Глава 81. Цвет моей компании – чёрный (Новелла 18+)
Холод. Ли Гё Ха проснулся в холодной американской студии, где об индивидуальном отоплении можно было только мечтать. Несмотря на убийственную арендную плату, здесь всегда было промозгло. Конечно, не корейская зима, способная в плохой день ударить морозом в минус сорок, но и тёплой американскую зиму было не назвать.
Угрюмые улицы, по которым спешили закутанные в шарфы люди, мёртвая хватка автомобильных пробок. Город за тонкой стеклянной преградой окна казался одновременно и до боли знакомым, и совершенно чужим.
Словно очнувшись от очень долгого, глубокого сна, он чувствовал, как одеревенело тело, а настроение было на нуле. Да и с чего бы первому утру первого семестра в магистратуре быть приятным? Гё Ха смочил горло чуть тёплой водой и снова взглянул на часы.
Шесть утра. Он проснулся на несколько часов раньше обычного. Это удивляло — Гё Ха никогда не отличался ни прилежностью, ни хорошими привычками. Его первая лекция начиналась только в три часа дня, так что, даже валяя дурака, он мог бы поспать ещё часа четыре. Пробежка в десять утра — это ещё можно было бы понять, но шесть… Слишком рано.
Однако, вместо того чтобы снова зарыться под одеяло, Гё Ха направился в ванную, словно пытаясь смыть с себя странное, липкое чувство дежавю. Как и ожидалось, из крана потекла ледяная вода. Не желая ждать, пока она согреется, он плеснул в лицо холодной, но туман в голове так и не рассеялся.
Пока он готовил себе незамысловатый завтрак, из включённого телевизора доносился голос ведущего утренних новостей. Его лицо показалось знакомым. Диктор тараторил, сообщая срочные новости, и Гё Ха, хоть и учивший английский перед поездкой, с удивлением понял, что разбирает каждое слово.
Именно в этот момент он почувствовал — что-то не так.
«А? С чего это я так хорошо знаю английский? Подумать только, будто я прожил здесь лет восемьдесят…»
Но осознание ничего не изменило. Было ощущение, словно он забыл что-то очень важное, но никак не мог вспомнить, что именно.
Дорога до университета должна была быть для него новой, но он знал каждый её поворот, каждый магазинчик, словно ходил здесь тысячи раз. Он вдруг вспомнил имена и семейные тайны владельцев лавок, которых никогда в жизни не видел. И в довершение всего его охватила совершенно необоснованная, но абсолютная уверенность: на первой же лекции профессор устроит внезапный тест.
Рыжеволосая девушка, плюхнувшаяся на соседнее кресло в лекционном зале, бодро ему улыбнулась. Ещё до того, как она успела представиться, Ли Гё Ха уже знал: её зовут Эми.
— Кажется, мы тут одни никого не знаем. Не против, если я сяду?
— Я Эми. Эми Рокфилд. Ты сегодня идёшь на вечеринку для новичков?
— Тогда пойдём вместе. Одной на такое ходить как-то неловко.
Эми, как и подсказывала её внешность, оказалась невероятно общительной и болтливой. Гё Ха оставалось лишь слушать её щебетание. Она успела рассказать, что предпочитает, чтобы её называли просто «Эм», и что экономика, на которую она поступила, ей совершенно не интересна.
Вот только Гё Ха и без её рассказов всё про неё знал. Он не понимал, откуда, но в голове сами собой всплывали события, которые произойдут с Эми в будущем — как большие, так и мелкие.
Например, то, что на сегодняшней вечеринке она переберёт с коктейлями, и её стошнит прямо в центре зала. Профессор после этого даст ей прозвище «Королева Рвоты», и она до самого выпуска будет проклинать тот день, когда решила пойти на эту злосчастную вечеринку.
Более того, на той же вечеринке будет и её бывшая. Эми, которая мечтала помириться с ней после тяжёлого разрыва, из-за этого своего «выступления» так и не наберётся смелости к ней подойти.
Гё Ха был в полном смятении — откуда, чёрт возьми, он это знает? В его памяти даже всплыли моменты, как он пару раз охотно помогал ей. Правда, сблизиться им так и не удалось, потому что она сдала его копам, заявив, что он употребляет наркотики…
— Мы раньше не встречались? — не выдержав, спросил он.
— Это что, подкат? — тут же насторожилась она.
— Вот и славно, — кивнула Эми. — А то мы знакомы от силы пять минут, и если бы это был подкат, я бы сильно пожалела, что села рядом. К несчастью для тебя, мужчины не входят в сферу моих интересов.
Странности на этом не закончились. Как и «предсказывал» Ли Гё Ха, профессор на первой же лекции дал внезапное задание. И Гё Ха знал тему этого задания как свои пять пальцев. Словно он получал это же задание по меньшей мере раз десять.
Даже на вечеринке для новичков не было и намёка на предвкушение. Всё казалось пресным и скучным. Он подобрал костюм, соответствующий дресс-коду, но в самом вечере не было ничего особенного.
Несмотря на его совет не увлекаться алкоголем, Эми с энтузиазмом пила один коктейль за другим, пока её не стошнило прямо посреди зала. Так она и заслужила от профессора свой позорный титул «Королевы Рвоты».
«Как всё может быть настолько предсказуемо? Словно я всё это уже проживал…»
Со временем это чувство отчуждения лишь росло.
Случайно разговорившись с группой китайских студентов, он с удивлением обнаружил, что понимает их речь, хотя никогда в жизни не учил китайский. Лица профессоров, которых он видел впервые, казались до боли знакомыми, а содержание их научных работ всплывало в памяти целиком, вплоть до оглавления, словно он заглянул в будущее.
Гё Ха начал всерьёз подумывать, не сошёл ли он с ума. Или, может, это божественное откровение, наследие его не слишком-то близкой бабушки-шаманки? Иначе объяснить происходящее было невозможно.
По правде говоря, он был далеко не тем гением, что с лёгкостью бы вписался в объединённый курс магистратуры и докторантуры. Уж кто-кто, а он-то знал, что особых талантов к учёбе у него нет.
Именно поэтому он когда-то и сбежал в Америку с мечтой стать моделью. Не то чтобы это было проще, но он бежал от необходимости писать диссертации. И вот, ирония судьбы — «от себя не убежишь» — по воле отца он снова оказался в аспирантуре.
С его-то средним уровнем английского он должен был бы уже искать способы отчислиться, а не задаваться вопросом, почему всё так до странного легко и знакомо.
Но сколько бы он ни думал, аспирантура больше не казалась чем-то устрашающим. Ему даже казалось, что если грамотно составить расписание, он сможет совмещать учёбу с работой моделью. Вспомнить содержание целого семестра, лишь увидев название курса — разве не об этом мечтает каждый аспирант?
Должно быть, он незаметно для себя ударился где-то головой, и его мозг заработал на полную. Либо он и впрямь унаследовал от бабушки какие-то экстрасенсорные способности. Иного объяснения таким переменам просто не было.
Но даже эта безосновательная уверенность в досрочном выпуске не могла заглушить смутную тревогу. Ли Гё Ха продолжал считать всё происходящее странным, пусть оно и было ему только на руку. Ощущение, что он забыл что-то важное, со временем лишь крепло.
Так прошло ещё несколько дней. Каждая лекция была утомительной, словно он слышал её уже в десятый раз. Любые слова профессора казались ему давно известными, а его внезапные задания он мог предсказать за два дня до того, как они приходили тому в голову.
Более того, в одно прекрасное утро его словно что-то подтолкнуло купить онлайн лотерейный билет. И выбранные наугад номера сорвали джекпот. Гё Ха был ошарашен: «Я и так богат, с чего бы мне вдруг покупать лотерейный билет?»
Всё вокруг вызывало сомнения. Ему всегда везло, но чтобы вот так, с первого раза, выиграть в лотерею? Угадать точную комбинацию, даже не видя во сне, как предки диктуют ему выигрышные номера, — это было поразительно.
Но сколько бы он ни ломал голову, он так и не смог вспомнить, что заставило его купить тот билет. Ощущение было таким, словно из огромной мозаики вырвали самый главный, центральный элемент.
Он не скучал по дому, учёба в аспирантуре шла как по маслу. И всё же Гё Ха отчаянно хотелось вернуться в Корею. Туда, где его ждал лишь отец, запихнувший его в эту самую аспирантуру со словами «Мой бедный сынок, ты здоров? Но докторскую тебе всё равно получить надо…», да вечно рычащие на него брат с сестрой.
Было чувство, что там ктото есть Кто-то, кому он должен отдать этот выигрышный билет.
«Смотри! Я запомнил номера, как ты и велел. На самом деле, хоть я и не силён в учёбе, с памятью у меня всё в порядке. Если ты будешь со мной, тебе ведь больше не придётся игнорировать мои звонки, чтобы запоминать номера, да?»
Стоя посреди всё такой же промозглой студии, Ли Гё Ха вскинул голову, словно поражённый молнией.
«Постой-ка… я же не должен быть здесь. Такое чувство, будто я так много всего обещал кому-то…»
Стоило ему вспомнить слово «обещания», как голова, казалось, вот-вот расколется надвое.
«Что я забываю? Что же я забываю?!»
Он продолжал мысленно терзать себя. Он чувствовал это почти физически — он забыл нечто фундаментальное, то, что нельзя было забывать ни при каких обстоятельствах.
И посреди этого роя вопросов, словно вспышка молнии в ночи, в его сознании кристаллизовался один-единственный факт.
И только тогда всё хлынуло обратно. Воспоминания. Осознание. Конечно, всё казалось знакомым. Это был его пятнадцатый круг. Он посещал эту чёртову аспирантуру по меньшей мере десять раз, так что не было ничего удивительного в том, что он знал будущее. Все эти приступы дежавю были лишь осколками прошлого опыта.
Но настоящий шок был в другом.
Как он мог забыть? Как он мог забыть предыдущие круги? Как он, из всех людей на свете, мог забыть Чон Хви Гёна?
Не теряя ни секунды, Гё Ха лихорадочно набрал его номер. Номер не был отключён — крошечная искра облегчения. Сердце бешено колотилось в груди. Он не помнил, как они оказались в пятнадцатом круге. И его убивало беспокойство от того, что Хви Гён ни разу с ним не связался.
Гудок… ещё один… ещё… Наконец, после вечности ожидания, на том конце ответили.
— Хви Гён?! — выпалил Гё Ха, не в силах скрыть отчаяние в голосе.
Но вежливый, спокойный голос на другом конце провода принадлежал не Хви Гёну.