Кофейный Боб

Боб выглянул в окно: опять похолодало, прохожих совсем нет, да и подморозило с утра. Придет ли старушка с ее смешной собачкой? Время подходило к половине девятого, как раз пора им уже появиться. Его часы на руке тихо квакнули. Точно по расписанию две семенящие фигурки вынырнули из- за поворота. В кофейню ворвались струйки морозного воздуха, уютно звякнул колокольчик, привычно и сварливо ему ответила собачка, все как всегда, день начинался как обычно. Рассеянно улыбнувшись, посетительница прошествовала к своему любимому столику у окна, песик растянулся, блаженно щурясь и грея лапки. Боб, не дожидаясь заказа, запустил агрегат, который втайне от всех звал Генрихом, и под тихое гудение кофемашины опять потекли мысли об Ивке. Сестра, пропавшая в странствиях по заграницам много лет назад, с которой он поссорился пустячно, из-за разбитой любимой кофейной чашечки. Потом ссора переросла в глухую холодную неприязнь, из нее оба уже не смогли выбраться, а отъезд Ивы, внезапный и суматошный, прервал их связь окончательно.
Появление два месяца назад старушенции со своей чихуашкой всколыхнуло затаенную грусть о пропавшей сестре. Разрез насмешливых глаз, свободный поворот головы, какие-то мелочи, вроде угловато вздернутых плеч новой посетительницы до боли напоминали почти забытую Иву. Как будто вместе с злополучными осколками той чашки Боб вымел из жизни все тепло сестринского участия и дружеской близости. Генрих, солидно поурчав, элегантно крякнул и затих. Глазастая чихуа подняла голову, зевнула, почесавшись за ухом. Боб аккуратно вывел на поверхности капучино веточку ивы и с поклоном поднес даме заказ. Привычно кивнув ему в ответ, посетительница уставилась в окно и замерла . По негласной договоренности они почти не общались, но Боб, каждый раз принося капучино гостье, старался украсить ароматный напиток каким-нибудь изысканным рисунком, - цветком, ажурной веточкой, летящей птицей, а когда было задорное настроение, он с удовольствием выводил милую косточку, подмигивая собаченции.
Внезапно дверь с шумом распахнулась, и внутри кофейного безмолвия завертелся маленький блестящий вихрь, будто кудесник тронул тибетскую чашу, и она запела, мягко отсвечивая круглыми боками, тонко и продолжительно наполняя пространство волшебством.
- Иветта Арнольдовна, как я рада вас видеть! - девушка подскочила к пожилой леди, наклонилась к самому ее лицу, почти касаясь губами сморщенной щеки и защебетала без остановки:
- Как вы поживаете? Узнали меня? Я проходила у вас практику в 2010, курс умников, как вы нас называли!
- Конечно , я вас всех отлично помню, знайки-всезнайки, -улыбалась собеседница, - где ты, что ты?
Они перешли на пониженные секретные тона и зашушукались заговорщицки. А Боб, как пораженный молнией, стоял, машинально натирая салфеткой стойку: Иветта! Не может быть! Такое редкое имя он ни у кого больше не встречал, только у сестры, да и она не любила его, звалась всегда Ивой, а брата с легкостью переименовала из Бориса в Боба, за его кофейные изыски. И вот оказалось, что она не единственная Иветта на свете! Недаром примагнитило к этой несуразной старушенции, мистика...
Говорливой девушки уже давно и след простыл, дама с собачкой, отсидев положенные минуты, неторопливо направились к выходу. Проходя мимо, ( а Боб заготовил стандартную дежурную улыбку), бабулька вдруг быстро глянула на него пронзительным ивкиным глазом и уверенно произнесла:
- Вернется, она обязательно вернется!
Колокольчик вздохнул, часы на руке тихо квакнули, тонко пахло свежесмолотым генриховым кофе.