Твой ютубер | Глава 12: Первая встреча Чобкхуна с Фанси
Тэвит нахмурился, недовольно глядя на этот момент в новом видео Чобкхуна. Его раздражал не только голос оператора, казалось, тот слишком громко и слишком уверенно разговаривал с Чобкхуном, но и то, что Чобкхун выглядел слегка смущённым.
Совсем немного, но этого было достаточно, чтобы вывести его из себя.
Ещё с прошлого ролика ему не нравился этот оператор. Он чувствовал, что между ними что-то есть.
Кухня Чобкхуна когда-то была местом, где тот хотел попробовать испечь для него что-нибудь. Теперь же она служила другому человеку. И дом тоже. Чобкхун продумал почти всё для него. Тэвит знал это, потому что видел записки, которые Чобкхун приклеивал в блокноте с планами дома, прежде чем убрать его в коробку. Они почти начали жить там вместе. И именно он разрушил всё собственными руками.
Теперь ему хотелось узнать, кто этот оператор и почему он так близок с Чобкхуном.
Тэвит снял наушники и посмотрел на девушку, которая всё ещё поддерживала связь с его бывшим.
Недавно Йим выложила сторис с Чобкхуном, возможно, она что-то знает.
— Йим, ты знаешь, кто оператор на канале Чобкхуна?
Он подошёл к её столу. В комнате работало ещё несколько сотрудников, но Плюм отсутствовал, занятый своими делами.
— Не знаю. С чего бы мне знать? — Йим подняла голос чуть выше обычного, явно смутившись. Она на мгновение взглянула на него и снова уткнулась в экран.
— Он тебе ничего не рассказывал?
— Мы это не обсуждали. Зачем тебе вообще это знать? — она нахмурилась, удивившись внезапному интересу Тэвита к Чобкхуну.
Не получив ответа, он решил действовать иначе.
На стол главного оператора канала легла маленькая записка с псевдонимом «IN my eyes».
— Ти, найди мне, кто скрывается под этим именем.
Парень в очках прочитал написанное.
— Спроси у своих знакомых. Может, кто-нибудь знает.
Чёрный ежедневник с изображением полумесяца и маленькой звезды лежал раскрытым на светлом деревянном столе. Чобкхун довольно улыбнулся, глядя на календарь: почти все клетки, ещё недавно плотно забитые делами, были перечёркнуты чёрной ручкой.
Он поставил ещё одну галочку напротив только что завершённой иллюстрации.
Этот месяц оказался изматывающим, в отличие от следующего, который пока выглядел пустым.
Последние три-четыре дня он засыпал под утро и чувствовал себя ходячим призраком. Это напоминало университетские годы, когда приходилось ночами рисовать, чтобы успеть к сдаче. Но тело уже было не тем. Стоило недоспать и всё шло наперекосяк.
Поэтому Чобкхун решил больше не брать новых заказов на иллюстрации. Ему нужно было отдохнуть и физически, и морально, прежде чем страсть к рисованию окончательно выгорит.
Он сам не заметил, в какой момент кисть перестала приносить радость. Теперь, стоило взять её в руку, как вместо удовольствия появлялись только напряжение и давление сроков. Настоящим удовольствием стало вычёркивать выполненные задачи в календаре.
Наверное, он просто взял на себя слишком много. И это оказался хороший урок.
Закончив работу на сегодня, он перевёл взгляд на план на завтра. Тёмные глаза остановились на записи:
[Встреча с Фанси в квартире Интача.]
Рядом он нарисовал маленькую кошачью мордочку.
С тех пор как Интач позвонил и предложил познакомиться с кошкой, прошла почти неделя. Завтра, помимо встречи с Фанси, они собирались обсудить следующий ролик.
ASMR-видео с готовкой вышло уже два дня назад, а он так и не посмотрел, какой была реакция.
Теперь появилось время, можно почитать комментарии.
Чобкхун поднялся из-за рабочего стола, взял телефон, открыл последнее видео и позвал Кати, который грыз игрушку, перейти с ним в гостиную. Он растянулся на диване, уложил Кати себе на грудь, левой рукой гладил его по голове, а правой листал комментарии.
[Обожаю цветокор и монтаж. Видео простое, но видно, что всё продумано, плавно и приятно смотреть. Звук тоже очень комфортный. Это один из моих любимых каналов. Продолжай!]
[Слушаю — сразу хочется спать. Смотрю — сразу хочется есть. И что делать первым?]
[Выглядит очень вкусно! Но было бы круто показать, как ты маринуешь мясо и готовишь соус.]
[Спасибо за ещё один ASMR. Обычно мне трудно заснуть, но под твой голос я сразу вырубаюсь. Переслушиваю снова и снова.]
[Хочу ещё видео из путешествий. Когда будет следующая поездка?]
[Чего ты смущаешься? Голос у оператора просто сумасшедший, в хорошем смысле!]
[Голос такой бархатный, слушаешь и всё, пропал.]
[В следующий раз можешь одновременно рассказывать историю и рисовать?]
Среди комментариев попадались и полезные советы, и тёплые слова, от которых на душе становилось легче. Но были и такие, от которых он невольно хмурился.
[Что ты там бормочешь? Зачем шептать? Говори нормально, раздражает.]
[Никогда не любил такие штуки, смешно вообще.]
Чобкхун обычно прислушивался к зрителям, но такие реплики он просто пропускал. Каждый имеет право любить или не любить, но выражать мнение тоже можно по-разному. К тому же он ясно указал формат в названии и описании.
Если не нравится, зачем вообще нажимать?
Он покачал головой и продолжил листать. И в этот момент телефон выскользнул из руки и ударил его прямо по губам.
Кати вздрогнул и проснулся от его стона, наклонил голову и уставился на хозяина, который потирал губы.
[Ой, опять момент с кормлением друг друга, как мило. Теперь голос оператора уже слышно, так в следующий раз покажете лицо? P.S. Я заметила, ты ещё и смутился, когда кормил 🙂]
Опять тот же комментатор. Любит поддразнивать.
Кстати, нужно поговорить с Интачем об этом. Если он узнает, что кто-то решил, будто они пара, вдруг ему станет неловко?
Чобкхун взглянул на время, почти три часа ночи. Он поднялся, прижал Кати к груди и пошёл наверх в спальню.
Засиживаться больше нельзя, утром нужно ехать к Интачу, и лучше выехать пораньше, иначе в будний день дороги будут стоять намертво. К тому же надо ещё кое-куда заехать по пути.
Продумав план на завтра, он снова коснулся слегка распухших губ.
В следующий раз он точно не станет читать комментарии, лёжа так беспечно.
Гудки машин и утренний шум улиц быстро прогнали остатки сна.
Чобкхун знал, что утром его ждёт хаос пробок, но не ожидал, что движение встанет почти намертво. К счастью, он выехал с запасом и ровно к десяти утра добрался до квартиры Интача в центре города. Серебристый Benz поднялся на пятый уровень паркинга, и Чобкхун вышел из машины, обеими руками нагруженный пакетами.
Карие глаза пробежались по парковке в поисках того, с кем он договорился встретиться, и почти сразу он увидел оператора. Интач шёл навстречу в длинных джинсах и белой футболке по фигуре, чёрные волосы лежали небрежно, прикрывая лоб.
— Привет, Кхун. Тебе помочь? — Интач снова заметил усталость на его лице, но Чобкхун, как обычно, широко улыбнулся.
Он протянул высокий стакан холодного американо, затем тканевый пакет.
— Спасибо, Кхун. Вообще-то не нужно было ничего покупать.
— Всё нормально. Дай и мне хоть что-то для тебя сделать, а то мне уже неловко.
В светлом приватном лифте Интач заметил, что губы у Чобкхуна слегка припухли. Нажимая кнопку тридцатого этажа, он спросил:
— А, это? — Чобкхун осторожно коснулся её. — Я уронил телефон, прямо себе на губу.
— Нет, к счастью, просто немного опухла.
Он сделал глоток холодного шоколада. Вспомнив, из-за чего вообще выронил телефон, Чобкхун всё же решился задать вопрос.
Он украдкой взглянул на спокойное лицо Интача.
Почувствовав внимательный взгляд, Чобкхун почесал затылок и опустил глаза.
— Просто… там был комментарий. Кто-то решил, что мы с тобой… ну…
Он неловко указал пальцем то на себя, то на Интача.
— Что мы пара? — спокойно закончил Интач.
— Да. Тебе неприятно? Я могу объяснить зрителям, если нужно.
Пусть это и был всего один человек, но если Интачу будет неловко, он всё прояснит.
— Нет. Просто я боялся, что тебе будет некомфортно.
Ему хотелось, чтобы Интач работал с ним спокойно и без лишних переживаний.
— Не переживай. Мне совсем не неприятно.
Перед ними оказался небольшой коридор с единственной дверью, которая вела в квартиру Интача. Напротив стояла обувница, а рядом выстроились в ряд большие плюшевые фигурки Lego Star Wars.
Переступив порог квартиры 3001, Чобкхун первым делом ощутил простор. Это было больше похоже на дом, чем на обычную квартиру.
Интерьер минималистичный, в тёмных тонах, но не мрачный. Благодаря мебели и свету из панорамных окон пространство казалось тёплым и уютным.
Прямо перед ним раскинулась гостиная с высоким потолком и огромными окнами, из которых открывался вид на город и небо. Слева шла лестница на второй уровень, а под антресолью располагался рабочий кабинет, отделённый стеклянной перегородкой от пола до потолка. Заглянув внутрь, он понял, почему Интач выбрал закрытое пространство: помимо стола там стояли шкафы, аккуратно заполненные камерами, объективами и рабочим оборудованием.
Чобкхун проследил за жестом хозяина и увидел под лестницей пухлую сиамскую кошку со светло-коричневыми отметинами. Вживую она выглядела ещё дружелюбнее, чем на фотографиях, которые Интач присылал. Кошка пила воду из специального кошачьего фонтанчика.
Под лестницей располагалась целая территория Фанси — аккуратный домик, игрушки, настенные полки для лазанья. Всё было расставлено так продуманно, что становилось ясно, что это её королевство. Чобкхун даже не понимал, для чего нужны некоторые предметы.
— Как и Кати. Можно с ней поиграть? Она не кусается?
— Можно. Она не агрессивная, но пусть сначала привыкнет к тебе.
Интач опустился на светлый ковёр, спиной к чёрному дивану. Фанси, напившись воды, направилась к хозяину, но заметив нового человека, сменила маршрут. Маленький носик обнюхал Чобкхуна с головы до ног, после чего кошка демонстративно развернулась и снова потёрлась о ногу хозяина.
Чобкхун едва сдержался, чтобы не ущипнуть её за эту независимую мордочку.
— Она чувствует запах Кати на тебе, но к тебе ещё не привыкла. Попробуй вот это.
Он взял у Интача удочку с перьями и начал водить ею перед Фанси. Кошка мгновенно забыла обо всём — подпрыгивала, вставала на задние лапы, шлёпала игрушку передними, хвост торчал вверх боевым флагом.
Чобкхун, в белой рубашке с закатанными рукавами и коричневых чиносах, смеялся так, что глаза превратились в щёлочки.
Интач смотрел вовсе не на кошку.
— Теперь понимаю, почему ты стал кошачьим рабом. Но когда она даст себя погладить?
— Когда привыкнет к тебе. Значит, придётся чаще приходить.
— Согласен. В следующий раз, может, уже разрешит.
Фанси вскоре юркнула в круглое устройство под лестницей.
В квартире не чувствовалось ни малейшего запаха, только лёгкий чистый аромат. Чобкхун вспомнил, что купил подарок.
— Я взял ей рыбку, которая дёргается. У неё есть такая?
Чобкхун вскрыл коробку и положил на пол игрушку. Рыбка зашевелилась.
— Фанси, иди сюда! Смотри, что я тебе принёс. Она ещё и дёргается! Мяу-мяу!
Интач наблюдал, как взрослый человек старательно изображал кошачий язык, и с трудом сдерживал улыбку.
Фанси присела, как маленький хищник, сосредоточилась… и бросилась на добычу. Она вцепилась в голову рыбки и начала трясти её с видом победительницы.
Чобкхун опустился на ковёр и какое-то время просто наблюдал, как Фанси яростно терзает дёргающуюся рыбку.
Потом осторожно протянул руку ближе.
— Не спеши. Она сейчас в азарте, может цапнуть, — спокойно предупредил Интач.
Чобкхун тут же отдёрнул ладонь и смиренно продолжил смотреть. Через минуту Фанси, будто решив, что добыча повержена, снова перебралась к хозяину. Маленькая голова ткнулась в колено Интача, и кошка уверенно запрыгнула ему на ноги.
Чобкхун смотрел с таким выражением, будто перед ним разыгрывали сцену великой несправедливости.
— Хочешь попробовать ещё раз? — спросил Интач, почесывая кошку за ушком.
Несмотря на осторожные слова, Чобкхун уже подсел ближе, сложив ноги по-турецки.
— Нет. Она сейчас довольная. Попробуй.
Чобкхун медленно протянул руку и наконец коснулся головы Фанси. Кошка приоткрыла глаза, оценила ситуацию… и вдруг сама потёрлась мордочкой о его ладонь.
— Она разрешила! — Чобкхун просиял и уже увереннее начал гладить.
— Можно чесать шею и голову. Хвост не трогай, не любит, — добавил Интач.
Чобкхун кивнул и аккуратно почесал кошку под подбородком. Фанси прикрыла глаза, расслабилась. Интач осторожно переложил её на колени Чобкхуна.
— Пусть привыкает к твоему запаху.
— Окей. А когда тебя нет дома, ты как с ней? — Чобкхун чуть поёрзал, устраивая кошку удобнее.
— Если ненадолго, оставляю в отдельной комнате, я сделал для неё небольшую. Если надолго, отдаю сестре. Инг иногда тайком уносит Фанси к себе, так что они близки. Инг живёт этажом ниже. А ты что делаешь с Кати, когда уезжаешь?
— Почти так же. Я смотрел документалку про собак, там говорили, что если пёс слишком зависим от хозяина и его не учить оставаться одному, он будет сильно стрессовать. Я не хотел, чтобы Кати мучился, поэтому постепенно приучал его к одиночеству. Но если уезжаю надолго, отвожу к родителям.
Он ненадолго замолчал, продолжая гладить Фанси.
— Когда я в детстве впервые попросил у папы собаку, он сказал, что для пса хозяин — целый мир. Если берёшь ответственность, нужно быть готовым отдавать время полностью. Тогда я не понял. А потом увидел, как Кати на меня смотрит, и…
Интач внимательно посмотрел на него.
— …и понял, что он просто хочет печеньку! — внезапно закончил Чобкхун с озорным блеском в глазах.
Интач тихо рассмеялся. На щеке появилась ямочка. Чобкхун заметил её и тоже улыбнулся.
— А если серьёзно, — продолжил он уже спокойнее, — в его взгляде столько доверия. Когда нам кто-то нужен, мы можем позвонить. Когда одиноко, можем поговорить. А они не могут. Если скучают, им остаётся только ждать. И мысль о том, что он ждёт меня целый день, иногда делает меня виноватым.
— У Кати есть друзья — золотистый ретривер по имени Мантхоу и чихуахуа по имени… Хайтун.
Интач заметил, как взгляд Чобкхуна едва уловимо дрогнул, прежде чем он снова стал привычно спокойным.
— Но с кошками он не общался. Думаю, Кати бы поладил с Фанси.
Чобкхун посмотрел на кошку, свернувшуюся клубком у него на коленях, стараясь отогнать лёгкую пустоту внутри. Хайтун всё ещё отзывался тихим эхом в памяти.
— Если познакомить их пока они маленькие, думаю, смогут подружиться, — сказал Интач. — Фанси ещё не встречала других питомцев, так что я не уверен, как она себя поведёт.
— Думаю, она будет в восторге. Я уже в восторге, — Чобкхун погладил Фанси по голове. — Надо будет познакомить их поскорее.
Он представил, как Кати впервые увидит кошку, и тихо улыбнулся.
Хотелось верить, что Кати будет таким же добрым с Фанси, как с Мантхоу и Хайтуном…
Они оба устроились, прислонившись к дивану, и разговор неспешно потёк дальше. Стаканы с холодным американо и шоколадом на столе постепенно пустели.
Когда Фанси окончательно уснула, а Чобкхун начал слегка ёрзать, Интач понял, что тот устал.
— Дай её мне. Я отнесу Фанси на кровать.
Чобкхун осторожно передал кошку хозяину. Интач уложил её на кровать и ненадолго исчез в глубине квартиры.
Чобкхун встал, потянулся и вдруг заметил на стене ряд из пяти чёрных рамок среднего размера. Они висели аккуратной линией. Подойдя ближе, он увидел, что внутри нет фотографий, только надписи: «Day 1» в первой рамке и «Day 5» в последней.
Наверное, Интач ещё не выбрал снимки.
Чобкхун вернулся к дивану как раз в тот момент, когда хозяин вышел с бутылкой воды и двумя стаканами.
— Какой будет следующий ролик? — Интач поставил стаканы и сел рядом, разливая воду.
— Спасибо. Я хочу сделать видео про татуировку, — Чобкхун сделал глоток, горло немного пересохло. Наверное, слишком много говорил.
— Ты собираешься набить её прямо в видео?
— Да. Давно хотел, но всё не было повода. Хочу снять весь процесс: выбор эскиза, разработку рисунка и саму работу. Как тебе идея?
— Звучит интересно. Ты уже что-то решил?
— Немного изучил, как подготовиться. Но пока не определился с двумя вещами: салон и сам рисунок. Не знаю, делать надпись или изображение.
— С салоном могу помочь. Я знаю владельца одного. Там хороший мастер, всё стерильно. Если хочешь, пришлю инстаграм, посмотришь работы. Я сам там делал.
— Точно, у тебя же есть татуировка! Тогда пришли контакт, пожалуйста.
— Угу. Когда ты промок под дождём у меня дома, я мельком увидел. Что ты набил?