Макбет. От пьесы до кинотеатра.
В 1623 году была опубликована «Макбет» — пьеса легендарного английского писателя Уильяма Шекспира. История об обезумевшем от власти шотландском тане Макбете. Некогда доблестный “royal subject”, поддавшись пророчеству ведьм, убивает короля, превращается в тирана и терроризирует всю Шотландию.
25 декабря 2021 года вышла на экран «Трагедия Макбета» — картина американского режиссёра-интеллектуала Джоэла Коэна. Фактически не отличающаяся от оригинала история с Дензелом Вашингтоном, Фрэнсис Макдорманд, Гарри Меллингом и Брендом Глисоном в ролях.
Как между собой сочетаются кино и литература? Как драматургия работает на экране, а не на бумаге? О чём эта пьеса, и почему сегодня она как никогда актуальна. Порассуждаем на эти вопросы в небольшой аналитической статье.
Очевидно, драматургия пьесы создаётся Шекспиром за счет магических приёмов языка. Легендарный британец часто использует антитезу. Например, чтобы показать контраст между светлыми и беспечными чувствами короля (I hold you in my arms, near to my heart), и тёмными и прагматичными мыслями четы Макбет (silence my conscience, so that no guilty feelings // Prevent my foul plan having the end), (my body and my mind are so confused, that action itself, gives way to wildest thoughts). Поэт, следуя христианским заветам, демонизирует разум и сознание, оставляя настоящую добродетель чувствам. Впрочем, есть ли вообще на этой бренной земле Бог? Знает ли он о грядущих “dreadful deed”? На этот вопрос ответит само «небо», которое с помощью олицетворения Шекспир наделяет жизнью: “black skies must hide these black thoughts of mine”, “come darkest night and grow darker yet”. Тьма скроет преступление от небесного владыки. Королю суждено погибнуть. Неужели в истории не будет света?
Будет! Его нам предложит магия кино. Именно с помощью света Коэн создаёт свою драматургию. Одна из моих любимых сцен — ночь убийства короля Дункана. Макбета пока что одолевают сомнения. В нем ещё борются свет и тьма. Как это показать зрителю? Коэн находит изящное решение! Перед совершением преступления будущему тирану необходимо пройти сквозь коридор с арками. Свет находится снаружи этого помещения и ограждается от персонажа с помощью колонн. Благодаря этому фигура Макбета то озаряется светом, то погружается в падающую от колонны тень. В совокупности с крупными планами, мощным саунд-дизайном (в сцене у крадущегося Макбета значительно увеличивают громкость каждого шага) и метафорой со звоном колокола увиденное оказывает колоссальное впечатление. Важнейшую роль играет и чёрно-белая цветовая гамма. Так режиссёру лучше удается передать контраст между светом и тьмой. Литературным венцом Коэновской трагедии является полноценная интеграция в фильме шекспировских диалогов.
Таким волшебным образом синергирует пьеса и кино. Но не во всех аспектах экранизация синонимична с первоисточником. Разную роль два творца отдают знатному шотландцу Россу. У Шекспира он играет незначительную роль, периодически появляясь либо с несущественными философскими вставками, либо в качестве вестника. Коэн же наделяет героя особой функцией. Режиссёр облачает дворянина в амплуа трикстера и невзначай помещает его в ключевые сцены. То он спасает от убийц Флиенса — сына Банко, который по преданию станет будущим королём (в оригинале мальчик попросту сбегает). То является последним «видением» сошедшей с ума Леди Макбет, после чего та загадочно погибает (в пьесе о смерти говорит только отдалённый “a cry within of women”). И в последней битве именно он, а не Макдуф поднимает голову убитого тирана и передаёт корону законному наследнику. Но Коэн идёт ещё дальше и добавляет после окончания пьесы сцену, где Росс забирает ранее спасённого Флиенса и увозит его под одобрительный гул “black birds”. В пьесе Шекспир почему-то запамятовал о финальной части предсказания. Быть может, так он хотел показать ложность идей фатализма и абсурдность мистицизма, а, может, оставил читателям пространство для размышлений.
Зачем Коэн при всём педантичном стремлении к каноничности позволяет себе такие вольности? Для понимания нужно вернуться к личности Шекспира. Во времена жизни поэта социум был устроен иначе. Ранее Новое время всё ещё жестокое маскулинное иерархическое общество, где нормализованы убийство и насилие. Мир, где правят мужчины и фатализм. Актуально ли сейчас говорить о сословиях? Много ли людей фанатично верят в эзотерику? Может быть, подобные паттерны присущи сохранившимся в мире традиционным обществам, но nowadays правила игры меняются. Хотя кое-что остаётся. Мир ещё полон тиранов и психопатов у власти.
Коэн позволил еще одну вольность — поставить на некоторые роли чернокожих персонажей, что не сказалось отрицательно ни на драматургии, ни на актёрской игре, ни на художественной составляющей фильма. А главное, режиссёру удалось оставить ключевой мотив пьесы — моральное разложение обезумевшего под влиянием власти человека.
Можно было раскритиковать картину за расхождение с каноном по цвету кожи героев. Но произведение Шекспира — вымысел. Да и зачем ограничивать авторскую свободу? Крайне глупо обвинять Коэна в бездумном следовании повестке. Дензел Вашингтон отлично справился с ролью и был номинирован на множество премий за лучшую актёрскую игру, в том числе на «Оскар». И, собственно, на что влияет цвет кожи героев? Безусловно, в разных нациях и культурах свои традиции, но разве власть не развращает шотландского тана точно так же, как южноамериканских диктаторов или африканских лидеров хунт, китайских мандаринов, российского президента? Разве борьба света и тьмы не может захлестнуть рассудок любого человека, не считаясь с его национальностью? Во многом искусство и существует для того, чтобы выходить за пределы наций и государств. Создавать мостики между чуждыми культурами. А что ещё немаловажно — включать в себя другие виды искусства. И в процессе эклектического симбиоза создавать новые связи, делая этот мир чуточку гуманнее и осмысленнее!