Глава 19. В которой Лин задаётся вопросом, кто же на самом деле Олис
Густав второй Адольф гулял по замку, хрустя яблоком.
Из одной комнаты, когда он проходил мимо неё, послышались недовольно-капризные крики Кристины. Густав решил разобраться — ещё непонятно с кем — с Кристиной или с тем, кто заставляет её капризничать, — и распахнул дверь.
Пред ним предстали практически все остальные жители Швеции, исключая только Лина. Олис сидел с очередным свитком, вычитывая летопись перед тем, как положить в архив, на подоконнике. Мария Элеонора занималась с Кристиной. Ну, то есть это так предполагалось. На самом же деле она крутилась перед креслом, на котором были разложены принесённые специально Кристинины наряды, и, советуясь (исключительно вопросами, не требующими ответов), пыталась понять, что сочетается лучше: светло-голубое пышное платьице и розовые туфли с двумя бантиками или жёлтое длинное платье с ленточками и двумя юбками и светло-рыжие туфельки. На деле же с принцессой занимался Али. Он расчёсывал её гребешком; собственно, она поэтому и кричала.
— Всем привет, — поздоровался Густав, заходя в комнату и закрывая за собой дверь. — Кристи, чего ты кричишь? Тебя ж не мама расчёсывает!
Олис и Али улыбнулись себе под нос, Кристина вздохнула и чуть-чуть притихла, а Мария Элеонора кинула на мужа оскорблённый взгляд.
— Густа-а-ав, — протянула она. — Ну что ты… Скажи: как лучше, так или так?..
— Так... Или так… Не знаю! — Густав отмахнулся и снова откусил яблоко. — Спроси у Кристины, как ей нравится, ей же носить.
— Но она ещё маленькая, она ничего в этом не понимает! — воскликнула королева, негодующе бросая платье с ленточками обратно на кресло. — Ох, что же с вами со всеми делать...
Тут дверь снова открылась, вошёл Лин в обнимку с бутылкой вина.
— Оп-па! — воскликнул он, разводя руками. — Ка-акое совпадение! Тут все!
— Лин, тебе не надоело ещё пить?
— Пить не может надоесть! — заявил тот, многозначительно поднимая палец. И добавил, подумав: — Особенно мне! Это исключено!
У Али, тем временем, получилось-таки расчесать спутавшийся клок волос принцессы, и гребешок теперь проходил гораздо легче.
— Ваше Величество, яблоко вкусное?
— Очень! — король снова откусил почти пол-яблока. — Хочешь?
— А вот не получишь! Ха-ха!.. Да ладно, шучу, — король повернул яблоко, подошёл к Али и наклонился: — Кусай!
— Спасибо, Ваше Величество! — Али откусил небольшой кусочек и вернулся к своему занятию.
— Ещё кто-нибудь хочет?.. — спросил Густав, обводя взглядом всех присутствующих. Мария Элеонора помотала головой, задумчиво глядя на Кристинины наряды. Кристина ответила "не хотю", а Лин подошёл к королю, откусил кусок яблока и поблагодарил.
Король хотел было возмутиться, но только махнул рукой и вопросительно посмотрел на младшего брата:
— Ты вообще ешь?! — вскричал вдруг Лин. — Я тебя всё время пытаюсь накормить, а ты не ешь ничего! Как это понимать?
Олис с полувиноватой улыбкой развёл руками.
— Может, ты просто пытаешься его угостить вином и только вином? — хихикнув, предположил Али.
— Ну нет, серьёзно. Чем ты питаешься? — не отставал Лин.
— Святым духом, — пошутил Олис.
— Ты ешь призраков?.. — хмыкнул Густав второй Адольф.
— Нет, — засмеялся летописец. — Ну ем я, Лин. Просто не так много… В смысле...
— То есть, ты намекаешь на то, что я много ем?! — возмутился глашатай. — Ну всё!..
— Лин, ну я не это имел в виду!
— Знаю я, знаю, что ты хотел сказать!
— Да ладно, я шучу. Живи пока...
— А волосы-то у Кристи немножко вьются, — чуть погодя заметил Али, весело взглянув на Олиса. Летописец тут же поднял голову и расплылся в улыбке.
— Да, вот, смотри! — кивнул Али. — Кристи, повернись-ка!
Принцесса, смеясь, взмахнула волосами, поворачиваясь спиной к Олису.
— И правда... — растроганно покачал головой летописец.
— Кстати! — снова подал голос Лин. — А Кристина точно твоя дочь, Густи?
— Не называй меня Густи! И... В смысле, что ты имеешь в виду?
— А я не зна-а-а-аю! — хитро оглядывая всех присутствующих, протянул Лин. — Может, она дочь Олиса?..
В наступившей тишине откуда-то со стороны подоконника послышался шорох и шелест: Олис от удивления уронил свиток.
— Что ты несёшь, Лин? — воскликнул Густав второй Адольф, забывая про недоеденное яблоко.
— А я не зна-а-а-аю, — повторил Лин. — Может, ему вообще сорок шесть лет на самом деле, а? И у него куча детей!
— Хм, а может, может, — Густав склонил голову и оценивающе уставился на брата, решив подыграть Лину.
— Густав!!! — в искреннем ужасе поворачиваясь к королю, воскликнул Олис.
— Да я шучу, шучу, Олис, — расхохотался Густав.
— А я нет! — разгорячился Лин. — Я серьёзно! Кто его знает?
— Я его знаю, — фыркнул Густав.
— А может, это не Олис! — завопил Лин. — То есть не тот Олис, не твой брат, которого ты знал! Или у тебя вообще брата не было, он просто тебе это внушил!
— Да нет, Лин, — расхохотался король. — Был у меня брат... И есть.
— Ну-ну, — Лин прищурился. — Я тебя предупреждал. Если потом окажется, что он — сорокашестилетний старик, то пеняй на себя!
— Ну, во-первых, сорок шесть лет — это ещё не такой уж и старик, — начал было Олис.
— Во-о-от! Видите! — завопил Лин, указывая на него бутылкой. — Защищает свой возраст и статус!
— Да ну тебя, — отмахнулся Олис. Он уселся поудобнее на подоконнике и уставился в летопись, хотя Али, например, было видно, что он смотрит в неё и не видит ничего.
— Может, Кристина его дочь? Вон, кудряшки — тому подтверждение!
— Но это даже не кудряшки... — попробовал возразить король. Но Лина было уже не остановить.
— А может бы-ы-ыть… Если Олису сорок шесть, — он пропустил мимо ушей раздражённый вздох Олиса, — то, может быть... Слушайте! Точно! Я знаю! Али! Ты тоже, может, его сын?!
У Олиса вытянулось лицо. У Али тоже.
— Пить надо меньше, — ворчливо заметила Мария Элеонора.
Мария Элеонора повернулась от кресла и задумчиво уставилась на Олиса и Али. Более непохожих внешне людей, наверно, сложно было себе представить. Один бледный, как его же призраки, другой смуглый, у одного светло-жёлтые кудряшки, у другого тёмные, как смоль, почти чёрные, прямые волосы, у первого глаза светлые, серо-зелёные, у другого — тёмно-карие, немного сужающиеся. Разве что рост небольшой — но ведь Али всего четырнадцать, он ещё вырастет.
— Да уж, — фыркнула королева, — похожи, как две капли воды!
Но Лин не почувствовал иронии.
— И я, и я о чём!!! — завопил он. — Только вопрос... — он прищурился. — Кто мать?..
— Невозможно! Невозможно его переубедить!
— Конечно! Ведь это правда! Зачем переубеждать? — Лин наклонил бутылку, приставив её ко рту, потом разочарованно заглянул в неё, посмотрел на свет и, убедившись, что она пуста, вздохнул. — Ладно, я пошёл... У меня появились срочные дела, простите!
Он вышел, дверь за ним захлопнулась.
— Дела у него, — фыркнула королева. — Бутылку новую искать пошёл!
— Что происходит? — спросил Олис, нервно сворачивая недочитанный свиток. — Почему он ко мне прицепился?
— Кто ж его знает, — развёл руками Густав второй Адольф. — Остаётся только надеяться, что он забудет обо всём об этом.
— Кристи, — Али повернул принцессу к себе. — Не слушай Лина!
А ближе к вечеру, снова вспомнив эту историю, Али задумался: а если серьёзно — сколько лет Олису?..