Черное и белое или в чем наша загадочность?
Канал Время шариковых анонсировал недавно подарок вате к новому году — календарь Звёздного городка на 2026 год с космонавтами и... иконами.
Ничего необычного. Освящение памятников сталину, который уничтожал священников, преклонение перед мумией Ленина, который “придумал нацистскую Украину” и прочая эклектичность уже стала нормой.
Украинский историк Євгеній Мороз писал к дате гибели царской семьи:
“17 июля 1918 года одни патриоты России расстреляли других патриотов России.
А теперь третьи патриоты россии кричат про то, что “красные” патриоты России были правопреемниками “белых” патриотов России.
К слову, семью Романовых канонизировали те, кто ходит на парад с символикой СССР.
Если бы был вопрос, как выглядела бы шизофрения, будь она целой страной, то это была бы Россия”.
Леонид Парфенов, отвечая на вопрос, “Почему вот эта советская страница в истории оказалась такой трудно переворачиваемой?” пишет:
“Потому что элиты не выработали новых ценностей, не предложили новых идей. Тут все вместе. И людям так удобнее в этой постсоветскости, и власти гораздо удобнее. Не смогли создать в 90-е годы иных идеалов, и вернулись в результате к тем. Ну там тоже эклектика какая-то полнейшая. Мы и тем гордимся, и сем гордимся. Мы и Колчаком гордимся, и памятники Ленину не сносим. И Маннергейму то доску установили, то ее ликвидировали. И Сталину какие-то полусамодеятельные памятники возникают, с одной стороны. С другой, Путин с патриархом открывают монумент жертвам репрессии на проспекте Сахарова. Двуглавые орлы на Историческом музее, на фоне красных звезд на Кремлевских башнях, господин президент и товарищ верховный главнокомандующий. Как-то все это очень эклектично. Это все нельзя свести к чему-то такому одному”.
“В одну временну́ю точку решили поместить и царизм с крепостным правом, и кулачество, и 30-е с репрессиями, и 50-е/70-е с интервенциями в другие страны, и, конечно же, 90-е. Кремлёвский "режиссёр" в этом плане достаточно талантлив. Не хватает только 80-х с "Лебединым озером" "на бис" и гонками на лафетах, чтоб они там все сдохли”, — читаем в комментариях. — “Глупо надеяться, что государство с "царским гербом", "власовским флагом", и "советским гимном” может четко осознавать, чего оно вообще хочет!”.
Что у нас в головах? давайте попробуем разобраться. Тогда всю нашу загадочность как рукой снимет.
Загадочность
“Про то, что россиян не понимает никто, могу сказать одно. Так почему-то считают только россияне. Они для всего мира — открытая книга, тупое агрессивное быдло. Непонятное — ничего подобного. Непредсказуемое — бывает, с дураками всегда так, и нет в этом никакой загадки”.
Из телеграмм-канала Warshsip…DONE
Поговаривают, что "железный канцлер" Отто фон Бисмарк про нашу "загадочность" как-то сказал: "Никогда не воюйте с русскими. На каждую вашу военную хитрость они ответят непредсказуемой глупостью". Впрочем, может он этого и не говорил.
Зато доподлинно известно, что его соотечественник, военный теоретик Карл фон Клаузевиц писал нечто в том же духе: “Такую страну можно одолеть, только сыграв на ее собственных слабостях. Сам идеолог “особого пути” России Федор Тютчев считал, что Россию не понять умом ее из-за противоречий, безрассудности и нелогичности, которыми руководствуется народ. Поэтому рациональные объяснения поступков россиян просто не работают. И эти парадоксы, как ни странно, играют на стороне России: иностранцы не могут спрогнозировать, что предпримут русские люди на этот раз.
"В России чаша весов не колеблется — она сразу получает решительное движение. Всё разом рушится, всё — образы, помыслы, страсти, идеи, верования, всё здание. Для большинства русских верхом счастья является постоянная смена декораций," — считает Жорж Морис Палеолог, французский дипломат, посол в Российской империи с 1914 по 1917 год.
“Строгий наблюдатель вынужден будет признать сию нацию чистейшим образцом непоследовательности, противоречия и парадокса, соединяющим в себе самые противоположные крайности: ненавидя чужестранца, русские его копируют, изображая оригинальность, впадают в рабское подражание; расфранченные и неопрятные, безрелигиозные, но суеверные, гордецы при всем своем пресмыкательстве, скопидомы и расточители, — их нельзя ни преобразовать кротостью, ни исправить наказанием”, так описывает русских Джордж Макартни, чрезвычайный посол в Петербурге в 1765–1767 годах.
“Кражи весьма часты в России, но наряду с ними развито и гостеприимство. Русские дают вам и берут от вас, следуя непосредственным чувствам своим, великодушию или хитрости: и то и другое развито в этом народе”, — удивляется баронесса Анн-Луиз Жермен де Сталь, французская писательница, в 1812-м году бывшая в России.
"Русским нет равных ни в доброте в тех случаях, когда они ее проявляют, ни в самоуничижении", — пишет Жюль Легра, французский филолог, историк русской и немецкой литературы, многократно бывавший в России в 1890-1910-х годах.,
"Русский стремительно переходит от одного настроения к другому: от отчаяния к безудержному веселью, от апатии к энергичной деятельности, от смирения к бунту, от возмущения к покорности, — замечает Морис Бэринг, английский писатель и журналист, освещавший Русско-японскую войну для Times, после чего живший в России до 1912 года. — Гуманность русских имеет оборотную сторону: готовность к всепрощению, часто встречающуюся моральную бесхребетность".
"Россия еще не изжила влияние Достоевского: исступленное сострадание сочетается здесь с бессмысленной жестокостью", — читаем мы у Памелы Линдон Трэверс, английской писательницы, уже в советские годы побывавшей в СССР.
"Поскольку абсолютное добро недостижимо, русские отдают себя во власть абсолютного зла", — объясняет все это недоразумение французский историк Пьер Паскаль, проведший в России с 1916 по 1933 год.
Заставь дурака Богу молиться
“Одна из глубочайших особенностей русского духа заключается в том, что нас очень трудно сдвинуть, но раз мы сдвинулись, мы доходим во всем, в добре и зле, в истине и лжи, в мудрости и безумии до крайности”.
Д. Мережковский. “Заставь дурака Богу молиться”.
“Русская история примитивна, как настенные часы. Три шестеренки, гиря и маятник. Чем сильнее маятник отклоняется влево, тем дальше потом уходит вправо”.
Город Глупов
“Между “есть Бог” и “нет Бога” лежит целое громадное поле, которое проходит с большим трудом истинный мудрец. Русский же человек знает какую-либо одну из этих двух крайностей, середина же между ними не интересует его; и потому обыкновенно он не знает ничего или очень мало.
А.П. Чехов
Есть два типа в народе. В одном преобладает Русь, в другом — Чудь, Меря. Но и в том и в другом есть страшная переменчивость настроений, обликов, “шаткость”, как говорили в старину.
Иван Бунин
Русский философ Бердяев считал, что “русская душа” всё доводит до противоположных крайностей. Я бы сказала даже до абсурда. И для нас действительно не существует золотой середины: мы как маятник, при этом мы можем находиться в двух крайних положениях практически одновременно.
Мы гордимся всем русским, но предпочитаем все импортное. Мы презираем иностранцев и с упоением доказываем всем, что мы не хуже, копируя их во всем, чем только можно, завидуем им и ненавидим их одновременно.
Желание спасти весь мир от “проблем” и “несправедливости”, которая нас никак не касается в нас сожительствует с абсолютной терпимостью к беспорядку в своей собственной стране.
Мы считаем себя маленькими людьми, которые ни на что не влияют, и в то же время желаем, чтобы под наши хотелки прогнулся весь мир, от ближайших родственников до гораздо более развитых и богатых чем мы соседних государств.
Пятилетку мы выполняем за 4 года, а месячный план в последние 3 дня. Мы не можем что-то менять, лишь только “разрушив до основанья, а затем…” Затем из обломков пытаемся собрать какое-то жалкое подобие того, что разрушили.
Жадность в нас соседствует с расточительностью, гостеприимство — с любовью к халяве. Мы можем прогулять за полчаса всю зарплату, напоив друзей, и в то же время готовы убить за яблоко, украденное из нашего сада.
Мы готовы затянуть пояса ради процветания родины и всегда готовы эту самую родину разворовывать.
Мы сострадаем до слез к “восемьлетбомбимым жителям Донбаса” и одновременно проявляем полная безжалостность к ним же за то, что они не встретили нас цветами. Готовность принести в жертву своих детей ради мифического “спасения” совершенно далеких нам людей.
Радуемся новым территориям, не разу не покидая пределов своей области.
Гордимся величием, собирая детям на лечение смс-ками.
Спасаем чужих детей, имея долги по алиментам 150 миллионов рублей.
Рассуждаем о скрепах и традиционных ценностях, когда 90 процентов браков распадаются в течении года, а бытовой насилие — одно из самых частых преступлений.
Если уж мы решили сажать кукурузу, то будем сажать ее за полярным кругом. Если уж поставили цель — ни шагу назад, то мы готовы бросить тысячи людей на пулеметы.
Перфекционизм и упертость до драки с кулаками в одних вопросах и полная апатичность к происходящему и раздолбайство в других.
В этом почти Оруэлловском “двоемыслии” особо преуспевают “сливки” общества:
Заявляют о принадлежности к пролетариату и окружать себя предметами роскоши.
Публично проклинают враждебные страны и держат награбленные деньги в их банках, а виллы покупают в странах НАТО.
Обвиняют оппонентов в империализме и вынашивают планы по захвату соседних территорий.
Разводятся с женами, предаваются разврату и говорят о традиционных ценностях.
Объявляют либерализм и демократию “изжившими себя” и “вредными”, и божатся, что наша страна — самая свободная, демократическая страна в мире.
Закрывают оппозиционные СМИ и кричат о свободе слова у нас и лживости журналистов “у них”.
Говорят о миролюбии и постоянно воюют.
В наших оценках происходящего — либо черное либо белое. Нетерпимость к недостаткам других при полном попустительстве совершенно таких же своих недостатков. Мы считаем, что все, всегда и всё должны делать правильно. Причем, правильно — это так, как в настоящий момент считаем мы. При этом сами поступаем с точностью до наоборот. “Вы не понимаете, это — другое”.
Из той же серии наша подозрительность к окружающим — если ты не разделяешь с нами все наши заблуждения, значит — ты явный враг. “Сегодня Россией рулят люди с архаичным сознанием, застрявшие ментально даже не в прошлом, а в позапрошлом веке, …с представлением о том, что любые отношения с внешним миром — это “игра с нулевой суммой”: всегда есть “мы” и “они”, и если “они” что-то выиграли, то “мы” ровно столько же проиграли, и наоборот, — пишет Михаил Ходорковский. — В такой игре нет оттенков, есть лишь черное и белое, компромиссы — тактическая уловка, альянсы — военная хитрость, и вообще: у России лишь два союзника — армия и флот”.
В комментариях читаем: “…Эти противоречия и породили шизофреническую загадочность русской души. Сентиментальность, инфантильность и рядом с ними звериную жестокость от долго скрываемой боли и обиды. Дезориентация в пространстве.
Русская душа это незрелая, раздираемая противоречиями, душа.
Постоянная зависть к свободным людям, враньё, чтобы скрыть эту зависть и оправдать для себя, неумение принимать самостоятельные решения и нести ответственность.
Все время кто-то виноват, но не мы. Так рассуждают только оч испорченные дети — преступники”.
Мания величия и комплекс неполноценности
...Сидючи на рассвете в холодном шатающемся от ветра деревенском сортире и разглядывая в щелочку лужу с корочкой свежего льда, греет мысль, что гиперзвуковые Цирконы и Калибры никогда не позволят НАТО нарушить эту идиллию.
Цитата из просторов интернета
Но самый большой парадокс, самое серьезное противоречие в нас — это гремучая смесь из мании величия и комплекса неполноценности. Хотя никакого противоречия на самом деле нет.
Завышенная самооценка это обратная сторона заниженной самооценки. Страдающие от нее люди думают, что они лучше всех, но сами в этом не уверены. И поэтому они постоянно должны себе это доказывать. Любые понты — это признак неуверенности в себе.
После деоккупации Херсона местные жители рассказывали, как “освободители” постоянно заставляли украинцев повторять, что русские — это круто. Как будто постоянно нуждались в подтверждении этого “неоспоримого” для них факта. Вот реальное письмо из оккупированного Херсона, найденное в интернете.
“Наташа, мы держимся изо всех сил. Чувствуется, что они боятся. Очень боятся. Они могут остановить на улице любого человека заставить повторить несколько раз, что они великие, что они сильные и что мы хотим жить с ними.
Мы опускаем глаза и повторяем, а в голове крутится — как же вы, с*ки, боитесь, если вам, для вашего величия, нужно, чтобы кто-то про это величие повторял. Как же вы сами в себе не уверены.
Это как половой акт с импотентом, которому нужно бесконечно повторять, что он сильный, что у него всё получается, очень долго и упорно для него стараться и при этом думать, когда же это мучительное издевательство наконец-то закончится.
Диагноз
Такое впечатление, что вся страна больна пограничным расстройством личности, которое проявляется в неадекватно-противоречивой оценке всего окружающего мира и контрастном, рискованном и импульсивном поведении. Люди, страдающие этим недугом могут сорить деньгами, нарушать правила дорожного движения, иметь проблемы с алкоголем и наркотиками, беспорядочно менять половых партнеров. Вдобавок — черно-белое восприятие мира, эмоциональные “качели”, слабый самоконтроль и проблемы с самоидентификацией. Часто им интересны экстремальные виды спорта. В тяжелом состоянии могут появиться суицидальные порывы.
Куда несешься ты, тройка-русь!
"Россия, вперед!" — Такой призыв грех не разделить! — отвечает Евгений Понасенков на вопрос журналиста. — Мне просто интересно: чтобы идти вперед, надо понимать направление — в какой "перед?". У меня такое впечатление, что в этом "впереди" мы уже были 70 лет, и до этого долгие годы. И там ничего хорошего нет. Там нет еды, там нет свободы прессы, там расстреливают поэтов, там Мандельштам и Мейерхольд погибли в концлагере, а Цветаева повесилась. Вы хотите такое "впереди?" Вы хотите 90-е? 37? В каком "переди?" Это те же самые лозунги, те же самые люди. Поэтому сначало надо понять в какое "переди", потом уже туда бежать.
О возрождении традиций. — Я прекрасно помню все эти традиции, у меня все ходы записаны. Какое возрождение? Возрождение — это конкретный исторический термин. Возрождение античной культуры в Европе. У нас не было античности, здесь медведи ходили в то время.
Нет ни одного года в российской истории, который был бы идеальным. Что вы хотите возрождать? Крепостное право? Или революционный кризис 1905-1917? Или сталинские лагеря? Хрущевки? КГБ? Ивана Грозного? Опричнину? Смутное время? Аракчеевщину? Какой год в истории России вы хотите возрождать?“
Куда несешься, Русь? Дай ответ!
Не дает ответа: нет его у самой Руси. Наша загадочность — это лишь мутная вода, в которой водятся жуткие чудовища.