Слишком разные | Глава 92: Трудный обед
День был относительно светлый, но Хоби это ясное небо совсем не радовало.
— Всё будет хорошо, Соки, правда.
Эмери держал своего парня за руку, пока они поднимались в квартиру Тэхёна на обед. Хоби нервничал все выходные — одновременно хотел оттянуть этот момент и поскорее с ним покончить. Его ослепляло чувство вины. И как бы он ни был уверен, что друг поймёт, что это вовсе не его вина, в Чонгуке он так уверен быть не мог. Тот уже не раз показывал, что способен вспыхнуть. Эмери пытался подготовить его к реакции Чонгука, но они оба понимали, что если последует взрыв, он, скорее всего, будет оправдан.
После того как несколько дней назад Юнги и Намджун явились в EGO, Хоби игнорировал любые попытки связаться с ним. Ему нужно было сначала поговорить с Тэхёном и разобраться с этим, прежде чем думать, что делать дальше со всем, что связано с компанией друзей.
Когда в тот вечер он вышел из EGO, Эмери уже ждал его с распахнутыми объятиями и открытой дверью. Он приготовил ванну со свечами и тихой музыкой, чтобы Хоби мог рассказать о случившемся, если захочет. Эмери мыл ему спину и ласковыми пальцами стирал слёзы с его лица.
Той ночью Хоби нуждался в своём парне. Нужно было раствориться в нём. И Эмери передал свои чувства через любовь, которую подарил ему в ванной.
Хоби ничего не изменил бы в их отношениях. С ним он узнал столько нового, и даже то, чего никогда раньше не пробовал. И близость с Эмери… Боже, сколько эмоций тот вкладывал в неё.
Раньше секс для Хоби был просто сексом. Он был пассивом — довольным этим, мужчиной, который любил саму близость с другим человеком…
А потом появился Эмери и перевернул его жизнь с ног на голову — чувственностью, новыми позами, долгой прелюдией, тем, как близость могла меняться.
Хоби не променял бы своего парня ни на какие деньги в мире. И потому мог только представить, что чувствовал Чонгук, потому что был уверен, не существовало такой суммы, ради которой он выбрал бы что-то вместо Тэхёна.
Когда они вышли из лифта, Хоби тихо сказал:
— Я не могу перестать думать, что это моя вина.
Эмери остановил его прямо перед дверью Тэхёна на тихой частной площадке.
— Нет! Даже не смей так думать. Если Тэхён увидит это так, значит, он не тот человек, каким я его считаю. За Чонгука я не ручаюсь. Думаю, мы оба ждём от него реакции, но мы пройдём через это вместе, хорошо? — громким шёпотом сказал он.
— Хорошо, — согласился Хоби и быстро поцеловал его, прежде чем они подошли к двери.
Улыбка Тэхёна, когда тот открыл, ненадолго успокоила Хоби. Объятие при встрече помогло ещё немного. А у Чонгука не было выбора, когда Эмери тут же затянул его в крепкие объятия, явно счастливый его видеть.
— Как же я рад тебя видеть! — просиял он.
— Мне нравится цвет волос, — сказал Чонгук.
Он и представить не мог, что сам решился бы на такое. Ярко-розовый с оранжевым шёл Эмери, но Чонгук решил, что ему всё же лучше оставаться с тёмно-фиолетовым, который скоро снова придётся обновлять.
— Это ты говоришь? А где всё твоё богатство цвета? — захихикал Эмери.
Казалось, будто с той стрижки прошла вечность, хотя на деле всего пара недель. Он толком не успел ни насладиться новой причёской, ни прочувствовать успех шоукейса. Преподаватель Чонгука из университета написал ему после выступления и поздравил с прекрасной работой. В университете вошли в положение, когда Эш сходил к сотрудникам и объяснил, что произошло и почему Чонгуку нужен перерыв, но сам Чонгук был полон решимости вернуться к учёбе. Пока они были с Тэхёном на Чеджу, он отправил несколько работ и получил обратную связь, потому что для него было важно не отставать. Он зашёл слишком далеко, чтобы позволить прошлому разрушить то, чего добивался с таким трудом, особенно когда выпуск был уже буквально по ту сторону Нового года.
— Тебе нравится? — спросил Чонгук у Эмери, который сиял, глядя на него.
— Обожаю! Этот цвет тебе безумно идёт. Энджел просто потрясающая, я так много о ней говорил, что несколько коллег уже попросили её контакты.
— Это здорово. Уверен, она это оценит, — сказал Чонгук и невольно потянулся к Тэхёну, а их руки сами нашли друг друга.
— Вы голодны? Чонгук уже приготовил обед, — улыбнулся Тэхён и посмотрел направо, где рядом стоял его парень.
Хоби и Эмери кивнули, и все четверо прошли через гостиную в столовую, где уже был накрыт стол. Чонгук оставил их рассаживаться, а сам пошёл за раменом, который приготовил раньше. Тэхён протестовал, считая, что проще заказать еду, но Чонгук настоял, что будет готовить сам.
Было заметно, что Хоби молчалив. Он всё пытался решить, когда начать этот разговор, и никак не мог выбрать подходящий момент. Поэтому даже испытал облегчение, когда Тэхён сам спросил, всё ли в порядке. Это был сигнал. Хотя именно этого момента Хоби боялся с тех пор, как подслушал разговор друзей в Ауре.
— Не совсем, Тэ… — Хоби глубоко вдохнул и был благодарен, когда Эмери под столом взял его за руку. — Мне нужно кое-что тебе рассказать… и я понятия не имею, с чего начать.
Чонгук обвёл взглядом стол, пока все раскладывали по мискам рамен со свининой и грибами. Он видел напряжение в Хоби и уже чувствовал тревогу от того, что сейчас прозвучит.
— Не может быть всё настолько плохо, Сок? — сказал Тэхён, заметив серьёзное лицо друга.
— Можно я начну с самого начала? Я могу перескакивать туда-сюда, но мне очень нужно, чтобы вы дослушали меня, прежде чем что-то говорить.
За столом повисла тишина, пока Хоби начал.
— В день рекламы Moonchild я подслушал, как Моти, Юнги, Джин и Намджун разговаривали… и то, что они говорили… было ужасно. Они сказали, что я под каблуком и что Эм, по сути, мной управляет. Сказали, что собираются навести справки на Эма, потому что думали, будто он разводит нас… работает вместе с Чонгуком…
Тэхён перестал есть и положил палочки.
У Чонгука уже начинала закипать кровь от одного только осознания, что эта компания вот так обернулась против Эмери.
Глаза Хоби наполнились слезами, но он продолжал, благодарный хотя бы за то, что ему позволяли говорить, а Тэхён и Чонгук слушали.
— …они издевались над телефоном Чонгука, потому что он старый… и говорили, что его нужно убрать. Избавиться от него. Они обвиняли его в том, что ты изменился, Тэ, и что он тобой управляет. Всё твердили, что мы сбились в кучку, приплели даже Стефана… мне так жаль… я… мне так, так жаль.
Прежде чем Тэхён или Чонгук успели что-то сказать, заговорил Эмери:
— Вот что мучило Соки… он не собирался меня бросать и ничего такого. Он просто не знал, как рассказать тебе о том, что услышал… он боялся причинить тебе боль.
— Опять? Опять боялся ранить Тэхёна? — резко бросил Чонгук.
Казалось, ещё секунда, и его разорвёт.
— Я не знал, что делать, — почти взмолился Хоби.
— Знаешь, что ты должен был сделать? Встать за своего, мать твою, друга и сказать ему! Если бы они только меня поливали грязью, ты бы так не убивался… давай будем честными! — Чонгук резко отодвинул стул и встал, ткнув указательным пальцем в воздух в сторону Хоби. — Тебя задело только потому, что они обосрали Эмери!
Он был в ярости. Она комом стояла в животе, выворачивала всё внутри. И он не понимал, с какого вообще Хоби имеет право сидеть тут с таким видом, будто ему больно, когда по факту только теперь ботинок оказался на другой ноге и жертвой мерзости друзей стал уже он сам.
Чонгук почти решил уйти, но хотел слышать, что будет дальше. Он пересёк комнату и встал у окна, надеясь, что воздух из приоткрытой щели хоть немного остудит его.
— Это неправда, Тэ… неправда. После Блюсайд, после того как я увидел, что это сделало с тобой… я не мог снова стать тем, кто тебя ранит. Ты говорил о Моти хорошо, а я всё прокручивал в голове этот дерьмовый разговор и думал, что они передумали.
— А потом ты получил звонок от меня, когда я сказал, что сделал Чимин, — тихо, но жёстко сказал Тэхён.
— Да! И тогда я понял. Понял, что они всё спланировали. Но я собирался рассказать тебе всё в тот день… мы же должны были пообедать, и я… я собирался рассказать.
— Слишком, блядь, поздно, — громко процедил Чонгук от окна.
— Он правда не знал, что делать… Когда Чимин позвал нас на свой день рождения, тогда Соки всё мне рассказал. И тогда же назначил этот обед с тобой, Тэхён. Он не смог пойти на тот ужин, потому что чувствовал бы, будто предаёт тебя, — добавил Эмери.
Он всё поглядывал на Чонгука, мечтая, чтобы тот вернулся за стол.
Тэхён откинулся на спинку стула и глубоко вдохнул. Без Чонгука рядом он словно терял опору. И первым делом хотел решить именно это.
Он поднялся и поднял руку в сторону Хоби и Эмери, жестом прося подождать. Потом подошёл к Чонгуку, взял обе его руки, переплёл их пальцы и дождался, пока тот посмотрит прямо на него.
Тэхён заговорил тихо, мягко. Напряжение в теле его парня было почти осязаемым, и Тэхён знал, что это снова защита. Для него.
— Куки, я знаю, ты злишься. Но ты мне нужен. Пожалуйста, сядь со мной. Давай разберёмся вместе.
Чонгук встретился с ним взглядом и почувствовал тепло их сцепленных рук.
— Я злюсь, потому что он тебе не сказал.
— Знаю. И я зол, что они говорили о тебе такое. Но мы построили дружбу с Соком и Эмери. И я хочу, чтобы мы вчетвером это прошли… — Тэхён наклонился и прижался губами к его щеке, той, что была ближе к окну. — …Это не вина Сока, — шепнул он так, чтобы сидящие за столом не услышали.
— Знаю… прости, — шепнул Чонгук в ответ.
— Никогда не извиняйся передо мной за такое.
Чонгук понимал, что, наверное, не должен был срываться на Хоби. Но где-то на атомном уровне в нём всё ещё жила память о роли Хоби в прежних бедах, выпавших на их долю.
Но Эмери другое. Совсем другое. И теперь, когда компания, похоже, ополчилась и против него тоже, всё выглядело иначе. Из всех именно Эмери первым проявил к нему доброту. Протянул руку, когда остальные были готовы видеть в нём худшее. Именно благодаря Эмери Хоби прозрел и сделал усилие узнать Чонгука по-настоящему.
И теперь он даже понимал, почему эта компания воспринимала влияние Эмери как угрозу, с их искривлённым взглядом на него.
— Я… люблю тебя, Тэ, — прошептал Чонгук так тихо, что Тэхён едва расслышал.
И всё равно каждый раз ему хотелось ущипнуть себя, когда Чонгук произносил эти три слова.
— В этом я никогда не сомневаюсь… Я тоже тебя люблю… вместе? — так же тихо ответил Тэхён.
Чонгук кивнул, и они вернулись к столу, снова сели. Подвинув стулья ближе друг к другу, они устроились рядом, и Чонгук так и не отпустил руку Тэхёна, положив их сцепленные пальцы себе на бедро.
— Чонгук… прости меня. Мне было ужасно больно за тебя и Тэ, когда я услышал, что они говорили. Я наблюдал за вами как за парой и видел, насколько вы подходите друг другу… Мне было больно за вас так же, как за нас с Эмери, — сказал Хоби.
— Я понимаю. Это не твоя вина. И прости за мою вспышку… Мне плевать, что они думают обо мне. Всегда было плевать. Но они причиняют боль Тэхёну, а с этим я не смирюсь.
— Твоя преданность моему другу всегда была очевидна, Чонгук. Это была одна из многих причин, по которым я понял, что первоначальное мнение о тебе было ошибочным.
Тэхён так гордился своим парнем, что мысли едва складывались, но он хотел успокоить друга.
— Сок, мне жаль, что тебе пришлось это услышать. Думаю, теперь совершенно ясно, что они и не собирались принимать мой выбор партнёра. Они знают, что ты слышал их разговор?
— Да… Юнги и Намджун приходили в четверг. Они не знали, что планировали Джин и Моти, и особенно Намджун был в бешенстве.
— Тогда это объясняет реакцию Юнги, когда я появился в тот понедельник. По нему не было похоже, что он знал, что случилось, но мне трудно было поверить, что Чимин всё держал в тайне, — сказал Тэхён.
— Соки выгнал их из EGO, — вставил Эмери.
— Выгнал? — Чонгук не собирался звучать настолько удивлённо, но, если честно, ожидал и худшего.
— Что они сказали такого, что довели тебя до этого? — спросил Тэхён.
Хоби тяжело вздохнул. Ему совсем не хотелось пересказывать всё это, но выбора у него не было.
И под пристальным взглядом Чонгука он начал:
— Юнги сказал что-то о том, что никогда не видел тебя таким, как в тот понедельник. А я ответил, что понадобилось, чтобы ты захотел оторвать голову его парню, прежде чем они изменили своё мнение. Намджун сказал, неважно, что заставило их передумать. Важно, что они пришли. А я сказал, что важно, потому что иначе они бы до сих пор обсуждали нас за спиной… и…
Чонгук был почти уверен, что пауза означала, что Юнги или Намджун сказали что-то совсем лишнее.
И понимал, что этот пересказ уже третьи руки, а значит, не обязательно дословный.
Все ждали, пока Хоби продолжит.
Эмери сжал его руку в поддержке.
— …А Намджун ответил, что если бы Чонгук взял те деньги, то вообще не было бы никакой проблемы и они были бы чисты. Вот тогда я сорвался. И сказал им, что они ничего о тебе не знают. И если бы знали, то понимали бы, что ты, скорее, выбрал бы смерть, чем взял эти деньги.
— Это ведь правда, разве нет? — отозвался Хоби.
— Да, правда. Мне никогда ничего не было нужно от Тэ.
— Любой, кто потратит время, чтобы узнать тебя, это поймёт, — добавил Эмери.
— Они ушли без скандала? — спросил Тэхён.
— Да. Сказали, что хотят загладить то, как себя вели. Что оба полностью не согласны с тем, что сделали Моти и Джин. Просили дать им шанс… а потом ушли.
— Ну… это хоть что-то, наверное.
Хоби и Тэхён одновременно повернулись к нему.
— Этого даже близко недостаточно, — сказал Тэхён своему парню.
— Здесь я с тобой согласен, Тэ. Они были соучастниками до того самого момента, пока двое не придумали план без них. Юнги, наверное, сейчас просто зализывает раны, потому что его предал парень.
— Вам не кажется, что Юнги тоже многое пришлось пережить из-за обмана Чимина?
Теперь уже Тэхён и Хоби посмотрели на него, и первым заговорил Хоби:
— С этим Юнги придётся разбираться самому. Возможно, их отношения не такие идеальные, какими они всегда пытались их выставить.
— Но они вместе столько лет. Такое предательство сильно бьёт, — рассудил Эмери.
— Он потерял вас как друзей из-за этого, — вставил Чонгук.
— Когда он называл тебя попрошайкой и говорил, что мой парень хочет меня обобрать, о потере друзей он не думал. Сам постелил, пусть сам и ложится. И Намджун тоже, — отрезал Хоби.
— Мне трудно поверить, что Чимин и Джин больше никому не обмолвились о своём плане. Я предупреждал их в Центре, что если они продолжат эту вендетту, наши отношения станут строго деловыми. Так что винить им некого, кроме себя. У меня больше нет времени на людей, которые строили планы, как убрать из моей жизни лучшее, что со мной когда-либо случалось.
— Тут я не спорю, — сказал Хоби. — С Юнги мне придётся общаться из-за клипов для его нового альбома, поскольку EGO предоставляет танцоров, но с этого момента только профессионально. То же касается Намджуна и всего, что связано с Центром.
— Кстати о танцорах… вы обязаны показать нам видео с шоукейса! — просиял Эмери.
— Я уже скинул видео на флешку, так что после еды можем посмотреть на телевизоре, — с широченной улыбкой сказал Тэхён.
— Тэ… ты же не… — протянул Чонгук, даже более капризно, чем обычно позволил бы себе.
— Конечно да! Он же супергордый бойфренд! — с полным ртом рамена добавил Хоби.
— Мои родители хотели посмотреть, и я подумал, что Мари и Билли тоже захотят, поэтому отправил видео нашим айтишникам в Ауре. Они материал собрали на флешку, теперь всё смонтировано и готово для показов людям.
— Но это было всего лишь маленькое выступление, — пробормотал Чонгук, уже с ужасом думая о том, что будет на итоговом шоу в конце года.
— Для тебя, может быть, и маленькое. Для меня же огромное событие, Чонгук. Это навсегда останется первым разом, когда я увидел, как мой парень танцует.
— Ох, я не могу. Ты слишком сладкий, Тэхён, — проворковал Эмери.
Чонгук только улыбнулся с порозовевшими щеками и глазами в форме сердечек. И, честно говоря, смене темы он был даже рад. Хотя чувство вины никуда не делось. Из-за раскола в компании друзей. Он знал, это не его вина напрямую… но всё равно причиной, так или иначе, был он.
Эмоции были слишком свежими, и того, что сказали Хоби и Тэхён, хватало понять, что сейчас не время это обсуждать.
Всего пару недель назад Тэ ещё надеялся, что дружба идёт в правильную сторону, и Чонгук не питал иллюзий: друзья делают его счастливее. У него было слишком много вопросов о том, что сделал Чимин. И если он вообще собирался двигаться дальше, ему нужны были ответы.
Особенно на один: Знал ли Чимин о том, что сделал Райан?
С этим ещё предстояло разбираться.
И после сегодняшнего Чонгуку нужно было прийти к собственным выводам, чтобы самому стать опорой для своего парня.
Когда обе пары устроились смотреть выступления с шоукейса, которые, по словам Тэхёна, обязательно надо было прокрутить дважды для полного эффекта, Чонгук буквально вжался в бок своего парня и мечтал провалиться сквозь землю.
Хоби и Эмери задержались дольше именно ради этого просмотра, и Чонгук отдельно мечтал, чтобы Хоби не был тем самым танцевальным гуру, которым являлся. Перед профессионалами он уже танцевал. Один из преподавателей в университете когда-то был бэк-танцором айдол-группы. Но Хоби был другом. А это, по мнению Чонгука, всё усложняло. Он не боялся честности. Без конструктивной критики невозможно расти. Но он не знал, как воспримет её от Хоби. И не станет ли сам Хоби смягчать правду только потому, что знает его.
Тэхён обнял его за плечи, когда Чонгук сильнее прижался к нему. Он догадывался, что Чонгук к такому вниманию не привык. И хотел, чтобы тот знал, насколько потрясающим он его считает.
Тэхён поцеловал его в висок и шепнул в ухо:
И в этот момент началось видео.
Тэхён заново переживал тот миг, когда впервые увидел Чонгука на сцене. И пусть он уже бесчисленное количество раз смотрел это видео на телефоне, на большом экране оно ощущалось совсем иначе.
Он вспомнил стресс перед тем, как успеть в университет. Как боялся опоздать. Сейчас это казалось почти смешным. Учитывая всё, что произошло меньше чем через сорок восемь часов после этого.
— Джей-Кей! Это потрясающе! Боже мой! Я хочу узнать, как ты вообще это пережил, Тэхён! — восторженно выдохнул Эмери.
Чонгук про себя хихикнул от прозвища. Эмери, похоже, вообще не мог остановиться на одном имени и с тех пор, как они сблизились, уже перебрал несколько вариантов. По крайней мере, это немного отвлекло его от смущения из-за остальной части фразы.
— Если честно, я не уверен, что вообще это пережил, — с широкой улыбкой и почти отчаянным желанием включить видео в третий раз.
— У тебя отличная техника, Чонгук. Вся постановка была чёткой, выверенной, и для многих семей в зале это наверняка облегчило выбор, — сказал Хоби.
— Ты должен показать ему EGO, Соки! Надо переманить его, пока кто-нибудь не увёл его после выпуска! — лицо Эмери загорелось от воодушевления.
Чонгук сразу поднял руку в протесте.
— Нет-нет… всё нормально… не надо чувствовать себя обязанными… это… ну… мне и так приятно, что Тэ показывает другу то, что я сделал…
— Нет, тебе точно стоит прийти в EGO, и я покажу тебе, чем мы занимаемся. У нас есть студенты с тяжёлым прошлым, не прирождённые танцоры, но их тянут вперёд энтузиазм и желание. Кто-то учится по стипендии, чьи-то родители берут дополнительные работы, чтобы платить за обучение. Некоторым очень помогла бы твоя история, Чонгук. По тебе видно, насколько ты целеустремлён. И хотя ты совершенно очевидно природный танцор, твоя дисциплина и трудовая этика бесценны.
— Я могу заехать за тобой, пообедаем, а потом поедем к Соки, — улыбнулся Эмери.
— Я могу доехать на автобусе до EGO, не обязательно меня забирать.
— Ты не поедешь на автобусе, если я могу тебя забрать, — заявил Эмери.
— Да что у всех за навязчивая потребность меня подвозить? — спросил Чонгук. Вопрос был искренний, но с оттенком сарказма и юмора.
— Придётся купить тебе машину… проблема решена, — сказал Тэхён.
И хотя он сказал это шутя, реакцию Чонгука он уже прекрасно предвидел, да и говорил он совершенно серьёзно.
Чонгук откинулся назад и посмотрел на него.
— Я бы предпочёл, чтобы ты купил мне автобус с отдельным маршрутом.
— И это могу, — Тэхён подмигнул ему с лёгкой ухмылкой.
— Тэ… я… ладно, забудь… мне не нужно, чтобы ты покупал мне какой-либо транспорт, спасибо.
Хоби и Эмери рассмеялись на этой перепалке, и Хоби почти испытал сочувствие к другу, подозревая, что тому предстоит вечная битва, когда дело касается денег. Вот чего его бывшие друзья даже не попытались увидеть. Вот в кого его друг совершенно очевидно был влюблён, несмотря на все трудности и различия между ними. Хоби думал, что какая-то часть Чонгука всё ещё ему не доверяет, судя по его реакции за обедом, и надеялся, что со временем тот полностью простит его за роль в истории с Блюсайд.
Всё это утро для Тэхёна было непривычным.
Он проснулся во вторник, чувствуя спиной прижавшегося к нему парня, а день они начали с совместного душа, хотя Чонгук и протестовал, ссылаясь на время.
Он доехал до Ауры раньше всех и, проходя мимо, оставил завтрак для Стефана на его столе. Купил с запасом, потому что ему сообщили, что отец будет в офисе до конца недели, как и сам Тэхён, чтобы помочь ему наверстать всё необходимое.
Переставив на столе всё так, как должно быть, и сменив мышь — отец предпочитал трекбол, а Тэхён любил свою беспроводную — он включил компьютер, отпивая чай.
Он и так проверял почту, вопреки советам отца, поэтому прекрасно знал, что происходит.
Неделя обещала быть цепочкой встреч с разными отделами и компаниями, включая Эмилиано и мистера Дзэнигату — обе встречи он ждал с удовольствием.
Пока распечатывался список конкурсных заявок, он открыл письмо от друга, переславшего ему информацию о новом проекте в городе.
Этот друг работал в местном правительстве, и если возникало что-то, к чему могла приложить руку Пурпурная Аурп, он всегда передавал информацию Тэхёну. Иногда не мог раскрыть всех деталей, но следил, чтобы Тэхён получил всё, что ему разрешалось знать.
С Ханом Тэхён познакомился ещё во время изменений в здании, принадлежащем Ауре, и с тех пор они поддерживали связь.
— Входи, Стефан, — позвал Тэхён, заметив знакомый силуэт за матовым стеклом двери.
— Д-доброе утро, мистер Ким, сэр… очень рад видеть вас снова… не то чтобы мне не нравилось работать с мистером Кимом… другим мистером Кимом… сэр… просто… я рад видеть именно вас, — миловидный кудрявый помощник быстро моргал, пока говорил.
— Как ты, Стефан? Возьми завтрак и садись.
— Да, сэр… секунду, мистер Ким, сэр.
Тэхён едва не хихикнул, наблюдая, как Стефан поспешно вылетает из кабинета. Он давно собирался спросить у отца, удалось ли тому добиться, чтобы Стефан называл его каким-то одним именем, хотя сильно сомневался, что это вообще возможно.
— Старший мистер Ким сегодня будет, сэр? То есть… не старший здесь, конечно… просто старше вас, потому что он ваш отец.
— Да, Стефан, я понял, что ты имел в виду. И да, мой отец сегодня будет.
Стефан устроился в кресле напротив стола и раскрыл бумажный пакет с омлетом.
— Вы отлично выглядите, сэр. Эш и Мию держали нас в курсе про Чонгука, пока вас не было.
— Слышал, ты проводил время с Эшем и Мию?
— Да-да, сэр. Мы планируем поход на концерт Ddaeng, они объявили тур на следующий год.
— Слышал. Нас тоже пригласили.
— О, конечно! Это будет потрясающе! Может, даже устроим из этого целые выходные? А мистер Чон любит Ddaeng? Может, Эмери тоже? Я мог бы его спросить.
— Мы с Эшем встретились с ним на кофе, пока вы были на Чеджу, сэр. Он сказал, что очень ждёт встречи с Чонгуком. Они уже приходили к вам на обед, мистер Ким, сэр?
— Эмери и Сок были вчера на обеде.
— Ты спрашиваешь, знаю ли я о ситуации, где Сок подслушал разговор об Эмери и Чонгуке?
— Мистер Чон очень переживал из-за этого, сэр. Эмери мало что нам рассказал, потому что считал важным, чтобы это исходило от мистера Чона.
— Я понимаю, почему он переживал, но в этом не было необходимости. Если честно, теперь это уже не имеет значения. То, что произошло потом, было достаточным, чтобы я пересмотрел свои отношения с людьми, которые в этом участвовали.
— Мистер Пак вчера днём написал и запросил обновление по кандидатам для Центра.
— Правда? Ты предоставил ему информацию?
— Нет, сэр. Я ответил, что мне нужно сначала обсудить доступ к информации с вами, и предложил ему связаться с мистером Дзэнигатой, поскольку он наш контакт в Центре.
— Если мистер Пак снова с тобой свяжется, пересылай мне, я сам разберусь. В будущем я буду принимать только деловые встречи с мистером Паком, обоими мистерами Ким и мистером Мином.
— Отец уже говорил с тобой о новой должности, которую мы открываем?
— Да, мистер Ким, сэр. Я был бы рад оказывать административную поддержку Главному операционному директору. Мне кажется, это хорошее решение, я смогу сохранять последовательность и держать вас в курсе, когда это потребуется.
— Именно. Но я не хочу, чтобы ты был перегружен. Если объём работы превысит твои возможности, ты должен мне сказать. Я обеспечу повышение зарплаты. И думаю, когда ты закончишь курс английского, нам нужно будет подумать о найме ещё одного помощника, который будет работать вместе с тобой, потому что ты сможешь общаться с нашими европейскими и американскими компаниями, а это увеличит твою нагрузку.
— Хорошо, сэр… Я очень благодарен за каждую возможность здесь и всегда буду стараться изо всех сил, мистер Ким.
— Как я уже не раз говорил, мы в Ауре сделаем всё, чтобы удержать тебя, Стефан.
— Мне нужно назначить собеседования на ближайшие пару недель. Я не собираюсь принимать это решение легкомысленно. Я хочу нанять лучшего человека из возможных. Думаю, отец либо будет участвовать со мной в собеседованиях, либо возьмёт на себя работу здесь, чтобы освободить мне несколько дней для интервью.
— Да, сэр. Я подготовлю одну из переговорных для собеседований.
— Я хотел бы предложить тебе возможность пройти однодневный курс для личных помощников и административного персонала высокого уровня. Если честно, это больше похоже на повод для людей в похожих должностях собраться, пообщаться и пожаловаться на своих работодателей, — Тэхён усмехнулся, — но мне показалось, тебе это может быть полезно. Там потребуется ночёвка, но ты можешь взять с собой Энджел, номер в отеле довольно просторный. И, пожалуйста, не чувствуй себя обязанным соглашаться. Это твой выбор, и для твоей роли здесь это не обязательно.
— Если вы считаете, что это пойдёт мне на пользу, тогда да, пожалуйста, я бы хотел поехать. Спасибо, мистер Ким, сэр. А когда это?
— Я получу всю информацию, как только детали окончательно утвердят.
— Хорошо, сэр. Это правда здорово. Можно спросить, как сейчас Чонгук? Эш говорил, что он разбирается со многим из своего прошлого. У вас всё в порядке?
— Определённо становится лучше после очень бурного периода. Чонгук склонен замыкаться и уходить в молчание, когда чувствует себя перегруженным. Я думал, что это может случиться после нашего вчерашнего обеда, но, похоже, он отнёсся к новостям Сока куда с большим пониманием, чем я. На этой неделе он живёт у меня.
— Он хорошо воспринял то, что рассказал мистер Чон?
— Да. И, честно говоря, я думаю, это уже не стало для него сюрпризом после того, что потом сделали Чимин и Джин. И Чонгук, и Эмери выразили определённое сочувствие к Юнги, с которым ни я, ни Сок не согласны.
— Почему мистеру Мину нужно сочувствие?
— Из-за предательства, которое он, похоже, пережил. Он не знал, что Чимин и Джин всё это планировали.
— О… То есть мистер Мин действительно не знал?
— Похоже, так. Намджун тоже был не в курсе.
— Это, должно быть, стало сильным ударом, особенно для мистера Мина. Его партнёр сделал что-то за его спиной, что повлияло и на его собственную жизнь, ведь он потерял друзей.
— Это очень похоже на мнение Эмери и Чонгука. Но ни я, ни Сок его не разделяем.
— Возможно, со временем у вас всех появится шанс всё исправить, мистер Ким, сэр.
— Я больше не намерен тратить на эту ситуацию своё время. Я хочу посвящать его тем, кто проявил к нам поддержку и доброту. У меня есть парень, который любит меня, и новая глава жизни, на которой я хочу сосредоточиться.
Стефан хлопнул в ладоши и подпрыгнул в кресле.
— Он сказал вам? Правда сказал, что любит вас? То есть… это и так было очевидно, мы все это знали, но он же раньше не говорил этого вслух, да, мистер Ким, сэр?
— Да, Стефан, именно так. Теперь он говорит это часто, и каждый раз это ощущается по-особенному.
— Я так счастлив за вас, сэр. А Чонгук на этой неделе возвращается в закусочную? Я хотел бы зайти к нему.
— Чонгук постепенно возвращается в ритм, так что сегодня утром он выступает на улице, а завтра у него университет. Кажется, Билли пока убрал его из графика в закусочной на эту неделю, чтобы не перегружать. У него бывают тяжёлые моменты.
— Выступает на улице? Я… вы уверены, что это разумно, сэр?
— Почему это должно быть проблемой? — Тэхён слегка озадачился такой реакцией.
— Да не проблема, конечно, мистер Ким. Просто я подумал… Чонгуку может быть тяжело вернуться в метро после того, что сделал мистер Пак, и после всех чувств, которые это снова подняло. Я предположил, что уличные выступления будут одним из последних вещей, к которым он захочет возвращаться… но я знаю его не так, как вы, сэр.
Мысли Тэхёна тут же понеслись галопом.
Ему даже в голову не приходило, что метро может стать проблемой. А должно было.
Может, ему стоило пойти с Чонгуком в первый раз. Может, именно он должен был отговорить его.
Когда Стефан вышел из кабинета, мерзкое чувство в животе никуда не делось.
Он посмотрел на время, ответил на несколько писем, но ничто не могло отвлечь его от тревоги. Ему не пришло в голову, что возвращение в метро может причинить Чонгуку боль, и от этого становилось тошно.
Тот единственный раз, когда ему нужно было защитить своего парня, а мысль об этом даже не возникла.
Когда мистер Ким вошёл в кабинет, выражение лица Тэхёна сказало ему всё, поэтому он сразу спросил:
— Я пытался ему звонить, но сразу переходит на голосовую почту, аппа.
— С такими мыслями от тебя здесь всё равно никакой пользы. Иди найди его и убедись, что с ним всё хорошо.
— Может, он поёт, и в метро просто нет связи.
— И ты не успокоишься, пока не узнаешь наверняка. Так что иди. Найди его, убедись, что он в порядке, а потом возвращайся.
— Я ненадолго… мне просто нужно знать.
— Тэхён, оставайся сколько потребуется. Только позвони мне, когда будешь с Чонгуком. Я ведь говорил, что тебе стоило работать из дома на этой неделе.
Схватил пиджак и почти бегом вылетел через всё здание к машине.
Он не думал, что когда-нибудь снова окажется в метро, пока спешно сбегал по ступеням, лавируя между пассажирами.
Даже в ноябре, без летней духоты, он ненавидел это место.
Тэхён озирался, прислушивался в надежде услышать этот прекрасный голос, но не видел и не слышал его.
Купил билет, бросился к платформам, вдруг Чонгук там. Но через несколько минут уже мчался обратно через выход, так и не найдя его. Тэхён выдохнул сквозь зубы и тихо выругался, почти вылетая наружу, когда кто-то врезался в него плечом.
На улице было холодно. Он провёл рукой в перчатке по лицу, а желудок сводило страхом за Чонгука.
Тэхён резко обернулся, пытаясь понять, откуда донёсся этот тихий голос. На секунду ему даже показалось, что послышалось.
Но, повернувшись, он увидел Чонгука. Тот сидел на корточках, привалившись спиной к стене.
— Чонгук, — выдохнул он и быстрым шагом подошёл, присаживаясь перед ним.
— Я… я не смог зайти, — заикаясь, сказал Чонгук.
— Прости, что я не подумал, как это может быть тяжело для тебя… Я должен был подумать.
Когда Чонгук поднялся, Тэхён сразу обнял его и крепко прижал к себе. Они вместе дошли до феррари, вернулись в квартиру Тэхёна, и остаток дня Тэхён работал из дома.
Они обсудили план и желание Чонгука продолжать выступать.
И в следующий раз, когда Чонгук с рюкзаком за спиной и шерстяной шапкой, натянутой до ушей, войдёт в метро, это будет уже другое метро.