Я попрошу своего соседа по парте побить вас. Глава 9
перевод подготовлен телеграмм каналом Бумажный журавлик
Глава 9
Гу Цинань опешил и не ответил.
— Я подумываю пересадить тебя. Раньше, пока я был в отъезде, обязанности классного руководителя исполнял учитель Линь, и он не знал о твоей ситуации, поэтому временно посадил тебя с Чжань Минем. За это время у тебя с ним не возникло никаких проблем?
Учитель Чжань, разбирая сданное утром домашнее задание, продолжил:
— На этот раз я собираюсь пересадить не только тебя. Планирую поменять местами сразу нескольких учеников. Что касается твоего нового соседа, я уже всё продумал. Я хочу посадить к тебе Хуань Циню. Он у нас староста по математике, успеваемость у него отличная. Вы с ним сможете помогать друг другу. К тому же, у Хуань Циня очень хороший характер — он никогда ни с кем не конфликтовал, и с ним легко найти общий язык
Гу Цинань даже не знал, кто такой Хуань Цинь.
Он уже месяц как учится в этом классе, но кроме Чжань Миня и ещё двух его друзей он больше никого не запомнил, не считая надоедливого Ван Юэ.
— Я не хочу пересаживаться, — сказал Гу Цинань.
— Что? — слегка удивился учитель Чжань. — Не хочешь?
— Не хочу, — повторил Гу Цинань с нажимом.
Учитель Чжань отложил бумаги в лёгком оцепенении. Он-то думал, что Гу Цинань будет рад пересесть.
Он задумался. Прошёл всего месяц, а этот парень уже прогуливает зарядку вместе с Чжань Минем и его компанией. Видимо, они и правда нашли общий язык.
Учитель Чжань был немало удивлён — разве может ученик вроде Гу Цинаня поладить с таким, как Чжань Минь?
— Отвечай честно: ты не хочешь пересаживаться или боишься?
Гу Цинань понял, к чему тот клонит, и стал защищать Чжань Миня:
— Я просто сам не хочу пересаживаться. Чжань-гэ очень хороший…
— Чжань-гэ? Уже так его называешь? Ты, что, решил стать его младшим братом? — рассмеялся учитель Чжань.
Гу Цинань подумал, что он и так уже стал младшим братом Чжань Миня, поэтому промолчал.
В это время зарядка закончилась, и учителя, дежурившие на поле, вернулись в учительскую. Они поприветствовали учителя Чжаня, вернувшегося из вынужденного отпуска, и начали расспрашивать его о здоровье дочери.
Учитель Чжань болтал и смеялся с коллегами, нарочно оставив Гу Цинаня в стороне на какое-то время.
— Ну что, обдумал? — спросил он потом.
Гу Цинань не знал, что именно он должен был обдумать, поэтому продолжил хранить молчание.
— Во-первых, не стоит сразу отказываться от пересадки. Я хочу пересадить тебя, потому что ты и Чжань Минь совсем не подходите друг другу как соседи по парте. Вы можете обсудить что-то по учёбе? Поговорить о поступлении? Обсудить хотя бы какую-то тему, связанную с учёбой?
Но разве это так уж важно — могут или нет?
Гу Цинань встречал много людей, с которыми можно было всё это обсудить, но они не были такими хорошими, как его сосед по парте.
— Во-вторых, у вас совершенно разный рост. Как ты вообще можешь сидеть на последней парте? У Юаня, сидящий перед тобой, на целую голову выше. Он ведь загораживает тебе доску, я прав?
— Не загораживает, я всё хорошо вижу. Я не близорукий! — с тревогой в голосе возразил Гу Цинань.
— То есть ты действительно хочешь сидеть с Чжань Минем? — спросил учитель Чжань. Он долго всматривался в лицо Гу Цинаня, а потом добавил: — Когда я только принял этот класс после деления на профили, ко мне подходило много учеников. И все как один говорили: «Только не сажайте меня рядом с Чжань Минем».
Глаза Гу Цинаня чуть заметно округлились.
— Это вовсе не секрет. Вся Седьмая школа об этом знает. Ты только недавно перевёлся, так что, скорее всего, не слышал. В первом классе старшей школы Чжань Минь подрался с кем-то за пределами школы и серьёзно ранил двоих. Одному он даже рассёк голову стулом. Чжань Минь даже не знал этого парня, они просто немного повздорили на улице. В итоге тот подал заявление в полицию, и Чжань Миня задержали на несколько дней. А в школе… у него тоже не раз случались конфликты с одноклассниками. Правда, не всегда доходило до драк. Многие просто боялись с ним связываться — вот и получалось, что иногда он бил, а остальные молча терпели.
Он замолчал, внимательно наблюдая за выражением лица Гу Цинаня, но не увидел ни страха, ни удивления.
— Если Чжань Минь снова натворит что-нибудь, его с высокой долей вероятности отчислят. А отчислить несовершеннолетнего — дело хлопотное, так что школа старается относиться к этому осторожно. Но никто не может дать гарантии, что Чжань Минь исправится. Он пообещал мне, что будет вести себя хорошо и точно не создаст проблем до самого выпуска. И что в итоге? Всё равно отказался от обещания и избил Ван Юэ.
— Потому что Ван Юэ сам перегнул палку, — тихо, но твёрдо сказал Гу Цинань.
Учитель Чжань взглянул на него:
— Я уже всё выяснил. Учитель Хуань мне тоже обо всём доложил. Ван Юэ действительно насмехался над твоим прозвищем прямо в классе — это неправильно. Но даже если он был неправ, и ты, и Чжань Мин могли бы просто поговорить с ним. Почему вы ничего не сказали, а сразу полезли в драку?
Потому что разговаривать — бесполезно, подумал Гу Цинань. До этого он бесчисленное количество раз пытался уладить всё мирно, но это было тщетно.
— Сейчас Чжань Минь заступился за тебя, и тебе кажется, что он хороший человек, правда? Но он действительно заступился за тебя? Или он просто выплёскивал злость? А если однажды ты его заденешь — он тоже полезет на тебя с кулаками? — спросил учитель Чжань. — Ты ведь сам лучше всех понимаешь, каково это. Конечно, это всего лишь мои опасения, и я надеюсь, что они не оправдаются. Но есть один момент — у Чжань Миня нестабильное настроение. Он может легко вспылить, так что будь осторожен. И ещё — тебе действительно стоит попробовать подружиться с остальными ребятами в классе.
Гу Цинань не ответил. Он не хотел пересаживаться. Что бы ни говорил учитель Чжань, он определённо не хотел ничего менять.
Учитель Чжань понял всё по его взгляду и тяжело вздохнул:
— Ладно, возвращайся пока в класс, подумай об этом. Не волнуйся, я всё равно собирался менять рассадку после месячного экзамена. Но учти — пропускать классные мероприятия больше нельзя. Если ты снова проигнорируешь зарядку — никакого обсуждения о местах уже не будет!
Звонок на урок прозвенел уже довольно давно, поэтому в учебном корпусе стояла тишина.
Гу Цинань шёл по коридору и чувствовал, будто слишком выделяется. Казалось, все в классах смотрят именно на него.
«Кто это? Почему он всё ещё бродит по коридору во время урока?» — наверное, именно об этом все сейчас и думают.
Гу Цинаню хотелось побежать, чтобы поскорее проскользнуть мимо кабинетов.
Но он не мог. Если он побежит — точно привлечёт к себе всеобщее внимание.
Он медленно шагал вперёд, стараясь идти так же, как обычно, как можно естественнее.
Ему снова почудился шёпот толпы.
— А? Тот самый Гу Цинань из третьего класса?
— Тот Гу Цинань из школьного поста?
— Этот отвратительный Гу Цинань?
Но он знал, что на самом деле никто не говорит. Сейчас ведь идёт урок.
Когда он вернулся в класс и оповестил учительницу по английскому о своём возвращении, та удивлённо взглянула на него.
— Гу Цинань, что с тобой? Ты весь в поту. Тебя что, отругал классный руководитель?
Гу Цинань не стал отвечать на шутку и молча покачал головой. Он вернулся на своё место.
Чжань Минь и его друзья посмотрели на него. Линь Сяобинь с интересом повернулся полубоком и тайком показал ему телефон — совсем недавно он спрашивал Гу Цинаня в чате, о чём он так долго говорил со Стариком Чжанем.
Но Гу Цинаню было не до разговоров — он в оцепенении смотрел в учебник перед собой. И только когда Чжань Минь поставил на его парту бутылку лимонного чая, он пришёл в себя.
Чжань-гэ был всё тем же Чжань-гэ с крутой стрижкой под ёжика. Ещё шёл урок, но он всё равно держал руки в карманах, пока одна нога у него была на перекладине под партой, другая — на полу, но из-за длинных ног ступня выходила далеко в проход. Он лениво поднял веки и оглядел всех, будто ему абсолютно плевать.
Он был до невозможности крутым.
После урока Линь Сяобинь снова поинтересовался у Гу Цинаня, что такого ему сказал Старик Чжань.
Гу Цинань безучастно тронул пальцем лимонный чай. Он не знал, как аккуратно выразиться, и уже был раздражён расспросами Линь Сяобиня, поэтому просто сказал:
— Учитель хочет поменять мне место.
Линь Сяобинь внезапно осознал:
— А я уж думал, что Линь Цзюньшэн совсем забыл. Он ведь изначально сказал, что посадит тебя сюда временно, а потом сменит твоё место.
— В конце концов, наш Чжань-гэ… — начал У Юань.
Линь Сяобинь с выражением благоговения подхватил:
— …не каждый удостаивается такого тёплого обращения от него.
Линь Сяобинь зашептал Гу Цинаню:
— Ты просто не знаешь, но у Чжань-гэ очень высокие требования к соседу по парте. Надо быть чистоплотным, тихим, не раздражающим, вежливым… Короче, куча всего. Он почти всех выгонял. Даже парту один раз выкинул! Такой уж он у нас — властный! Хотя любит драться, прогуливать и совсем никого не слушается, но его сосед по парте — совсем другое дело. Он обязан быть хорошим мальчиком!
У Юань так сильно смеялся, что чуть не потерял сознание:
— Подтверждаю! В этот раз Линь Сяобинь говорит правду!
Линь Сяобинь посмотрел на него с уважением.
— В прошлом ты дольше всех просидел с Чжань-гэ. Ты — один на миллион, самый выдающийся человек!
Он повернулся обратно к Гу Цинаню:
— А куда тебя пересадят? Проблема в том, что сейчас в классе чётное число учеников. Если тебя пересадят, к Чжань-гэ придётся кого-то подсадить. Но кого? Только бы не посадили рядом с ним кого-нибудь раздражающего.
— Посмотри, кто в классе достаточно высокий, чтобы сидеть на задней парте, — напомнил У Юань.
— Просто поставьте ещё одну парту, — вдруг сказал Чжань Минь. — Я лучше один посижу.
Гу Цинань загрустил. Он чувствовал, будто только для него эта смена мест — такая важная вещь. Он был единственным, кто так сильно переживал и не хотел менять место.
— Я не хочу пересаживаться, — тихо прошептал он.
Линь Сяобинь посмотрел на него.
Говоря это, Гу Цинань всё ещё помогал Чжань Мину разложить практические листы по английскому.
На следующей неделе будет месячный экзамен. Учительница английского просила всех ознакомиться с розданными листами, а также с отдельно подготовленными материалами с грамматикой и лексикой.
Чжань Минь не разбирался, где какие. Обычно именно Гу Цинань помогал ему собирал всё это, когда их раздавали.
Вот и сейчас он разбирал их, раскладывал по порядку и отмечал самые важные.
— Ты как приёмная невестка Чжань-гэ. Вот это жизнь. Почему мой сосед по парте не помогает мне с бумагами, не делает заметки, не протирает стол и не приносит мне перекусы?
— Он домашний эльф, — поправил Чжань Мин.
Линь Сяобинь хлопнул по парте:
Пока Чжань Минь это говорил, Гу Цинань уже достал свой маленький зажим, прижал аккуратно собранные листы и прикрепил зелёную бумажку с выписанными главными темами экзамена.
А потом поставил молоко на парту Чжань Миня.