Рейганомика: как актёр изменил мировую экономику
Феномен рейганомики является достаточно уникальным явлением в мировой истории экономики, приведшим к трансформации не только политики отдельного государства, но и преобразованию всей глобальной системы в целом. Политика президента Рейгана, основанная в большинстве своём на малопопулярных в тот момент времени неолиберальных экономических идеях, поспособствовала стремительному выходу американского государства из тяжелейшего процесса «Великой инфляции» (или «Великой стагфляции», актуальны оба варианта), где традиционные к тому времени кейнсианские методы оказались абсолютно беспомощны. Попробуем разобраться, в чём заключается секрет и цена этого успеха.
Период так называемой «Великой инфляции» сложился не за одно мгновение, и фактически он является следствием сразу нескольких тяжёлых лет, во время которых экономика США подверглась чрезвычайному давлению. Самый известный эпизод в данном случае — разумеется, реакция американской системы на высокие топливные цены, сформированные под давлением арабского эмбарго на нефтяные поставки. Дефицит и высокие цены в принципе никогда не влияют положительно на общее экономическое положение, а учитывая прожорливость американских двигателей тех лет, ситуация лишь усугубилась. Однако это лишь последний и самый знаменитый удар, но ведь можно вспомнить и другие.
Копая дальше, можно обнаружить причины, обусловленные чисто внутриполитическими решениями руководства Америки. Начать можно с президентства Линдона Джонсона и, в частности, его программы «Великое общество», которая стала первым испытанием для американской финансовой системы. Реализация масштабной социальной программы, направленной на борьбу с бедностью и расовой сегрегацией, в синтезе с повышенными расходами на войну во Вьетнаме дала ядерную смесь, болезненно ударившую по федеральному бюджету, что вызвало усиленную реакцию ФРС, принявшейся печатать деньги для покрытия растущего дефицита. Так началось постепенное обесценивание доллара.
Его преемнику в лице Ричарда Никсона досталась уже раскачанная лодка, осознавая неустойчивость которой, он попытался её успокоить, однако его действия привели лишь к худшим последствиям для системы. Из-за продолжительной эмиссии количество бумажных долларов уже значительно превысило объёмы золотовалютных резервов, из-за чего уже европейские державы начали давить на Белый дом, опасаясь накопленной переоценённости доллара (которая возникла из-за жёсткой привязки доллара по фиксированной цене к золоту) и требуя возвращения своего золота. Стремясь ликвидировать эти проблемы, избежать истощения золотовалютных резервов и частично поднять свою репутацию перед выборами (отказавшись тем самым от жёсткой экономии средств), Никсон принял решение «временно» отказаться от прямой конвертации доллара в золото. Это, в свою очередь, спровоцировало резкую девальвацию доллара и соответствующий рост инфляции, который только усугубил и так расшатанную лодку. Конечно, господин Никсон попытался удержать её на плаву посредством жёстких мер, вроде временной заморозки цен, но в целом нефтяному кризису оставалось только подтолкнуть посудину, чтобы та перевернулась.
Итак, к началу президентства Рональда Рейгана экономика США подходит в весьма печальном состоянии, лучше всего об этом нам скажут конкретные цифры. Так, на момент 1980 года инфляция достигала показателя в 13,5%, показатель безработицы превышал уровень в 7%, значение ставки ФРС держалось на уровне 20%. Не менее показательны здесь значения налоговых ставок: подоходный налог — 50% (70% для инвестиций), налог на прибыль корпораций — 46%, налог на наследство — 70%. Кому-то из читателей подобные цифры могут показаться не слишком впечатляющими, ведь были же в истории мира и более значительные варианты. И всё же, несомненно, в голове надо держать простую идею: такие показатели для развитой экономики аномальны и критически опасны. Об этом говорят и другие числа: значимое снижение наблюдается, например, в объёмах промышленного производства, строительстве жилья и реальных доходах американских домохозяйств. Для мировой сверхдержавы совокупный вклад всех этих факторов создавал тяжелейшее положение, из которого, правда, она выйдет удивительно быстро.
Итак, на чём же базировалось «рейгановское чудо»? Ответ на этот вопрос изложен самим президентом Рейганом в его предвыборной речи на Международном деловом совете в Чикаго 9 сентября 1980 года. В ней были предложены следующие инициативы:
— Сокращение государственных расходов на 10% к 1984 году
— Поэтапное снижение подоходного налога на 10% каждый год
— Ограничение государственного регулирования в экономике
— «Разумная» денежно-кредитная политика
Реализована эта программа была лишь частично. Так, например, сокращения государственных расходов добиться точно не удалось: наоборот, к концу его президентства расходы федерального бюджета выросли примерно на 15%, а государственный долг — примерно на 20%. При этом с налогами всё было куда успешнее: так, уже к 1986 году (во время второго срока Рейгана) ставка на доходы физических лиц была снижена до 28%, налог на прибыль корпораций понизили до 34%, а налог на наследство — до 50%. Одновременно с этим был значительно ослаблен государственный контроль за ключевыми экономическими секторами, например, были окончательно отменены регуляции цен на нефть и бензин, и принят закон Гарна — Сен-Жермена, имевший в себе задачу значительно дерегулировать финансовый сектор страны. Наконец, ставка ФРС после очередных пиковых значений в районе 20% в конце концов начала постепенное снижение с середины 1981 года, когда основная волна инфляции была побеждена и уже потребовалось ввести в экономику дешёвые деньги для преодоления тяжёлой рецессии.
Все эти идеи планировались на основе трудов Милтона Фридмана (который был неофициальным советником Рональда Рейгана в ходе предвыборной кампании и в последующем вошёл в Президентский консультативный совет по экономической политике) и знаменитой Чикагской экономической школы, базирующейся на неоклассической экономической концепции. Согласно ей, американская ситуация ухудшалась прежде всего из-за чрезмерного государственного вмешательства, в то время как рынок способен сам успешно саморегулироваться при предоставлении ему достаточных возможностей. Происходящий из неё монетаризм, основанный как раз Фридманом, предложил президенту оптимальное решение вопроса роста цен, потребовав жёстко ограничить печатный станок ФРС, тем самым возвращая доллару стабильную покупательную способность, без которой рыночные механизмы и налоговые стимулы просто не могли заработать в полную силу. К тому моменту эффективность неоклассических принципов уже была доказана на примере послевоенного восстановления Германии, в ходе которого министром финансов Эрхардом в короткие сроки была проведена смелая дерегуляризация, совмещённая с введением обновлённой стабильной немецкой марки, что заложило основу будущего «Немецкого экономического чуда».
Свои плоды политика президента Рейгана дала уже в 1982 году, когда американская экономика пережила первичный шок от мер рейганомики. Послабления в законодательстве и радикальное снижение налогов предложили домохозяйствам и компаниям новый стимул к использованию своих средств в качестве вложений. Эту уверенность только подкрепила сбитая до 4% инфляция, что позволило в дальнейшем на протяжении всего президентства Рейгана постепенно снижать ключевую ставку, тем самым формируя более доступные кредиты, за счёт этого разгоняя новый стимул к вложениям и развитию бизнеса. Таким образом, доступный капитал соединился с выросшими чистыми доходами, что сразу отразилось на американских показателях за счёт активного поступления новых денег в реальный сектор экономики и технологическое развитие: рост реального ВВП за 1982 год составил +4,6%, в 1984 — +7,2%. Таким образом, к концу второго срока Рейгана реальный рост ВВП составил примерно 35% — колоссальное значение для экономики. Подобный рост экономической активности, помимо всего, позитивно сказался и на рабочих местах: рекордное число в ~10% безработных на пике экономического шока в 1982 году по итогу сократилось до значения в ~5,4% в 1988 году.
Несмотря на весь оптимизм, рейганомика, как всегда, не стала лекарством без побочных эффектов, с некоторыми из которых Америка живёт и по сей день. Речь тут, разумеется, заходит о чрезвычайно высоком размере дефицита федерального бюджета, что компенсируется исключительно за счёт наращивания государственного долга, что, в свою очередь, только увеличивает государственный дефицит за счёт роста итоговых выплат по облигациям. Помимо этого, отмена части регуляционных ограничений спровоцировала в будущем один из крупнейших финансовых кризисов в истории США — кризис сберегательных банков. Вызванный ослаблением контроля и резким повышением лимита государственного страхования вкладов, он подтолкнул сберегательные ассоциации к опасным спекуляциям с высокодоходными активами и недвижимостью. В результате лопнувшего пузыря банкротство потерпели более тысячи финансовых институтов, а спасение системы обошлось американским налогоплательщикам в колоссальные 124 миллиарда долларов.
Тем не менее, рейганомика всё же признаётся по итогу скорее как позитивное явление, несмотря на все её сформировавшиеся издержки. Именно на её результатах в будущем будет сформирован длительный период непрерывного роста американской экономики, окончательно утвердивший в 90-х США как мирового экономического и технологического гегемона, а заодно вновь доказавший эффективность применения неоклассических методов, сломав доминацию кейнсианских методов.
