Глава 61. От злодея до гида SS-ранга (Новелла 18+)
Напрягшись, Джи Хёк сделал последний толчок, вгоняя свой член глубже, чем когда-либо прежде. Сила удара была такой, что, казалось, она способна разорвать нежные внутренние стенки.
В то же мгновение его член яростно дёрнулся, и горячая сперма начала извергаться густыми, плотными потоками.
— Х-ах… Ахх… — С губ Го Ён У сорвался прерывистый, дрожащий стон; по подбородку потекла тонкая струйка слюны.
Его плоский живот непристойно вздулся, когда член Джи Хёка, пульсируя, до отказа наполнил его.
Эсперы, страдающие от тяжёлых побочных эффектов, находят в поддержке не только облегчение — их чувствительность к удовольствию обостряется до предела. И Джи Хёк не был исключением.
Нечеловеческое количество спермы, намного больше обычного, затопило Го Ён У изнутри. Она заполнила его до отказа и начала вытекать обратно, просачиваясь из растянутого, истерзанного входа. Его живот, казалось, бесконечно раздувался под этим напором.
Ён У сотрясался в конвульсиях, его язык безвольно вывалился изо рта. Тёмные зрачки почти полностью скрылись под веками — его глаза закатились. Член, всё ещё зажатый в фиксаторе, был влажным от смазки, но уже не стоял.
— Ха-ах… — Джи Хёк уткнулся лицом в спину Ён У, тяжело и шумно выдыхая.
Хотя его жажда не была утолена полностью, в сознание начала возвращаться некоторая ясность. Зрение прояснилось ровно настолько, чтобы он мог отчётливо видеть дрожащее под ним тело.
Он приподнял голову Го Ён У, всё ещё зажатую в фиксаторе.
Глаза парня по-прежнему были закачены, язык безвольно вывалился изо рта. Это зрелище полного, абсолютного разрушения было невыносимо возбуждающим.
У Джи Хёка снова потекла слюна.
Словно заворожённый, он высунул свой язык и переплёл его с языком Го Ён У. И хотя тот выскользнул изо рта от полного бессилия, для Джи Хёка это движение показалось робким, но явным приглашением.
Пьянея от удовольствия, он начал нежно, но настойчиво сосать его язык. Схватив его за челюсть, он впился в него глубоким, влажным поцелуем, чувствуя, как под его пальцами судорожно дёргается горло Го Ён У.
Сквозь их сомкнутые губы вырывались сдавленные стоны. Джи Хёк неотрывно смотрел в его глаза.
Медленно, очень медленно, зрачки начали опускаться, и когда тёмные радужки наконец заняли своё место, губы Джи Хёка невольно изогнулись в довольной улыбке. Одна лишь мысль о том, что именно его поцелуй вернул Го Ён У в сознание, наполнила его пьянящим чувством удовлетворения.
От непрекращающейся вибрации телефона бровь Джи Хёка раздражённо дёрнуться. Он безошибочно узнал этот вызов. Если бы он всё ещё был в тумане безумия, то, несомненно, проигнорировал бы его. Но теперь он уже не мог.
С явной, неприкрытой неохотой он вытащил телефон из кармана.
— Хах… Нгх… — со стоном, полным разочарования, он посмотрел на экран.
Как и ожидалось, это был Ли До Хун.
Джи Хёк не спешил отвечать. Вместо этого он смотрел вниз на Го Ён У, который всё ещё судорожно хватал ртом воздух. Его член по-прежнему был погребён внутри этой тугой, горячей плоти. И хотя он уже заполнил её до отказа, настойчиво сжимающиеся внутренние стенки ощущались слишком хорошо, чтобы просто взять и выйти. Ему отчаянно хотелось остаться здесь навсегда.
Инстинкты эспера, страдающего от чудовищных побочных эффектов, продолжали нашёптывать ему, заглушая голос разума:
«Думай только о нём. Забудь об остальных, забудь обо всём на свете — просто присвой себе этого гида, и пусть он принадлежит только тебе».
Когда Джи Хёк так и не ответил, на его бедре запищал пейджер. Члены команды использовали их для связи внутри Врат, где обычные телефоны были бесполезны.
Сжав зубы, Джи Хёк провёл рукой по волосам, в последний раз бросил на Го Ён У взгляд, полный неутолённого желания, и медленно, с видимой неохотой, вышел из него. Он поднял обмякшее тело Го Ён У, силой заставляя себя вспомнить, что времени у них больше нет.
Джи Хёк направился к кладовой и достал оттуда специальное транспортное устройство — единственное, что позволяло переместить Го Ён У внутрь Врат, не оповещая Центр.
Внешне оно напоминало сумку для хранения псевдо-гайдинговых препаратов, но было гораздо больше — размером как раз с человеческое тело. Внутри находились мощные устройства подавления обнаружения, предназначенные для маскирования частот отслеживающих гидов датчиков, делая невозможным идентификацию содержимого.
Хан Джи Хёк отстегнул ремни, снял Го Ён У со станка и поднял на руки.
Он не стал снова вставлять ему кляп. Какой в этом смысл? Даже если бы он попытался насильно заткнуть ему рот, Го Ён У всё равно воспринял бы это как часть грязной игры. Пустая трата времени.
Кроме того, была и другая причина, по которой он не стал его связывать. Даже если Го Ён У начнёт кричать, ни один звук не вырвется наружу, как только сумка будет запечатана. К тому же она была сконструирована так, чтобы обеспечивать постоянную циркуляцию воздуха, так что риска задохнуться не было.
Эту сумку Джи Хёк заказал у одного эспера-ремесленника сразу после того, как они наняли У Чжи Ю в качестве своего гида. Она была создана с одной-единственной целью — наказать его, если он когда-нибудь попытается сбежать или предаст их. Если бы это случилось, его бы заперли внутри и таскали за собой через Врата, как вещь.
К счастью, до этого так и не дошло.
И вот теперь, по злой иронии судьбы, эта вещь, созданная для У Чжи Ю, впервые будет использована на его убийце.
В этот момент Го Ён У, который, казалось, только-только пришёл в себя, с ужасом и неверием уставился на Джи Хёка.
— Какого хера ты… Ты с ума сошёл?! Хан Джи Хёк, ублюдок!
Поняв, что задумал Джи Хёк, он начал дико вырываться и брыкаться, пытаясь избежать того, чтобы его запихнули в эту похожую на гроб хреновину.
— Блядь, отпусти! Выброси это, ты!.. Агх!
— У тебя нет выбора. Так что залезай по-хорошему.
— Да лучше убей меня, ублюдок! Убей!
— Ты не задохнёшься, — безразличным тоном ответил Джи Хёк. — Просто будет немного тесно.
Но сколько бы Го Ён У ни кричал и ни сопротивлялся, Джи Хёк и бровью не повёл. Ён У пустил в ход всё: он кусал его, царапал плечи и руки до крови, но тот, казалось, даже не замечал этого.
— Открылись Красные Врата, — спокойно произнёс Джи Хёк, прерывая его.
— Да пошёл ты, ублюдок прокля… Что?
Яростный поток ругательств в мгновение ока иссяк. Глаза Го Ён У в ужасе расширились.
— Да, — подтвердил Джи Хёк. — Уровень буйства у всех троих достиг критической отметки.
Губы Го Ён У задрожали. Он открыл рот, чтобы что-то сказать, но так и не смог. Его дрожащий взгляд медленно поднялся на Джи Хёка.
И от одного этого взгляда Джи Хёк почувствовал внезапный, иррациональный прилив раздражения. Он даже не догадывался, что именно хотел сказать Го Ён У, но эта молчаливая покорность в его глазах испортила ему всё настроение.
Не желая больше ждать, Джи Хёк грубо запихнул его в сумку. От былого сопротивления не осталось и следа.
И вид этого послушно свернувшегося внутри тела разозлил Джи Хёка ещё сильнее. Ещё немного, и он не сдержится — вытащит его обратно и сорвёт на нём злость самым чудовищным образом.
Стиснув зубы до скрипа, Джи Хёк с силой захлопнул крышку. Он успел заметить, как вздрогнул Го Ён У за мгновение до того, как защёлкнулся замок, но не придал этому никакого значения. Он просто молча поднял запечатанную сумку, как обычный чемодан, и с каменным лицом вышел из бункера.
— …Он слишком долго. Всё ещё не отвечает? — спросил Ли До Хун.
— Неа, — поморщившись, ответил Шин Хи Сон. — Похоже, наш паршивый Джи Хёк решил повеселиться в одиночку.
Хи Сон потёр виски, пытаясь унять пульсирующую головную боль. Ли До Хун криво усмехнулся, но его колючий, напряжённый взгляд выдавал его отвратительное настроение.
Следуя приказу Джи Хёка, они вошли во Врата и спрятались, ожидая, когда он вернётся с Го Ён У. Но от него не было ни слуху ни духу. До Хун оборвал его телефон — безрезультатно. Пейджер тоже молчал.
Тем временем Кан Тхэ Вон, всё ещё заточённый в ледяной глыбе, продолжал буйствовать, то и дело заставляя лёд шипеть и плавиться от вспышек огня. До Хуну и Хи Сону приходилось по очереди сдерживать его, и оба были уже на последнем издыхании.
— …Ха-а. И что нам теперь делать? — голос Хи Сона был едва слышен, мир перед глазами уже плыл.
Он был самым слабым из них в ментальном плане — то, что он вообще продержался так долго, уже было чудом.
— Если этот придурок не поторопится, нам всем пиздец, — мрачно пробормотал До Хун, зажмурившись от оглушительного звона в ушах.
Ледяная аура неконтролируемо просачивалась из его тела. У Хи Сона дела были не лучше — электрические разряды опасно потрескивали на его коже.
Внезапно по ледяной глыбе, сковывающей Тхэ Вона, поползли трещины.
— Ха Джи Хёк, тебе лучше появиться, пока я кого-нибудь не прикончил. Иначе я ни за что не ручаюсь. Понял?
И в тот самый миг, когда зрение До Хуна должно было окончательно померкнуть, а гнев — вырваться наружу, в воздухе появилось оно. Знакомое, властное присутствие.
Все трое обернулись как по команде. Даже Тхэ Вон, который секунду назад рычал, как дикий зверь, затих и уставился в одну точку.
Хан Джи Хёк стоял перед ними, держа в руках ту самую сумку. С непроницаемым лицом он бросил её на землю. Три пары глаз тут же уставились на запечатанную ношу.