Часовой механизм башенных часов
Часовой механизм главных часов города, на верхнем ярусе Пречистенской колокольни Астраханского кремля. Фото 1993-1994 г.
Впервые, мы с друзьями побывали на этой колокольне в 1975 году. Тогда, подняться на верх мог любой желающий, и стоимость посещения составляла 15 копеек ( стаканчик мороженого, или вкусный мясной беляш ). Но тот верхний ярус колокольни, где работал этот часовой механизм, был закрыт для посетителей, и туда я смог попасть только в конце 80-х, когда колокольня для всех желающих уже была закрыта. Тогда же я узнал, что эти часы, что на фото, здесь были не с начала прошлого века , когда построили эту колокольню (первоначально там установили электро-механические ), а эти, что на фото, установили в 50-е годы , заменив одни на другие ( на просто механические ), и об этом я сейчас поподробнее, быть может слишком, чем следовало бы, с привязкой к тем немногим людям, которые имели к часам прямое, или косвенное отношение. Для меня это скорее память о тех людях, о том времени, когда был молодой, о той, жизни, и пост в ВК, это какая-никакая возможность, хоть на какое-то время отразить/зафиксировать/обнародовать то, что было, и как было.
Но начну я, как у меня иногда бывает – « от печки »… Был у нас в городе один мастер – Константин Леонтьевич Степанов. Был он в Астрахани конечно же не один, и их было много. Т.к. почти все, что выпускала в те годы наша лучшая в мире промышленность, должно было работать много лет, было не одноразовым, сделанным в условиях плановой экономики, то почти все, нужно было постоянно ремонтировать.
Был он мастер на все руки, чинил буквально все, от утюгов, электрических плиток, ремонт обуви, все виды фотоаппаратов, фотовспышек, холодильники, радиоприемники и телевизоры, много еще чего, ну и конечно же часы всех видов. Но официально он работал электриком в КПУ ( Культ – просвет училище ( Училище культуры ). Училище находилось в кремле, корпус, где была мастерская мастера был Южным, и вход в его мастерскую смотрел на Южную часть крепостной стены, где в те времена росло много акаций. Если его дверь была открыта настежь, то значит он был на месте. Его рабочий стол стоял ближе к входу в полуподвал, заходя в который нужно было пригибаться. 2-3 осветителя освещали его рабочее пространство + свет с улицы через открытую дверь , а над низким потолком постоянно раздавалась какая-то музыка, что-то вещали, читали, пели, смеялись, и это была театральная сцена училища.
По жизни он был оптимист, хотя, на заданный вопрос - как дела ? , начинал жаловаться, на что-то, но тут же, переключался на другое внутреннее состояние, и опять был в форме. Было у него еще одно увлечение – фотография. Это у него был приработок, но скорее – образ жизни, который приносил некоторый доход в виде денежных поступлений и всяких плюшек. Когда он фотографировал группы студентов в кремле, или же делал фотосъемку на свадьбе, то это нужно было видеть, как все вокруг начинало вращаться вокруг него. Это был процесс, и это невозможно пересказать, когда все вокруг начинают плясать под его дудку. Было забавно, прикольно, все его слушались, всем было весело.
Еще он любил ходить по продовольственным магазинам, в которых в те годы были постоянно пустые прилавки, но в которых продавщицами работали пышные тетки в белых халатах с кружевными белыми колпаками на головах.
Он подходил к прилавку, здоровался, шутил, и говорил : « Фотографироваться будем ?». Те начинали улыбаться, красить губы, подводить ресницы, поправлять колпаки, а мастер, уже доставал из портфеля свой фотоаппарат « Зоркий », с легким широкоугольным фотообъективом « Юпитер-12 », и подключал фотовспышку через экранированный кабель. И тут опять начиналось… Женщины стоят, а фотограф командует : « Ноги в третью позицию! Выпрямьтесь, встаньте на цыпочки, плечи назад, грудь вперед ! Вы, чуть боком, вы – чуть назад, вы-чуть вперед.
По ходу, он отпускал всякие шутки, постоянно импровизировал, и это был Театр. Довольные после такой фотосъемки тетки, заваливали его продуктами первой необходимости , которых почти никогда не было на прилавке магазина . А он, прощаясь, уже летел в другое место ( он постоянно куда-то опаздывал ).
И как-то ( в конце 80-х ), зайдя во двор кремля, и увидя открытую дверь его мастерской, подхожу и здороваюсь. Он, по своему обыкновению, сидел за своим рабочим столом - «примус починял». Поздоровавшись спрашивает: « Ты на колокольне был когда-нибудь?». Отвечаю, что был всего один раз – в 1975 году.
- Тогда не уходи. Сейчас пойдем туда, там мне подработку хотят предложить за 30 рублей в месяц . 30 рублей в 80-е, это смешная подработка по тем временам, но это смотря чем мерить. 30 обедов в любой городской столовой ( в рабочей дешевле, а в школьной – еще дешевле ), или 136 поллитровых кружек разливного, вполне приличного пива в местном пивбаре . Но вот, американские джинсы с рук стоили 200-250 рублей, а доступные нормальные туфли в магазине начинались от 40 рублей. Подешевле, но тоже приличные, можно было приобрести только по блату. Была и дешевая обувь, но ее никто не брал.
К назначенному времени подходим к воротам, нас ждет, много лет, как пенсионного возраста человек, которого я не раз видел в ремонтной мастерской Дома быта « Кристалл». Он там постоянно сидел с часовой лупой, ремонтировал фотоаппараты, конструкций середины прошлого века. Мы не были знакомы, т.к. я отдавал в ремонт ребятам, что работали за соседними столами. Было тогда ему за 70, а может быть и за 80. Был он еще не в плохой форме, звали его Георгий, и кажется Иванович ( уже не у кого спросить ). Тут я узнаю, что он оказывается с 50-х годов является смотрителем главных часов города. Но вот пришло время, решил отказаться от какой бы то ни было работы, и как замену себе на этом месте, он выбрал Степанова.
Он открыл ключом дверь на лестничный марш колокольни, запер ее за нами и мы стали подниматься. Первым поднимаясь и с уважением оглядывая все вокруг, он говорил, что это все построили неграмотные люди, и что 30 лет он поднимался раз в неделю на эту колокольню, чтобы завести часовой механизм, и никогда не считал это за работу ». Иногда он кратковременно останавливался, чтобы что-то рассказать, и у него совсем не было никакой отдышки, а ведь высота колокольни более 80 метров, и это чуть ли не самая высокая кремлевская колокольня в России.
Она стоит в центре старой Астрахани, смотрит на четыре стороны света. Такая возможность пофотографировать город с разных ярусов, в разные времена года и в ночное время тоже… В 80-е, колокольня уже была закрыта для посетителей. Нормально – подумал я тогда. И хоть мы не были друзьями со Степановым, но договориться с ним можно было. Буду брать ключи у Кости, снимать старый город с разных ракурсов, а заодно и заводить часы.
И вот мы поднялись, и смотритель говорит, что, когда ему предложили в 50-е годы отремонтировать башенные, родные электро-механические часы , которые слегка пострадали во время Январских боев 1918 года, то их можно было отремонтировать, и он хотел взяться за эту работу. Тогда кремль приводили в порядок к 400-летию города ( 1958 год ), и руководил всеми работами по кремлю и по городу архитектор Воробьев. Не знаю, зачем нужно было так торопиться, но часы те решили демонтировать, и заменить другими. Другие нашли в каком-то монастыре России, демонтировали, привезли в Астрахань, установили и запустили, и с тех пор , смотрителем этих часов стал Георгий Иванович ( кажется Иванович ). Ну а те часы, которые пострадали от присутствия большевиков на колокольне… Они там тогда засели плотно, так как с башни были самые лучшие сектора наблюдения города и его обстрела. Те часы пострадали дважды – вперед из за большевиков, которые захватили кремль в Январе 1918 года, а потом из за коммунистов ( руководящая и направляющая роль партии ), т.к. на руководящих должностях беспартийных не было. Те часы демонтировали / разобрали, долгие годы они валялись в одном из подвалов Горисполкома, и это нам рассказал смотритель, когда мы разглядывали механизм уже других часов – тех, что на фото.
Позже, они просто сгинули в небытие.
Можете себе представить, какая колоссальная работа была проделана до революции, чтобы те часы создать, установить. Потом, принять такое, коммунистически «верное» решение, их демонтировать и свалить в сырой подвал Горисполкома, хотя их можно было отремонтировать. Да и тот монастырь жалко, который оставили без часов. Это сейчас все это похоже на дикость, а тогда , везде и повсеместно, подобное было нормой, и ничто ни во что не ставилось. Все у нас вот так, и старый город уже столько десятилетий гибнет все по той же причине, что у нас не научили ценить настоящий труд, разучили ценить то, что было создано мастерами прошлых столетий. У нас в те годы прославлялось только все то, что было создано после 1917 года. Давно уже не прославляют, но по инерции продолжаем жить так, как жили, как воспитали… Лет через 50-70-100, будут люди разглядывать фотографии наших старых городов, от которых ничего не осталось из прошлого, и им тоже будет казаться дикостью то, что старая архитектура была просто уничтожена, как по аналогии с башенными часами, но к сожалению, понимание того, что это дикость, произойдет нескоро…