Я попрошу своего соседа по парте побить вас. Глава 18
перевод подготовлен телеграмм каналом Бумажный журавлик
Глава 18
В Первой школе занятия начинались раньше, чем в Седьмой, и заканчивались позже. К тому же у них была обязательная вечерняя самоподготовка, ещё и выходной всего один раз в неделю. Так что Линь Шида просто физически не мог постоянно ездить на другой конец Наньчжоу в поисках Гу Цинаня.
И правда, на следующей неделе Линь Шида больше не появлялся.
Но каждый раз, спускаясь в метро, Гу Цинань всё равно испытывал тревогу. Он не боялся Линь Шиду — он его презирал. Да, это было отвращение и ненависть.
Гу Цинань тихо подбадривал себя, повторяя, что Линь Шиду бояться не стоит. Он что, драться умеет? Да, он чуть выше его, но ведь намного ниже Чжань-гэ. К тому же Линь Шида — как крыса в сточной канаве, боящаяся солнечного света. С такими, как он, Чжань-гэ справится с одного удара, а с одного пинка отправит в полёт. Линь Шида даже к воротам Седьмой школы подойти не посмел, зато сунулся в метро, чтобы попугать его — просто смешно.
Но даже так, Гу Цинань всё равно не особо горел желанием идти в школу.
Если бы там не было Чжань-гэ, Линь Сяобиня и У Юаня, он бы и вовсе не пошёл.
Хотя последние несколько дней он не отходил далеко от станции метро, ведь каждый раз как будто случайно встречал Чжань-гэ, садился к нему на электроскутер и ехал до школы. После занятий Чжань-гэ снова провожал его до метро, объясняя это тем, что боится, как бы огромный рюкзак Гу Цинаня его не расплющил.
Линь Сяобинь неоднократно возмущался, утверждая, что магазин с молочным чаем, где работает Чжань Мин, вообще-то находится по дороге к его дому.
— Почему ты возишь его, а не меня? Это нечестно!
— У тебя рюкзака в помине не было и учиться ты не любишь. С какой стати мне тебя подвозить?
Линь Сяобинь выдвинул новую кандидатуру:
— А вот Юань-гэ носит рюкзак! И в последнее время учиться полюбил! Почему бы тебе не возить Юань-гэ?!
У Юань решительно замотал головой.
Он каждый день специально ходит пешком до школы и обратно в надежде случайно встретить Цю Жаньин.
— Влюблённый болван, — с сокрушением выдохнул Линь Сяобинь.
Гу Цинань, слушая их шутки, просто улыбался и садился на скутер Чжань-гэ. Он чувствовал себя довольно круто, словно восседал на боевом коне.
Седьмая школа вообще-то запрещает ученикам ездить на скутерах. Только самые отчаянные тайком приезжают на них — паркуются где-то в десятках метров от школьных ворот.
Поэтому любой, кто приезжал на скутере, вызывал восхищённые взгляды.
А если это был скутер того самого школьного хулигана — Чжань Мина — тем более.
Гу Цинаню казалось, что теперь все знали: они с Чжань-гэ настоящие друзья.
На выходных, когда Гу Цинань ехал на курсы по английскому, он снова столкнулся с Линь Шиду в метро. Тот был бледен, как призрак, и просто смотрел на него в упор.
Гу Цинаню казалось, что этот человек по-настоящему сумасшедший. Кто знает, сколько вагонов метро он обошёл, прежде чем нашёл его.
Людей в полдень на выходных было немного, и Линь Шида без лишних слов сел прямо рядом с ним.
У Гу Цинаня задрожали руки, но он решил игнорировать Линь Шиду.
— Тебе не интересно, как я узнал, где ты?
Гу Цинань молчал, и Линь Шида продолжил сам:
— В первом классе старшей школы ты сказал, что у тебя по субботам после обеда английский. Один раз услышал — и запомнил.
Он говорил, наклоняясь к уху Гу Цинаня. Слишком близко. Его дыхание опаляло ухо. Гу Цинаня снова замутило, он встал и сбежал от Линь Шиду.
На следующих выходных Гу Цинань вышел из дома на полчаса раньше. Он больше не встретил Линь Шиду и почувствовал облегчение.
Он не рассказывал родителям о двух встречах с бывшим одноклассником. Ему действительно не хотелось снова заставлять их беспокоиться.
Всё-таки Наньчжоу большой город — Линь Шида не может каждый раз его находить. Если выходить чуть раньше, сколько бы вагонов он ни обошёл — он его не найдёт.
Приближались итоговые экзамены. А после них — родительское собрание.
В Наньчжоу под конец июня стояла ужасная жара.
Этот месяц прошёл спокойно. Чжань Мин всё так же подрабатывал. У Юань после прошлых экзаменов начал учиться с утроенной силой, и в классе почти не обращал внимания на Линь Сяобиня. Иногда, когда деваться было некуда, Линь Сяобинь всё-таки открывал учебник и слушал пару строчек.
Учитель Чжань больше не поднимала вопрос о пересадке, только сказал Гу Цинаню, чтобы тот продолжал держать планку.
Сам Гу Цинань ничего особенного не чувствовал. Каждый день он жил как обычно: с головой уходил в решение заданий. Помимо домашки из Седьмой школы, он решал кучу заданий, которые присылал ему Ци Исюй, и дополнительно — бесконечные задачи по олимпиадной математике.
Однажды Гао Линьлинь встретила его в метро — он сидел с таким сосредоточенным видом, что даже не услышал её приветствия. Всё его внимание было поглощено рабочим листом в руках.
На пятом уроке Гао Линьлинь сказала:
— Знаете, кто такой настоящий «бог учёбы»? Это человек, который в переполненном вагоне метро за десять минут решает половину теста.
Остальные смотрели на неё с округлёнными от шока ртами.
— Я не преувеличиваю. Это был тот самый тест по биологии, который нам выдали вчера. Я стояла прямо перед богом учёбы и чувствовала, как моя самооценка рушится, утопает в грязи и расползается по полу.
Хотя лицо у Чжань Мина всегда было мрачное и пугающее, после уроков парта Гу Цинаня неизменно оказывалась в центре внимания. Страх перед итоговыми экзаменами оказался сильнее страха перед хулиганом, и весь класс отбросил осторожность.
Конспекты и домашние задания Гу Цинаня повсюду фотографировали — от этого он немного недоумевал.
— Бесполезно фотографировать мои записи. Я там записываю только то, что хочу выучить…
Линь Сяобинь хлопнул его по плечу:
— Да пусть фоткают. Ты правда думаешь, что они потом будут это перечитывать и зубрить? Ха, это просто для самоуспокоения. Смотри, сколько всего ты насобирал для Чжань-гэ. Он добился каких-то успехов? А? А? Быть в сиянии «бога учёбы» не поможет, если ты лодырь по натуре.
Чжань Мин всё это слышал, но никак не отреагировал — просто безмолвно уставился на Линь Сяобиня.
Тот сразу же спрятался за спинку парты и начал лихорадочно списывать домашку, которую не успел сделать.
Чем ближе был финальный экзамен, тем больше У Юань сидел дома. Он отказывался выходить на улицу, говоря, что будет повторять весь материал. Даже Линь Сяобинь однажды притащился к нему с рюкзаком, уверяя, что твёрдо решил готовиться, чтобы больше не проваливать и не позориться перед родителями на собрании.
Чжань Мин, казалось, вообще не волновался насчёт родительского собрания. В субботу утром он, как всегда, ушёл на подработку.
Гу Цинань написал ему в WeChat:
[3]: Я проснулся, чтобы порешать задания.
[Баю-бай]: Лапшу в бульоне и цзюаньбин.
[3]: А я овощной салат и хлеб из цельной муки. Такая гадость.
[Баю-бай]: В следующий раз свожу тебя поесть лапшу в бульоне.
Гу Цинань иногда не знал, о чём говорить, но всё равно постоянно сам начинал какую-то тему. Он вставал с кровати, делал домашние задания, решал олимпиадные задачи, ужинал — и перед сном всё равно писал Чжань Мину. Иногда ему казалось, что он слишком навязчивый, но за редким исключением, когда Чжань-гэ был слишком занят на работе, тот отвечал ему почти сразу.
В субботу Гу Цинань вышел на двадцать минут раньше и зубрил английский в метро. В процессе он вдруг вспомнил об успеваемости Чжань Мина и немного занервничал.
[3]: Чжань-гэ, в какой университет ты собираешься поступать?
[Баю-бай]: Да в какой возьмут.
Что это значит? Гу Цинань не мог понять. Выходит, Чжань-гэ поступит туда, куда получится? Тогда они с ним не смогут учиться вместе…
Сможет ли он встретить в университете кого-то такого же хорошего, как Чжань-гэ?
Линь Сяобинь и У Юань тоже были замечательными, но Чжань-гэ был другим.
Он напоминал супергероя. Был тем, кто спасал его от опасности. Тем, к кому он инстинктивно тянулся за помощью, особенно после встречи с Линь Шиду.
Он не знал, какую чушь может сморозить Линь Шида, если увидит Чжань-гэ.
В одиннадцать вечера Чжань Мин внезапно написал Гу Цинаню.
[Баю-бай]: Сяо Наньцзай, мне всё равно, поступлю я в университет или нет. Не думай обо мне, сам учись как следует и поступи в хороший вуз.
[3]: Но я всё равно хочу пойти в тот же университет, что и ты.
[Баю-бай]: Ты что, ребёнок? Даже в университет хочешь за братом пойти?
Брат? Гу Цинань был единственным ребёнком в семье. Но он действительно хотел бы иметь такого брата, как Чжань-гэ — самостоятельного, надёжного, взрослого. Рядом с ним он не боялся, даже если бы небо обрушилось.
[3]: Можно я задам тебе вопрос?
[3]: Если перед тобой появляется человек, которого ты ненавидишь, и делает что-то отвратительное — что ты сделаешь?
[3]: …А если не сможешь побить?
[Баю-бай]: Найду кого-нибудь, кто сможет.
Гу Цинань звонко рассмеялся, увидев его ответ.
Многие вещи, которые раньше вызывали трудности, после встречи с Чжань-гэ внезапно стали очень простыми.
Гу Цинань, который на прошлом экзамене сидел в самом последнем кабинете, теперь оказался за первой партой в первом классе — словно его отделили тысячи гор и рек от остальной троицы.
Сначала был китайский язык, и Гу Цинань пришёл в аудиторию самым первым.
Экзамен начинался в 8:30, но он, как обычно, пришёл к началу первого урока и выиграл себе целый лишний час на повторение.
Чжань Мин пошёл с ним и тоже сидел, повторяя материал.
Когда Гу Цинань зашёл в аудиторию, то услышал, как две девочки громко обсуждают:
— Смотри, на третьей парте имя написано — Цю Жаньин. Это та, которая нравится двум школьным хулиганам.
— Чжань Мину? Ну и девчонка… приглянулась даже бандиту, который в спецприёмнике сидел.
Гу Цинань с грохотом шлёпнул свой рюкзак на парту. Раздался оглушительный стук, и обе девочки вздрогнули от испуга.
Одна из девочек пробормотала себе под нос:
— Вот это да, испугал. Ишь ты, важный какой… Считаешь себя таким особенным просто из-за первого места на экзаменах?
Гу Цинань повернулся к ней и отчеканил:
В аудитории уже сидели больше десятка учеников, и все замерли.
Гао Линьлинь тоже сидела в этом классе. Она сразу поняла, что девчонки плохо отзывались о Чжань Мине, и это задело верного младшего брата Чжань Мина — Гу Цинаня.
Она быстро попыталась уладить ситуацию:
— Всё-всё, хватит. Сейчас начнётся экзамен, давайте не портить настроение другим. До начала осталось десять минут.
Но Гу Цинань не собирался останавливаться:
— Тем, кто сплетничает за чужой спиной, плевать на чьё-то настроение.
Девочки чуть не лопнули от злости.
Этот Гу Цинань, который в своём классе вёл себя как паинька, за его пределами был настолько вспыльчивым?! Он вообще не стал церемониться с двумя девушками.
К концу первого дня экзаменов по всей школе уже гуляли слухи: первый ученик в рейтинге сцепился с болтливой одноклассницей из-за своей будущей невестки. А заодно и подтвердился старый слух — школьный хулиган влюблён в красавицу-отличницу.