Игра масок
Они надевают на тебя корону, как петлю. Только вместо удушья — долг.
Утро пахло металлом. Каменные залы отражали шаги, как эхо чужого человека. Я шёл в тронный зал, будто на казнь — хотя внешне был собран: волосы зачесаны назад, щёки гладко выбриты, кольцо с печатью отца давит на палец. Рядом — Олдрих, советник и бывший наставник, сухой, как пергамент, с глазами, в которых не было жизни, только долги и инструкции.
— Наследник, улыбка должна быть чуть теплее. Вы не мраморная статуя, — прошипел он, подталкивая меня локтем.
— Не уверен, что живу достаточно, чтобы улыбаться.
— В таком случае, сыграйте. Это тоже искусство.
Мы вошли в зал. За столом сидели старшие из клана:
Глава южного гарнизона Раннэль — женщина с вечной ухмылкой и мехами на плечах,
Майрин, казначей, скользкий как мокрая змея,
Жрец Кронин — слепой, но всё равно казалось, что он видит насквозь.
— Мы должны усилить контроль над нижними кварталами, — начал Кронин. — В последние недели участились вспышки неповиновения. Демоны чувствуют слабину в переходе власти.
— Они чувствуют, что старый король сдал позиции, а новый — всё ещё играет в ребёнка, — язвительно добавил Майрин.
Я смотрел на них. Плевать. Плевать, плевать, плевать.
Но я не сказал этого. Только кивнул:
— Контроль будет усилен. Но без жестокости. Мы не звери.
— Вот только ты — сын зверя. Надеюсь, хоть что-то от него унаследовал, кроме прически.
Я встал. Быстро, резко. Тень от трона легла на моё лицо.
— Вы забываетесь. Я не копия отца. Но в отличие от него — я слушаю. И если вы ещё раз поставите под сомнение мою силу, вам придётся говорить с моим стражем.
Дверь распахнулась. Вошёл Кайс, командир личной охраны. Огромный демон с лобными рогами и полным отсутствием чувства юмора.
Майрин бледнеет. Раннэль довольно щурится.
— Уф, наконец-то хоть искра, — пробормотала она.
После совета я вырвался к северному двору. Там, у затенённой колоннады, тренировались новички. Среди них — Данар, юноша из младшей ветви нашей семьи. Высокий, дерзкий, с мечом в руках, как продолжением своего тела.
— Наследник! — Он поклонился, но с ухмылкой.
— Лезет ко всем чертям. Как и я, — подмигнул он. — Но зато я победил троих за раз. Хочешь — устроим спарринг?
— Сегодня — нет. Я не в форме.
— Тогда передай Вирмару, что я всё ещё жду реванша. Скучаю по его выбросам тьмы. Он был как гроза в теле хулигана.
— Как и ты, а? Только теперь ты занят троном. А раньше — был занят свободой. Жаль.
Я развернулся и ушёл. Без слов. Потому что всё, что хотел сказать, уже слишком больно признавать.
Я нашёл Вирмара вечером. Он сидел на крыше старого корпуса, ноги свесив вниз, в руках — бутылка чего-то крепкого.
Я сел рядом. Он не смотрел на меня.
— Данар передаёт, что соскучился по твоим тентаклям.
— Ага? Ну, пусть сам себе в зад их засунет. — Он выпил, вытер рот рукой. — Ты тоже соскучился?
— Твоё молчание стало привычнее слов. Как на приёмах: все улыбаются, но никто не живёт.
— Я пытаюсь… выбраться. Просто всё держит. Словно у меня на горле петля, и каждый шаг — удушье.
— Разрежь, — сказал он, резко обернувшись. — Или она тебя сожрёт. И тогда меня потеряешь. Навсегда.
Я взглянул на него. Он был уставший. Но настоящий. Один из немногих настоящих.
— Ты рядом, Норв. Просто тебя нет.
Он встал, спустился с крыши. Я остался сидеть, чувствуя, как в груди осталась тишина. Холодная и пустая.