Александр Александрович Шнель — человек, чьё имя стало магическим знаком качества для всех, кто хоть раз держал в руках антикварную книгу.

Выражение «шнелевский переплёт» давно вошло в обиход коллекционеров и библиофилов как синоним эталона изысканности и мастерства.

История Шнеля окутана тайнами. О нём известно удивительно мало, несмотря на то, что его мастерская соседствовала с самим домом Фаберже на «Брильянтовой улице» — Большой Морской в Санкт-Петербурге. Родом из Австро-Венгрии, лютеранин по вероисповеданию, Шнель приехал в Петербург из Будапешта в возрасте тридцати лет, не имея ни состояния, ни связей. Его коммерческая хватка и талант позволили ему быстро занять особое место в высшем обществе города: он женился на дочери переплётчика Фридриха Редигера, а в 1885 году открыл собственную мастерскую на Большой Морской, 28.

Мастерская Шнеля стала местом, где создавались настоящие книжные драгоценности. Здесь работали вручную, без промышленных машин, и каждый переплёт был результатом кропотливого труда небольшой команды мастеров. В оформлении книг использовались лучшие материалы: сафьян, бархат, муар, шёлк, а также редкие виды кожи — например, лайка из шкур ягнят или шагрень из ослиной кожи. Особым шиком считались переплёты из опойка — кожи новорождённого телёнка, отличавшейся необыкновенной мягкостью и долговечностью. В декоре применялись золото, серебро, бронза, эмаль, а внутренние стороны крышек украшали дублюры из шёлка или кожи.

Клиентами мастерской были не только коллекционеры, но и сам император Николай II, члены его семьи, известные писатели и библиофилы. Переплёты Шнеля были настолько престижны, что многие коллекционеры специально «наряжали» в них редкие издания, чтобы подчеркнуть их ценность. В 1909 году мастерская получила статус официального поставщика двора Его Императорского Величества — высшее признание качества в Российской империи.

Интересно, что мастерская выпускала не только роскошные, но и доступные переплёты, а также декоративную бумагу для любительских работ. Шнель умел сочетать художественность с практичностью, что принесло ему награды на крупных выставках, включая Большую золотую медаль Первой Всероссийской выставки печатного дела (1895) и золотую медаль Всероссийской промышленной и художественной выставки в Нижнем Новгороде (1896).

Легенды о мастерской Шнеля множились: говорили, что для его переплётов использовалась кожа особой выделки, а клей варился из рыбьих костей и мидий — однако, подтверждений этим мифам нет. Но бесспорно одно: каждая книга в переплёте Шнеля — это не только предмет роскоши, но и свидетельство высочайшей культуры, вкуса и мастерства ушедшей эпохи. Именно поэтому «шнелевский переплёт» и сегодня остаётся мечтой любого библиофила.