелым даже среди обычных людей, но особенно выделяется в мире императорского двора. В этом обществе, где правители часто тяготеют к юным и наивным красавицам, она выглядит странно. Не срок вышел, но она не вышла из дворца. Обычно опытные и уверенные женщины не попадают в фавориты, ведь власть имущие ищут лёгкость и покорность. После сложного дня хочется вернуться к наивной, милой девчушке, что только только повзрослела. Но Обсидиан не вписывается в эти рамки. Несмотря на годы, её внешность обманчиво молода. Гладкая кожа, горящие глаза и энергичные движения. Кажется, что время над ней не властно, словно она сумела заключить договор с самой вечностью.
Вечность — это бесконечный поток времени, который невозможно измерить ни часами, ни годами, ни веками. Она подобна океану, где каждая волна сменяется другой, но вода остаётся той же.
Её имя давно стало притчей на острых языках. Шепотом или громкой клеветой многие приписывали ей связь с потусторонними силами. Говорили, будто в ночи, когда луна сияла особенно ярко, она заключала сделку с самим дьяволом, отдавая душу взамен вечной молодости и красоты. Но разве могли эти злые языки видеть истину? Скорее всего, это была лишь зависть менее удачливых девиц, тех, кто не мог достичь и половины её успеха. Разве у того чудовища есть Душа?...
Я люблю тебя, Дьявол, я люблю Тебя, Бог, Одному — мои стоны, и другому — мой вздох, Одному — мои крики, а другому мечты, Но вы оба велики, вы восторг Красоты.
Обсидиан была женщиной, чьё внешнее совершенство, казалось воплощением грациозности и изящества. Её манеры были столь утончёнными, что невольно заставляли окружающих ощущать собственную неуклюжесть рядом с ней. Однако за этой оболочкой скрывался глубокий омут гордыни, настолько густой и ядовитой, что порой её присутствие буквально душило тех, кто находился поблизости. В её глазах мир представлялся ареной, где она играла роль главного героя, а остальные — лишь бледные тени, неспособные сравниться с её величием.
Лишь только я всех в мире краше, смотрите в профиль и в анфас, никто со мною не сравнится. и даже звёзды.Свет их - фарс Лишь солнце небо засветило, луна сокрылась, нет её. - Луна, ты смотришься красиво, но ты без света НЕЧЕГО!
Каждое движение Обсидиана было наполнено уверенностью в собственном превосходстве. Она смотрела на людей свысока, словно с вершины горы, откуда открывается вид на просторы, населённые мелкими существами, недостойными её внимания. Её взгляд мог заморозить любого, кто осмелился бы взглянуть ей прямо в глаза, ведь в нём читалось презрение ко всему, что находилось вне пределов её внутреннего мира.
Красовались гордые нарциссы В стороне от всех иных цветов, И влюблённо по ночам шептали Друг для друга много нежных слов…
Её характер можно было сравнить с нарциссом — прекрасным, но опасным цветком, который привлекает своей красотой, но отравляет тех, кто пытается приблизиться. Она наслаждалась властью, которую давало ей осознание собственной исключительности, и не терпела ни малейшего намёка на конкуренцию. В её мире не могло быть места другим ярким светилам, ведь всё внимание должно было принадлежать исключительно ей. Собственность была для неё вторым именем. Любая вещь, идея или человек, попавшие в зону её интересов, мгновенно становились частью её владений. Она воспринимала окружающих как инструменты, предназначенные для выполнения её желаний и амбиций. Если кто-то решался проявить хотя бы намек на самостоятельность или стремление к независимости, Обсидиан без колебаний избавлялась от такой угрозы, уничтожая любые попытки оспорить её власть. К сожалению в жизни не всегда случается так как мы хотим и желаем, но Обсидиан была готова поставить на кон всё, даже собственную жизнь во имя цели.
Я собственник. Я не люблю делиться. И солнце только моё. И для меня поют синицы. И для меня усилие твоё. Я собственник. Я не люблю делиться. И только мне тот самый летний зной. Моя лишь подгорелая та пицца. И ты целиком и полностью моя.
Речь её была изысканна, но холодна, как ледяной ветер, обвивающий шею нежданным гостем. Каждое слово, слетавшее с её губ, было подобно острому клинку, способному разрезать душу собеседника на части. Она мастерски использовала свою риторику, чтобы подчёркивать собственное превосходство и унижать тех, кого считала низшими. В её присутствии многие чувствовали себя уязвимыми и беспомощными, словно оказались перед суровым судьёй, требующим полного подчинения и восхищения. Обсидиан так же не терпела людей что спокойно прогибаются по неё, она предпочитала разговаривать с людьми, что хотя бы пытаются поставить её на место. Интереснее же разговаривать с равным собеседником, не так ли?
Обсидиан — это не просто камень, это символ силы и устойчивости. В древности его считали камнем воинов и шаманов, веря, что он способен защитить своего владельца от злых духов и негативного влияния. Лезвия из обсидиана были острее любых металлических ножей, а зеркала из этого камня использовались для предсказаний и общения с потусторонним миром.
Её отношение к императору — это нечто большее, чем просто служебные обязанности. Взаимодействие между ними носит интимный характер, где Обсидиан играет роль доминантной фигуры, управляющей эмоциями императора. Она видит в нём слабости, которые использует в своих интересах, превращая его из сильного лидера в покорного партнёра. Хотя с чистотой которой император навещает эту даму, видимо и император иногда хочет почувствовать себя верным псом. Несмотря на свою жёсткость и жестокость, Обсидиан способна хранить тайны, особенно когда это касается её личных отношений.
Заласкаю тебя до дрожи! Ты садистку простишь, надеюсь. Если даже и дам по роже, - Кровью вместе с тобой умоюсь!
В обществе она держалась отстранённо, но всё менялось, когда Обсидиан попадала в свой сад. Здесь, среди благоухающих цветов и аккуратно подстриженных кустарников, она словно сбрасывала маску. Сад был её истинной страстью, местом, где исчезали границы между душой и миром природы. Часы напролёт она могла проводить среди зелени, забыв обо всём на свете. Даже грязь, которую она так презирала в повседневной жизни, становилась для неё почти священной, ведь именно благодаря ей росли любимые растения.
Кошки — это мост между нашим миром и миром невидимым, символ гармонии и равновесия. Они напоминают нам о том, что существуют вещи, которые нельзя объяснить рационально, и учат нас принимать тайны жизни такой, какая она есть.
Её кошке тоже доставалось немного внимания. Кошка была её любимецей, но в тоже время была элемент декора, подчёркивающий её утончённый вкус.
Проходит год, как день, То длится день, как год, И, оглянувшись, можно убедиться, Что время то ползет, То медленно идет, То будто слишком быстро мчится.
Тёмная река памяти медленно струилась сквозь сознание Обсидиана, словно холодный мрак ночи, окутывающий её душу. Её происхождение было скрыто завесой тайн, ведь никто точно не знал, откуда взялась эта женщина — с её строгими чертами лица, чёрными волосами, подобными шёлковым нитям, и глазами, сверкающими подобно звёздному небу. Но один факт был известен наверняка: она прибыла издалека, из-за границ Китая, чтобы стать частью чуждой ей земли. Отправилась оставив свою страну, родных, близких, оставив всё. С ней приехали только её украшения, роскошные одеяния, как же по другому, императору нажны бриллианты , а не мусор. Так же с собой она взяла своих верных фрейлин. Она была бы рада взять и защиту, но во внутренний двор не пускают мужчин. Естественно ей это не помешало. В новом государстве она боялась что её отравят, похитят, она не могла полагаться на чужаков и взяла всех кого могла с собой. Она была одной из младших дочерей могущественного императора соседнего государства, чьё имя давно стерлось из её памяти, как будто оно никогда и не существовало. Власти Китая видели в ней инструмент для укрепления союза между двумя странами. Отец отдал её в дар правителю этой далёкой земли, надеясь, что через её детей будет литься кровь, связывающая два народа навечно. Так он это обосновал императору, но у него были совершенно другие планы... Однако сердце Обсидиана оставалось холодным, как камень, давший ей имя. Ненависть, пылающая внутри неё, была глубокой и необъятной. Но её ненависть не была направлена на тех, кто отправил её в эту чуждую землю. Нет, её гнев обращался к собственной семье, к тем, кого она считала омерзительными существами. Каждую ночь, когда луна освещала её лицо, она молила всех богов и демонов о смерти своих родителей. Она видела в них лишь тени прошлого, пустые оболочки, лишённые души и человечности. Её душа, подобная осколкам обсидиана, была разорвана на части, каждая из которых отражала боль и страдание. Но несмотря на это, она продолжала существовать, на зло всем ублюдкам.
Она была одной из младших дочерей могущественного императора соседнего государства, чьё имя давно стерлось из её памяти, как будто оно никогда и не существовало. Власти Китая видели в ней инструмент для укрепления союза между двумя странами. Отец отдал её в дар правителю этой далёкой земли, надеясь, что через неё будет пролита кровь, связывающая два народа навечно. Однако сердце Обсидиана оставалось холодным, как камень, давший ей имя. Ненависть, пылающая внутри неё, была глубокой и необъятной. Но её ненависть не была направлена на тех, кто отправил её в эту чуждую землю. Нет, её гнев обращался к собственной семье, к тем, кого она считала омерзительными существами. Каждую ночь, когда луна освещала её лицо, она молила всех богов и демонов о смерти своих родителей. Она видела в них лишь тени прошлого, пустые оболочки, лишённые души и человечности. Её душа, подобная осколкам обсидиана, была разорвана на части, каждая из которых отражала боль и страдание. Но несмотря на это, она продолжала существовать, на зло всем ублюдкам.
Красота — это гармония форм и оттенков, нежное касание света, играющее на поверхности мира, словно музыка, звучащая в душе. Она неуловима, как утренняя роса на лепестках цветка, и вечна, как закатное солнце, опускающееся за горизонт. Красота — это тот миг, когда сердце замирает от восторга, а разум теряет способность мыслить рационально, погружаясь в океан чувств.
Обсидиан обладала такой внешностью, которую невозможно было забыть. Её глаза, казалось, словно два глубоких озера, наполненных огненными всполохами. Они были столь насыщенно-красными, что казалось, будто внутри них дремлет само адское пламя, готовое вырваться наружу и поглотить всё вокруг. Эти глаза могли зачаровывать, заставляя сердце биться быстрее, а дыхание замирать. Они проникали глубоко внутрь, касаясь самых потаённых уголков души, и оставляли неизгладимый след, от которого невозможно было избавиться. Всякий, кто смел взглянуть ей прямо в глаза, сразу ощущал странное притяжение. Это было нечто большее, чем простая красота — это была сила, скрытая в глубине её взгляда. Будто бы сама её душа, полыхающая страстью и хаосом, отражалась в этих глазах, как зеркало, показывающее истинную природу её сущности. Один неверный миг, одно мгновение слабости — и ты уже оказывался в ловушке её чар, утонув в красном море. Свет жизни постепенно меркнул, уступая место мрачному безмолвию, которое окутывало душу, словно туман. Даже зная, что её глаза несут гибель, многие всё равно тянулись к ним, словно мотыльки к огню, не осознавая, что в конце пути их ждёт лишь тьма и забвение.
Алые глаза горят, Секреты в ночи они хранят. Как адское пламя горят они огнем, Вселяя ужас и страх перед до мной. Взгляд демона чист, но сердце грызет, Он снова меня зовет за собой. Слышу я шепот среди этой тьмы, А алые глаза манят к себе в неведомый край на земле.
Волосы, чьи оттенки напоминали богатый, глубокий цвет зрелого вина — насыщенный, почти бархатистый, сама суть сладости. Эти пряди, сиявшие в солнечных лучах, россыпь драгоценных рубинов, казались воплощением роскоши и великолепия. Волосы Обсидиан поражали своей красотой, вызывая восторг и зависть среди окружающих. Но девушка предпочитала ночи, когда серебристое свечение луны превращало её локоны в нечто волшебное, придавая им особую таинственность и очарование. В лунном свете они обретали совершенно иной облик, становясь ещё более мистическими и манящими.Её волосы мягко ниспадали вдоль тела, как невесомые волны, легкие и воздушные, скользящие по коже, шелковистым потоком. Каждая прядка, такая мягкая и нежная, касалась кожи едва заметно, оставляя ощущение тепла и мягкости. Этот цвет, столь необычный и редкий для Китая, вызывал изумление и восхищение у местных жителей, заставляя их глазеть на девушку с нескрываемым интересом. Но в её родной стране такой оттенок считался вполне обычным делом, ведь там подобные волосы встречались повсеместно, не выделяя её среди остальных.
Как жаль, что Вы не любите вино: Я с радостью бы в Вас его плеснула! Ах, как стекало бы оно По Вашим бледным скулам!
Обсидиан воплощала собой эталон утончённой и ледяной красоты, которая пленяла сердца и завораживала взгляды. Её кожа, белая, как первый зимний снег, была настолько чистой и прозрачной, что казалось, сама природа трепетала перед ней, боясь оставить на этой коже хоть малейшую тень реальности. Белизна её кожи придавала ей сходство с призрачным видением, едва уловимой иллюзией, которая могла раствориться в воздухе при первом же прикосновении света. Именно поэтому Обсидиан избегала солнечных лучей, считая их слишком грубыми и обыденными для своего изысканного существа. Она находила утешение в ночном мраке, где тени скрывали её уязвимость, а лунный свет, нежно касаясь её лица, подчёркивал её неземную бледность. Её фигуру можно было назвать шедевром, созданным самой природой. Пышные и мягкие бедра, словно облако, окутывающее тело, манили взор, обещая тепло и покой, но никто не осмеливался приблизиться к этому источнику нежности. Задница Обсидиана была упругой и соблазнительной, словно дразнящей мужчин своим присутствием, но при этом оставаясь таинственной и недоступной. Каждый сантиметр её тела был пропитан женственностью, но эта чувственность заключена в строгие рамки, не позволяя никому нарушить её границы. Талия Обсидиана была тонкой, созданоц невидимыми кистями мастера, который старался запечатлеть совершенство. Груди Обсидиана не отличались чрезмерной пышностью, но именно в их скромности и простоте заключалось истинное очарование. Они выглядели словно высечены из мрамора, и каждое их движение добавляло девушке ещё большей грациозности и шика. Рост Обсидиана составлял примерно 175 сантиметров. Её бархатистые руки, такие гладкие и мягкие, никогда не соприкасались с тяжестью труда. Эти руки были предназначены исключительно для ласки и нежности, они никогда не ощущали грубость мира, оставаясь такими же чистыми и безупречными, как и всё её существо. Внешний облик Обсидиана дышал аристократизмом и ледяным великолепием, которое притягивало и отталкивало одновременно. Она была подобна живому сну, мечтательной грёзе, которую невозможно коснуться, но невозможно и забыть.
Красота — это магия, которая завораживает и пленяет душу, заставляя забыть обо всём на свете. Она — как поэзия, в которой каждое слово звучит, как мелодия, и каждая строка рисует картину, полную красок и эмоций. Красота — это то, что делает жизнь прекрасной, наполняет её смыслом и радостью, дарит вдохновение и заставляет мечтать.
Обсидиан, одна из старших наложниц императора. Её титул «чистая супруга» звучал как заклинание, подчеркивающее её исключительное положение в мире, где интриги и страсти переплетались, как тонкие нити в сложном гобелене. Её павильон, окрашенный в глубокий гранатовый цвет, как будто был создан из самой сердцевины рубина, источая тепло и притяжение. Залы, в которых она проводила свои дни, были одними из самых больших по числу фрейлин — просторные помещения с высокими потолками, украшенными золотыми лепнинами. Здесь царила полутень, где свет лишь изредка пробивался сквозь тяжёлые шторы. Обсидиан любила выходить на прогулку по этим величественным залам, усыпанным золотом — блестящими монетами и изысканными украшениями, привезёнными от императора и её родных с других земель. Золотые детали сверкают на фоне алого цвета, создавая неповторимый контраст, который завораживал и притягивал взгляды. Обсидиан любила этот мир роскоши и великолепия, где каждый шаг звучал как мелодия, а каждый взгляд оставлял за собой шлейф. В этом тёмном месте, наполненном шёпотом фрейлин и звоном драгоценностей, она чувствовала себя властной - как редкий цветок, растущий среди колючек.