Агент Ким Ённэ | Глава 7
Из-за того, что Ённэ был скучным «отличником», который только и делал, что учился, могло показаться, будто он жил тихой и спокойной жизнью. Но время от времени ему всё же приходилось сталкиваться с неприятной стороной этой «ровности».
А именно то, что его принимали за гея.
И дело не в том, что Ённэ был светлокожим, худощавым, аккуратным, не играл в игры, не пил и не состоял в компаниях парней, обсуждающих только девушек.
Почему-то с начальной школы и до самого университета всегда находился хотя бы один парень, которому Ённэ нравился. Без особой причины, просто считали его милым и почему-то постоянно тянули за собой. Тащили в компьютерные клубы, уговаривали вместо учёбы пойти в караоке.
Но поскольку такие парни обычно были центром своих компаний, остальные не могли открыто возмущаться или спрашивать, зачем им этот скучный и негибкий Ённэ. Поэтому за его спиной начинали ходить слухи о том, не гей ли он.
Конечно, большинство в это не верило.
— Тот самый Ким Ённэ, который как строгий учитель? Гей? Да скорее я сам гей.
Поэтому слухи не расходились широко, но сам Ённэ, случайно услышав такое, испытал настоящий шок.
Он был человеком, у которого был чёткий жизненный план: в тридцать три жениться на женщине с похожим воспитанием, завести двоих детей и воспитать их так же хорошо, как его воспитала мать.
С тех пор он старался не делать ничего, что могло бы вызвать подобные недоразумения. Он ещё больше отдалился от людей и полностью сосредоточился на подготовке к работе исследователя.
— Может, я просто подержу прибор?
И всё же, несмотря на это, увидев, как мужчина без усилий поднимает оборудование, Ённэ снова невольно уставился на него.
Красивое лицо, приятный голос, да ещё и сила… Ённэ подумал, что если бы у него была сестра, он бы точно предложил познакомить их.
И при этом, вместо того чтобы раздражённо поторопить его, мужчина говорил спокойно, без тени недовольства.
Честно говоря, будь это дорама, зрители бы уже пожаловались на слишком уж идеального персонажа.
Ённэ поспешно подтянул резиновую трубку и вставил её в вентиляцию. Затем установил максимальную мощность всасывания и запустил прибор, чтобы втянуть как можно больше воздуха.
Вскоре послышался звук работы прибора. Одновременно Ённэ, чтобы хоть как-то помочь, подставил руку под нижнюю часть устройства, которое держал мужчина… и их руки точно совпали, соприкоснувшись.
Он вздрогнул и тут же отдёрнул руку.
Мужчина, казалось, вообще не обратил на это внимания, но, как и в тот раз, когда он коснулся его плеча, кончики пальцев Ённэ снова защипало. И от этого места тепло будто стремительно распространилось по всей руке.
Рука у него… такая тёплая? Поэтому так ощущается? Хотя внешне он скорее напоминал человека холодного, как лёд.
Стараясь больше не касаться его, Ённэ неловко подпёр прибор сбоку. Но, судя по тому, что он почти не чувствовал веса, мужчина держал всё сам, либо не доверял ему, либо просто не ослаблял хватку.
Несмотря на то, что Ённэ был худым, мышцы у него всё же имелись. И это слегка задело его самолюбие. Будто в глазах этого человека он выглядел абсолютно бесполезным.
В любом случае, когда начинался процесс отбора, обычно делать было нечего, и он болтал с Давон о том, что поесть на обед. Но сейчас о таком и речи быть не могло, поэтому Ённэ просто смотрел на алюминиевый пакет, постепенно наполняющийся воздухом.
Между ними повисла тишина. И только сладкий запах мужчины настойчиво заполнял нос Ённэ.
На голос мужчины Ённэ снова поднял голову.
И тут же их взгляды столкнулись, словно мужчина всё это время наблюдал за ним.
Его глаза… янтарные, сияющие… такие глубокие, что в них будто можно было провалиться.
Он снова завис, уставившись в них.
Мужчина, слегка улыбнувшись глазами, подтолкнул его:
Звук того, как Ённэ сглотнул, отчётливо прозвучал в тишине ванной.
С этим лицом… невозможно было сохранять спокойствие.
Смущённый, Ённэ быстро заморгал и в конце концов снова опустил взгляд.
Воздух казался тяжёлым и душным.
— Национальное полицейское управление?
Он не смотрел на мужчину, но чувствовал его взгляд. И без того выбитый из колеи внезапными событиями, Ённэ от этого пристального внимания чувствовал себя ещё более растерянным.
— …Я агент по анализу запахов в сфере качества воздуха в администрации провинции Чоллабук-до.
Даже среди госслужащих такая работа была мало кому знакома. Более того, однажды, когда он приехал на проверку по жалобе на сильный запах, у него даже возник спор с ответственным на месте. И только после того, как он показал удостоверение, стоявшие рядом полицейские дважды переспросили откуда он.
Так что, догадываясь, о чём сейчас думает мужчина, Ённэ просто молча смотрел на наполняющийся пакет для сбора воздуха. Работа, которой он всегда гордился, сегодня почему-то казалась… какой-то незначительной.
— Когда поступает жалоба на сильный запах, я выезжаю, беру пробу воздуха, как сейчас, и затем провожу анализ.
— Значит, тебе часто приходится сталкиваться с неприятными запахами.
Так и было. В этой работе плохие запахи встречались куда чаще хороших. Хороший запах он помнил только один — запах песка, который почувствовал в прошлом году, когда ездил на фабрику арахисового печенья вместо заболевшего начальника отдела. Интересно, когда он сам станет начальником, ему тоже чаще будут доставаться такие «приятные» выезды?
— У меня чувствительное обоняние, сначала было тяжело, но сейчас я привык, так что всё нормально.
Ённэ резко замер, будто его ударили по голове.
Как раз в тот момент, когда Ённэ окончательно растерялся, прозвучал сигнал, говоривший о том, что отбор воздуха был завершён.