Глава 4.1. Брачный розовый (Новелла 18+)
Вид за окном, который прошлым вечером казался лишь темным силуэтом, предстал во всей красе. Ухоженный сад с декоративными деревьями плавно переходил в бескрайнюю синеву моря. Небо, усеянное пушистыми облаками, было невероятно красивым.
Сделав пару снимков, я поспешил к своему чемодану. Когда я вернулся в гостиную, в руках у меня был мой старенький ноутбук. Раз уж в моем распоряжении оказалась такая огромная комната, грех было не воспользоваться шикарным видом. Я возился здесь уже некоторое время, и раз до сих пор не услышал ни звука с другой половины виллы, У Бэк Ён, судя по всему, сдержал слово и рано уехал по делам.
Я водрузил ноутбук на стол, за которым мы вчера ужинали.
Наш медовый месяц был рассчитан на три дня и две ночи. Но, хоть он так и назывался, всё шло к тому, что это будут две абсолютно раздельные поездки. У Бэк Ён будет пахать, а я останусь один. Итак, чем бы мне убить время? Знаете лучший способ заставить время лететь незаметно? Игры? Тренировки? Это всё фигня. Лучший способ — «срочная работа с горящим дедлайном». Я привез с собой на ноутбуке заявление на выплату выходного пособия, которое всё откладывал.
Причина, по которой я тянул с заявлением, была проста: мое увольнение было нестандартным случаем, поэтому мне нужно было обращаться напрямую в головной офис. Иными словами, мне нужно было писать на английском… а я терпеть это не мог. Но дедлайн поджимал, так что мои три дня и две ночи обещали пройти весьма продуктивно.
Откинувшись на спинку стула и положив руки на клавиатуру, я почувствовал себя посетителем модного кафе с шикарным видом.
[Тема: Заявление на выплату выходного пособия (Severance Pay Application)]
Написав тему, я тут же открыл новую вкладку и запустил онлайн-переводчик. За время работы в иностранной компании мой английский, конечно, подтянулся, но никто не учил меня, как будет «выходное пособие».
В первой строке я написал «Здравствуйте», затем указал свое имя и отдел. С этим проблем не возникло, так как я уже делал подобное при составлении других запросов. Отлично. Половина дела сделана. Как говорится, хорошее начало — половина успеха.
Я бросил взгляд на часы. Было чуть больше девяти утра. Я не знал, когда У Бэк Ён вернется с работы, но, похоже, у меня была уйма времени, чтобы насладиться этой огромной комнатой в одиночестве.
«Ах, блин. Зря я посмотрел на время».
Я вдруг вспомнил, как у нас в прокате перевели фильм-катастрофу «Послезавтра» просто как «Завтра», потому что оригинальное название звучало недостаточно срочно и пугающе. Как только я подумал, что времени у меня вагон, мотивация рухнула ниже плинтуса. Вкладка браузера, в которой я искал английские слова, куда-то затерялась, и я сам не заметил, как начал бездумно листать Ютуб и читать вебтуны. Я повалялся на столе, наблюдая за плывущими облаками, а затем вяло вернул руки на клавиатуру.
В этот момент со стороны входной двери донесся звук.
Послышались шаги. Медленные, размеренные, едва слышные. Вскоре в поле зрения появился У Бэк Ён, одетый в такой же строгий костюм, как и в Сеуле. Он и вправду встал ни свет ни заря и поехал на работу. И хоть мы со вчерашнего дня вроде как стали приятелями, и мы ровесники, это всё равно вызывало уважение. Я вот до сих пор чувствовал себя немного разбитым.
Всего за день неформальный стиль общения стал для меня вполне естественным. И У Бэк Ён, прислонившись к стене, спросил тоном старого друга:
— Чон Хан Кён, чем занимаешься?
— А, я тут взял немного работы, чтобы не мешаться тебе под ногами.
— Ну да, мне нужно кое-что доделать…
Возможно, из-за того, что его брови всё сильнее сходились на переносице, мой голос дрогнул и перешел в невнятное бормотание.
— Ты притащил работу в медовый месяц?
У Бэк Ён вытащил руки из карманов и скрестил их на груди, выставляя напоказ ладонь с высеченным на ней моим именем.
— Какой же ты отвратительный супруг.
Ну конечно. Притащить работу в медовый месяц, когда ты должен всё свое внимание уделять партнеру, — это заслуживало критики. Но мне это казалось чертовски несправедливым.
— Ты же сам сказал, что сегодня едешь на работу.
— Как ты и предлагал, я поехал разобраться с теми людьми, которые преследовали нас в аэропорту, и проверить, не всплыли ли какие-нибудь странные статьи или видео.
— …Я выехал пораньше, чтобы это не помешало нашему медовому месяцу.
Не успел я извиниться за то, что неправильно всё понял, как на меня обрушилась новая волна осуждения.
— Как ты вообще мог подумать о работе в медовый месяц, даже если мы… не типичная пара?
Но ведь я отнесся с пониманием, когда решил, что ты приехал сюда в командировку, прикрываясь медовым месяцем!
Озвучь я это, прозвучало бы как жалкая отмазка.
— Значит, сегодня ты больше не поедешь на работу?
— Разумеется, нет. Здравый смысл подсказывает, что сегодня я должен провести время со своим супругом. Кто вообще посмеет завалить меня работой?
Чтобы спасти остатки гордости, я мог бы захлопнуть ноутбук и заявить, что тоже не буду работать, но… к сожалению, я не мог этого сделать.
— Слушай, У Бэк Ён… но это реально срочно.
И теперь у меня появился жесткий лимит времени, хотя я думал, что в запасе целых три дня. Дедлайн неумолимо приближался, и меня прошиб холодный пот.
В повисшей тишине со стороны входа донеслось позвякивание. Тот самый секретарь, который вчера метался в аэропорту, вкатил в комнату серебристую тележку, как в зарубежных фильмах.
На ней громоздились всевозможные сэндвичи, выпечка, кофе, сок, молоко в индивидуальных кувшинчиках и небольшой салат. Секретарь остановился перед обеденной зоной, оценивая накалившуюся атмосферу.
— Директор, мне… накрыть на стол?
— Ставь сюда. Этот господин очень занят, работает даже в свой медовый месяц.
Яд в его словах безжалостно жалил. Семь или восемь тарелок были расставлены на столе, тщательно огибая мой ноутбук, словно он был заразным. У Бэк Ён сел напротив меня, в точности как вчера за ужином.
— Я-я, пожалуй, пойду, — секретарь отвесил глубокий поклон и поспешно ретировался вместе с тележкой.
У Бэк Ён налил кофе в антикварную чашку и откусил крошечный кусочек сэндвича с листом салата. Этот мизерный кусочек, который я бы проглотил не жуя, он пережевывал раз десять, прежде чем беззвучно сглотнуть, а затем снова посмотрел на меня.
Будь это на корейском, я бы просто поднажал и добил текст, но с английским я даже примерно не мог прикинуть, сколько времени это займет. У Бэк Ён раздраженно махнул рукой. Выражение его лица так и кричало: «Хватит считать минуты, просто делай».
«Такой прессинг мне точно не нужен». Ситуация оказалась куда более напряженной, чем я ожидал. Легкий мандраж — это полезно, но под таким давлением у меня в голове образуется вакуум, а руки и ноги начинают трястись…!
— Эй, У Бэк Ён, у тебя как с английским?
— Меня уволили просто потому, что у меня проявилось Имя. И это при том, что я вообще не планировал уходить! Ты можешь написать это по-английски?
— …Чон Хан Кён, тебя уволили несправедливо?
Глаза У Бэк Ёна округлились, и он с грохотом опустил чашку на блюдце.
— Так вот почему ты так отчаянно пытался впарить мне батат?
«Да нет же, дело вообще не в этом!»
— А что… мне еще оставалось делать? С твоим именем, высеченным на полшеи, как я мог дальше работать телохранителем? Компания не может держать меня просто так. Раз уж меня всё равно увольняют, я хочу выбить из них выходное пособие по максимуму, поэтому и пишу это письмо.
Брови У Бэк Ёна дрогнули, и он заговорил.
Из него полился поток английских слов, словно он диктовал текст для аудирования. Я успел записать только начало, прежде чем окончательно потерял нить. В отличие от его слегка чопорного корейского, английский звучал гораздо более естественно и бегло. Он что, долго учился за границей? Пока я тупо пялился на него, оторвав руки от клавиатуры, У Бэк Ён встал из-за стола.
Он подошел ко мне сзади. Когда он наклонился, меня окутал уже знакомый аромат его парфюма. Его лицо оказалось слишком близко.
Его пальцы запорхали по клавиатуре моего ноутбука, без труда выстраивая предложения. Всё, что я успел выдавить из себя, включая приветствие, было безжалостно стерто и переписано заново. Его руки мелькали перед моими глазами, словно он играл на пианино.
Агрессивно добив английский текст, он уже собирался вернуться на свое место, но вдруг снова замер.
— Чон Хан Кён, нет. Не отправляй это. Я найму тебе адвоката, засудим их.
— Увольнение из-за Имени вызовет бурю негодования даже в их культуре. Я не позволю, чтобы моего супруга лишали прав по такой нелепой причине. Я помогу тебе.
— Да не, всё нормально. Я отвечал за охрану двоих детей, Чхэ Рин и Чхэ Сона, и всё равно планировал уволиться, когда они станут совершеннолетними. К тому же у меня есть дело, которым я хочу заняться после увольнения.
— И чем же ты хочешь заняться?
— Рынок кафе перенасыщен уже много лет.
— Я классно варю кофе. На прошлой работе я практически слился воедино с кофемашиной. Тогда-то я и открыл в себе этот талант.
У Бэк Ён посмотрел на меня как на идиота, который несет какую-то чушь про свой бизнес. Не то чтобы это звучало так уж бредово.
— …Ну, это лишь второстепенная причина. Я не гонюсь за огромными деньгами. Это скорее пунктик из моего списка желаний. Я с юности мечтал о своем кафе.