Импортозамещение в целлюлозно-бумажной промышленности: испытание для российских машиностроителей
Актуальность вопроса импортозамещения в российской целлюлозно-бумажной промышленности резко возросла после введения западных санкций и экономических ограничений. Наталья Пинягина, советник генерального директора «Лиги переработчиков макулатуры», отмечает серьезные проблемы, с которыми столкнулись отраслевые машиностроители в новых условиях.
Финансовые показатели отрасли свидетельствуют о сложностях посткризисного восстановления. По данным за первое полугодие 2024 года, совокупная прибыль предприятий ЦБП снизилась на 4,7% по сравнению с аналогичным периодом 2022 года, а рентабельность продаж сократилась на 5,8 процентных пункта. Особую тревогу вызывает значительное снижение инвестиционной активности, наблюдаемое как в целом по лесному комплексу, так и в целлюлозно-бумажной промышленности.
Эксперты связывают эти тенденции с необходимостью перестройки производственных цепочек, поиском альтернативных решений для критически важного оборудования и общими вызовами адаптации к новым экономическим реалиям. Несмотря на предпринимаемые меры по импортозамещению, процесс технологического перевооружения отрасли требует значительных временных и финансовых ресурсов.
Общий объем инвестиции в основной капитал предприятий лесного комплекса, то есть затрат на строительство, реконструкцию и модернизацию производства, приобретение машин, оборудования, транспортных средств в 1 полугодии 2024 года уменьшился на 30,2% к полугодию 2022 года. В целлюлозно-бумажной промышленности этот показатель уменьшился, соответственно, на 16,8%. При этом доля объема инвестиций в основной капитал предприятий ЦБП оставалась за три последних года преобладающей в общем объеме инвестиций по лесному комплексу и достигала в 2023 году 63%.
Российская целлюлозно-бумажная промышленность на протяжении последних лет в течение длительного времени была оснащена в основном зарубежным западным оборудованием, в стране практически отсутствовала разработка отечественных машин и механизмов, отрасль ориентировалась на западные научно-технические разработки и инжиниринг.
В результате введения западных санкций возникли трудности с техническим обслуживанием и ремонтом, оснащением предприятий запасными частями и комплектующими, электронными компонентами – датчиками, сканерами, системами управления. В зачаточном состоянии находится и отечественное программное обеспечение производственных и бизнес-процессов. Эти факторы создают серьезные вызовы для успешного импортозамещения в ЦБП, и их преодоление требует комплексного подхода со стороны государства и бизнеса.
С другой стороны, о каком масштабном импортозамещении в отрасли можно говорить, если финансирование научных исследований и разработок сегодня не превышает 0,1% от ВВП по лесопромышленному комплексу. В обновленной «Стратегии развития лесного комплекса до 2030 года» об увеличении финансирования отраслевой науки также речь не идет. Предлагается лишь объединение ресурсов национального проекта «Наука», федерального проекта «Сохранение лесов и национального проекта «Экология».
Кроме того, налицо существенный разрыв единого инновационного цикла во всех отраслях ЛПК – от подготовки кадров для исследовательской деятельности до внедрения инноваций в производство, утеряна экспериментальная и испытательная база. Снижение качества научного обеспечения отечественного леспрома связано с сокращением численности научных работников научно-исследовательских институтов, старением кадрового потенциала.
К сожалению, взаимодействие между научно-исследовательскими организациями, высшими и средними образовательными учреждениями, а также промышленными предприятиями находится на низком уровне. Любая новая разработка требует инвестиций с достаточно высокой долей риска, а продукт, получаемый в лабораторных условиях, перед внедрением на производстве должен пройти стадию опытно-промышленной установки.
Отечественные предприятия не готовы инвестировать в такие проекты, и обусловлено это в первую очередь отсутствием политики долгосрочного планирования на разных уровнях управления. Кроме того, внедрение новых технологий всегда связано с рисками и может в корне поменять выстроенную систему производства. Более того, многие научно-исследовательские и опытно-конструкторские разработки не доходят до потенциального потребителя. В виде патентов, полезных моделей и других зарегистрированных результатов интеллектуальной деятельности они пылятся на полках вузов и НИИ.
Вызывает вопросы существующая в Минпромторге России система отбора тематики работ для выдвижения их на конкурс, а также конкурсная документация, которая содержит критерии оценки результатов конкурса. Среди критериев фигурируют срок выполнения и объем финансирования работы. Сократив срок выполнения работы и объем финансирования, конкурс может выиграть любая организация, в том числе не имеющая отношения к ЛПК.
К сожалению, можно констатировать, что в отечественном леспроме остались НИИ лишь лесного хозяйства и полностью разрушена научно-исследовательская наука лесопромышленных отраслей. Прекратили существование все 30 научно-исследовательских институтов, в их числе Центральный научно-исследовательский институт механизации и энергетики лесной промышленности – ЦНИИМЭ с его филиалами, общей численностью более 8 000 человек; зональные институты лесной промышленности: КарНИИЛП, СевНИИЛП, КирНИИЛП, КомиГипроНИИлеспром.
Упразднены Центральный научно-исследовательский институт механической обработки древесины – ЦНИИМОД (г. Архангельск) и Центральный научно-исследовательский институт лесной химии – ЦНИИЛХИ (г. Нижний Новгород), почти все институты целлюлозно-бумажной промышленности. Во многих университетах центры и лаборатории, а также иные научные подразделения, занимающиеся исследованиями в области технического и технологического обеспечения лесопромышленных предприятий, были закрыты или объединены с другими факультетами. На сегодня специалистов для целлюлозно-бумажной промышленности выпускают лишь 7 вузов, а ранее их было около 20.
Вместе с наукой и опытно-конструкторскими разработками исчезает и отраслевое машиностроение, поскольку оно в основном создавалось в НИИ. В этой связи необходимо принятие безотлагательных мер по восстановлению науки и ее научно-экспериментальной базы, по подготовке в отраслевых вузах квалифицированных кадров, готовых работать в научно-исследовательских организациях.
Разработки есть – поддержки нет
В России имеются предприятия, которые делают конкурентоспособное оборудование и оснастку для отечественных целлюлозно-бумажных компаний, превышающие по качеству зарубежные аналоги, по стоимости же значительно ниже их.
Например, в компании «ТОРИН», расположенной в Архангельской области, сконструировали и производят аппараты паровой очистки. Удачная конструкция аппаратов позволила эффективно заменить импортное оборудование в области паровой очистки котлов СРК, что принесло экономию для ряда российских целлюлозно-бумажных предприятий в размере нескольких сотен миллионов рублей. Однако, попытка получить господдержку для развития импортозамещающего производства не увенчалась успехом.
Уполномоченным органам государства следует оказать содействие созданию проектных и инжиниринговых организаций, подготовке соответствующих инженерных кадров в лесопромышленном комплексе. Помимо этого, высокий курс ключевой ставки ЦБ значительно повышает стоимость кредитов для промышленных предприятий, поэтому следует разработать эффективные меры по льготному кредитованию продаж оборудования и машин отечественного производства.
Вместе с тем должно быть встречное движение со стороны государства и бизнеса. В целлюлозно-бумажных компаниях работает множество талантливых инженеров и рационализаторов, которые успешно внедряют в практику свои инновационные разработки, в том числе по изготовлению новых видов продукции.
Этот опыт следует всесторонне поддерживать, консолидировать технические и технологические новшества в рамках единого отраслевого инновационно-инжинирингового центра, что позволит руководству предприятий смелее искать новые технические решения, привнести новый технологический уклад в целлюлозно-бумажную отрасль.
Статья опубликована в журнале «ЛПК Сибири» №1 / 2025