БАЛ - Глава 25. В которой Олис ошибается и чуть не попадается в ловушку
Утром Олис проснулся довольно рано и сидел всё утро на окне, записывая в летопись все происходившие на балу события, прислушиваясь и пытаясь понять, что происходит внизу, в замке. Наконец от замка отъехала первая карета. Олис возликовал. Гости начинают уезжать, а значит, скоро можно будет выйти из заточения и тени.
За первой каретой поехала вторая, потом третья, четвёртая...
Олис считал кареты и записывал на полях свитка, сколько ещё осталось.
Наконец, по его подсчётам, проехала последняя карета. Подождав ещё немного на всякий случай, Олис открыл дверь и вылетел на лестницу.
В замке было тихо и безлюдно, но не так, как всегда; чувствовалось, что гости только что уехали, их энергетика ещё не улетучилась. Осторожно, ещё не веря в своё счастье, Олис заглядывал в залы, в которых обычно бывали Густав, Мария Элеонора, Али, Лин и Кристина — в общем, все постоянные жители замка.
Но сейчас все его версии не оправдывались: никого из них не было ни в столовой, ни в бальном зале, ни в тронном, ни в Красном.
Олис даже подумал в шутку, что, может быть, обитатели замка уехали вместе с гостями, чтобы продолжить праздновать где-нибудь ещё. Пару раз мимо пролетали призраки, но они тоже не знали, где все, и чаще всего были не расположены разговаривать, потому что Олису приходилось прерывать их разговор друг с другом.
Он заглянул в следующий зал — так называемый Белый, из-за белых стен и тканей, укравшавших его.
Олис заглянул внутрь и... Замер. От стены отделился Сигизмунд третий, которого Олис сначала не заметил, и сделал несколько шагов к младшему двоюродному брату, гостеприимно расставив руки и криво зловеще усмехаясь.
— Ну что, мой ненормальный kuzyn...* Выбрался из своего убежища?
— С-Сигизмунд?! Ч-что ты тут делаешь? — воскликнул Олис, отшатываясь от него и отступая на несколько шагов назад, к двери.
Первая мысль была — что он попал в какую-то странную и страшную сказку, по типу тех, которые давала ему читать его напарница из ведьм. Как будто в замке исчезли все "свои" и замок захватили они — Сигизмунд и его люди. Второй мыслью он осознал свою ошибку. Проехало не тридцать карет, а двадцать восемь. Увидев одну из карет Сигизмунда, он сразу посчитал, что проехали все три его кареты, а на самом деле они, видимо, отправили одну вперёд.
— Что, язык проглотил? — продолжал Сигизмунд, зловеще и медленной походкой надвигаясь на Олиса. — Правильно, правильно, молчи. Хотя что тут молчать — ты уже молчал столько времени, что я даже не представляю, как ты не проболтался, что ты принц! Скажи ещё спасибо, что я не рассказал всем об этом. Хотя ты и сам справился, избавил меня от работы. Что это было вчера?
— А это не важно, — пробормотал Олис, закусывая губу.
— Ой, да что ты, — отмахнулся Сигизмунд третий. — Мне же интересно, чему я обязан такой удаче. Опять твои фантазии — призраки и духи?
— Это не фантазии! — отчаянно воскликнул Олис. — Я... Я правда их вижу!
В голове наивного Олиса поздно возникла мысль, что это может быть ловушка, и Сигизмунд специально провоцирует его, чтобы он сам признался в этом.
— Ну да, ну да. Конечно, мы все верим тебе! И Густав Адольф, и наша любезная Катарина... Ты сам-то веришь, что они принимают всерьёз твои выдумки?
— Я... — Олис осёкся. У него сбилось дыхание. Он не сомневался в Густаве и Катарине, он понимал, что Сигизмунд специально это говорит...
— Ну ладно ты маленький был, но сейчас пора бы уже понять, что ты.. Тебя бы запереть, действительно, и не выпускать, а то вдруг ты опасен для окружающих? Видеть призраков и духов — ведь это первые признаки...
Олис попытался уйти, но Сигизмунд схватил его за воротник.
— Куда же ты? Призраки позвали?
— Прекрати! — возмутился Олис и попытался вырваться, но Сигизмунд держал его крепко.
— Да ладно, я тебе ничего не сделаю! К сожалению... — Сигизмунд задумчиво усмехнулся. — Хотя... Может, взять в плен тебя?.. Плевать, что развяжу войну!..
— СИГИЗМУНД!!! — раздался вдруг знакомый крик, даже рёв, похожий на львиный. В памяти Олиса всколыхнулись детские воспоминания.
— Густав?.. — Сигизмунд нервно хмыкнул и отпустил Олиса. Тот еле устоял на ногах.
— Отойди от него, — прорычал Густав второй Адольф, подлетая к Сигизмунду. Олис обернулся — в дверях маячила бледная Катарина.
— Да у вас вся семейка сумасшедшая, — фыркнул Сигизмунд. — Густав, ты сам-то никаких привидений не видишь ещё?
— Я не вижу, — прорычал Густав, надвигаясь на двоюродного брата. — А вот ты сейчас увидишь звёздочки перед глазами!
— Густав!.. — воскликнул Олис, останавливая его. Шведский король обернулся, и это было единственное, что спасло польского короля от удара кулаком по лицу.
— Олис, не мешай, не видишь, мы тут разбираемся? — воскликнул Густав второй Адольф. — Это мужской разговор, женщинам и детям лучше выйти!
— Я уже не ребёнок, Густав!!! — возмутился Олис, а Катарина одновременно с ним воскликнула:
— Осторожнее, Густи! И помни о безопасности страны!
— О безопасности... — проворчал Густав, снова поворачиваясь к Сигизмунду. — Только это тебя спасает, понял?
— Только это и Олис, — хихикнула Катарина.
Густав хорошенько встряхнул Сигизмунда напоследок и отпустил.
— А теперь иди, выметайся из моего замка!
— При людях ты был более гостеприимен, — пробормотал Сигизмунд, поправляя одежду и осторожно обходя разбушевавшегося кузена, стараясь пробраться к выходу.
— Ты не заслуживаешь гостеприимства, — прорычал Густав, провожая его взглядом. Потом он сам вышел из зала, чеканя шаг и не спуская с Сигизмунда глаз.
— Пойдём, Олис, — мягко позвала Катарина, подходя к младшему брату и выводя его из зала, приобняв за плечи. Олис, совсем растерянный и запутавшийся, подчинился.
Что было дальше, он помнил как в тумане. Оживившийся при виде него Лин, Мария Элеонора, кидающая на него любопытные взгляды и с трудом удерживающаяся от того, чтобы тут же его расспросить, Кристина, которой в силу возраста ничто не указ, прыгнувшая на него с радостным визгом. Обеспокоенный Али, Катарина, которая маячила где-то у него за спиной, но не отходила от него ни на шаг всё это время, Густав, сосредоточенный только на том, чтобы Сигизмунд и его семья поскорее уехали, искренне недоумённое выражение лиц Владислава и Яна Ольбрахта, от которого в другой момент Олису стало бы смешно, Констанция — не заметившая даже его появления, и Сигизмунд — мрачный, огрызающийся попеременно с Густавом и сам, кажется, уже не прочь уехать от родственников.
Как сквозь сон он поклонился Констанции, кивнул Сигизмунду, его сыновьям. Те, наконец, вошли в кареты, и Сигизмунд выглянул в окно, всё так же пронзая грозным взглядом Густава второго Адольфа.
— Всех своих забрал? — прорычал Густав. — Шпионов не оставил нам тут?
— Оставлять своих людей в этой дыре?.. Да ни за что! Я не такой жестокий король!
Густав рванулся к нему, но карета уже отъехала.
Минут через пять кареты Сигизмунда пропали из виду.
Едва ворота за ними закрылись, все повернулись к Олису.
— Да подождите! — то ли взвизгнул, то ли воскликнул Олис. Все примолкли. — Всё расскажу, — улыбнулся он. — Только пойдёмте куда-нибудь, что в коридоре-то стоять?..