Советско-саудовские отношения в 20-40-е годы XX века
Корни советско-саудовского сближения уходят в геополитический вакуум, образовавшийся после распада Османской империи. Великобритания, стремясь консолидировать свое влияние на Ближнем Востоке, активно поддерживала Хашимитские династии в Ираке и Трансиордании, что создавало прямую угрозу для амбиций Ибн Сауда. СССР, чьи отношения с Лондоном после прихода большевиков к власти были крайне напряженными (а в 1927 году и вовсе разорваны), видел в саудитах естественных союзников в противостоянии с «британским империализмом». Огромную роль в установлении контактов между СССР и Ибн Саудом сыграли советские дипломаты Карим Хакимов и Назир Тюрякулов.
Татарин по происхождению, Карим Хакимов родился в 1890 (по некоторым данным, в 1892) году в Уфимской губернии. Получив исламское образование в медресе, он стал убежденным революционером. Его карьера в Народном комиссариате иностранных дел (НКИД) началась в 1920 году по рекомендации Валерьяна Куйбышева, который охарактеризовал его как «наиболее коммунистически выдержанного» среди работников-мусульман. Перед командировкой в Аравию Хакимов успел поработать консулом в Персии, где проявил выдающиеся способности.
В августе 1924 года Хакимов прибыл в Джидду в качестве генерального консула СССР. Он оказался в эпицентре войны: эмир Неджда Абдул-Азиз ибн Сауд вёл кампанию по завоеванию королевства Хиджаз. Получив от наркома иностранных дел Георгия Чичерина инструкцию сохранять дружественный нейтралитет ко всем арабам, Хакимов мастерски лавировал между враждующими группировками. В апреле 1925 года, воспользовавшись уникальной возможностью совершить малый хадж (умру) в Мекку, он лично встретился с Ибн Саудом — чего не удавалось ни одному немусульманскому дипломату. Эта встреча, по его донесениям, прошла исключительно хорошо.
Решающий шаг, определивший характер их отношений, Хакимов предпринял 16 февраля 1926 года. Узнав, что Ибн Сауд провозгласил себя королём Хиджаза и султаном Неджда, он на своём автомобиле под советским флагом проехал через зону боевых действий из Джидды в пустынную резиденцию короля, чтобы лично вручить ему ноту о признании. СССР стал первым государством в мире, признавшим новое королевство. Этот смелый и уважительный жест завоевал безоговорочное доверие и дружбу Ибн Сауда. За свои заслуги и влияние при дворе Хакимов получил от арабов почётное прозвище «Красный паша».
Назир Тюрякулов, казах, сменивший Хакимова в 1928 году, был не менее выдающейся личностью. Он получил блестящее образование, в совершенстве владел множеством языков, включая арабский, и был глубоким знатоком ислама. В отличие от многих соратников, он сохранил веру и даже в качестве советского руководителя в Туркестане перенёс выходной день с воскресенья на пятницу.
Тюрякулов не только сохранил, но и укрепил особые отношения с королевской семьёй. В 1930 году, несмотря на противодействие британцев, он стал дуайеном (старшиной) дипломатического корпуса в королевстве, что было важной символической победой СССР.
Период с 1926 по 1932 год стал золотой эрой ранних советско-саудовских отношений. Дипломатический диалог был невероятно активным и охватывал все ключевые направления. Обе стороны стремились ослабить британское доминирование в регионе. Советская дипломатия не только признала Ибн Сауда, но и видела в нем важную самостоятельную фигуру. Как отмечал нарком иностранных дел Георгий Чичерин в письме главному редактору «Правды», «Ибн Сауд давно перестал быть английским ставленником. Это теперь одна из крупных руководящих личностей Востока». Москва даже выступала посредником в улучшении отношений между Саудовской Аравией и соседними странами, такими как Турция и Персия.
В 1931 году под руководством Тюрякулова произошло ключевое событие в экономических отношениях - так называемая «бензиновая сделка». СССР поставил в Саудовскую Аравию 100 тысяч ящиков бензина и керосина в кредит на 150 тысяч долларов. Ирония заключается в том, что будущее «нефтяное королевство» в тот момент не подозревало о своих колоссальных запасах нефти и страдало от энергетической зависимости от Запада. Эта сделка помогла саудитам ослабить британское давление и стала практическим проявлением советской поддержки.
Несмотря на атеистическую идеологию, Москва была вынуждена обсуждать с Эр-Риядом вопросы, связанные с исламом, - от статуса вакуфного имущества мусульман в СССР до организации хаджа. Эти вопросы были крайне чувствительными для саудовской стороны и часто становились предметом торга.
Апогеем сотрудничества стал официальный визит наследного принца Фейсала ибн Абдул-Азиза в СССР в мае-июне 1932 года. 26-летний принц, будущий король, встречался с Михаилом Калининым, Вячеславом Молотовым и Климентом Ворошиловым (сам Сталин так и не встретился с принцем). Основной целью визита был запрос на крупный товарный кредит в 1 миллион фунтов стерлингов. Хотя кредит предоставлен не был (из-за нерешенных торговых споров и проблем с выплатой по «бензиновой сделке»), обе стороны оценили визит как успешный шаг на пути сближения.
Тюрякулов также курировал практические аспекты сотрудничества. В 1934 году в Саудовской Аравии была запущена первая автоматическая телефонная станция, подаренная СССР и установленная советским инженером. Первый звонок по этой линии состоялся между королём Ибн Саудом и самим Тюрякуловым.
Однако после 1932 года отношения СССР и Саудовской Аравии начали постепенно охладевать. Уход с поста наркома иностранных дел прагматичного востоковеда Георгия Чичерина и приход Максима Литвинова, ориентированного на Запад, привели к снижению интереса Москвы к «малоперспективной» Аравии.
Сближение тормозили и торговые ограничения. Саудовская Аравия, находясь под давлением Великобритании, долгое время не отменяла дискриминационные ограничения на советские товары и отказывалась подписывать договор о дружбе. Главным камнем преткновения стал вопрос о хадже: Эр-Рияд требовал гарантированной квоты в тысячу паломников из СССР ежегодно, что было идеологически неприемлемо для советского руководства.
В 1933 году саудовское правительство, отчаявшись получить кредит от СССР и европейских держав, заключило концессионное соглашение с американской компанией «Standard Oil of California» (предшественник ARAMCO). Это положило начало американскому нефтяному и политическому присутствию в королевстве, которое в стратегической перспективе вытеснило советское влияние.
Окончательный и катастрофический удар по отношениям нанес внутренний террор в СССР. В 1937 году, в разгар Большого террора, оба дипломата были отозваны в Москву. Назир Тюрякулов был арестован в июле 1937 года, обвинен в шпионаже и пантюркизме и расстрелян 3 ноября того же года. Карим Хакимов был срочно вызван из Джидды в сентябре 1937-го (по некоторым данным, король Ибн Сауд лично предлагал ему убежище, но Хакимов отказался), арестован в октябре и расстрелян в январе 1938 года.
Реакция короля Ибн Сауда была незамедлительной и крайне жёсткой. Он был потрясён и возмущён гибелью людей, которых считал личными друзьями. Когда в 1938 году Москва попыталась назначить нового посланника, Ибн Сауд категорически отказался его принимать, заявив, что не желает видеть в Джидде никого, кроме Хакимова или Тюрякулова. Формально миссия СССР в Джидде продолжала существовать до 1939 года, но после заключения советско-германского пакта о ненападении Саудовская Аравия, как и многие другие страны, разорвала дипотношения с СССР. Они были восстановлены только в 1990 году.
Разрыв отношений стал геополитической катастрофой для СССР. Уже через два месяца после расстрела Хакимова американские геологи открыли в Дахране крупнейшее в мире месторождение нефти. Лишившись доверия саудовского монарха и возможности диалога, Советский Союз навсегда упустил шанс участвовать в разработке саудовских нефтяных богатств. Концессия была предоставлена США, что заложило основу стратегического американо-саудовского союза и на десятилетия изменило расстановку сил в регионе и мире.
Если вам интересна история, особенно история колониализма и межвоенного периода, подписывайтесь на мой телеграм-канал - https://t.me/bald_man_stories