Повесть о незнакомце.

Меня зовут Алексей. Всю жизнь, как себя помню, был общительный и дружелюбный. Друзей у меня было много, честно, даже слишком. Каждую минуту я думал, как приятно провести время с кем то. Думал о вписках, посиделках и тусах. Я жил и наслаждался своей жизнью. С 14 до 17 лет я каждую неделю хоть где-то "зависал". Если сказанное моей мамой правда, а именно "Почки могут за жизнь провести 100 литров чистого спирта", то 60% весёлый жизни я уже пропил. Бессонные ночи, бирпонг, громкий музон и пропущенные звонки от мамы. Мы жили, как мы хотели и это было классно . Но жизнь неудачно вошла в резкий поворот и случился этот пиздец с коронавирусом. Понятное дело я не тусил. Мне было до боли скучно сидеть дома, конференции в зуме не спасали. Всё время, что у меня появилось из-за отсутствия вписок, я замещал на сериалы. Нетфликс стал моим лучшим другом, и хоть как то заменил мою весёлую жизнь. Я видел её там и мне становилось легче вспоминая последние три года жизни. Но всё стало ещё хуже к началу Мая, когда у меня проявились проблемы со сном. Что бы заснуть мне требовалось 3 часа лежать в кровати. Я лежал и перебирал последнюю серию "Ривердейла".Он любит её, она нет, но кто то убил их знакомого и они теперь любят друг друга. И так пока не доходил до первой серии первого сезона. Да, ко мне пришла бессоница. Она постучалась в окно, и без объявления войны испортила мне жизнь. Я хотел спать, но абсолютно не мог заснуть. Мускулы лица не хотели расслабляться и засыпал я, когда скулам надоедало бороться с мозгом. Однажды, я не смог заснуть до рассвета.Я решил что-то сделать. Не без смеха я заметил, что это первый раз в моей жизни, когда я чем то недоволен. Я отправил всем друзьям снап о моей проблеме и ненароком рассказал бабуле, и последняя разрешила мне попробовать остаться на её даче. На даче она не живёт, и для неё иметь там жильца даже выгодно. Так что я согласился, ведь надежда на нормальный цикл сна была готова тронуться в пропасть. До посёлка Межциемс я доехал на электричке. Моя хата ожидала меня в самом его центре. Посёлок был не то что унылым, но явно сероватым. Дойдя до дачи я вспомнил те дни, когда я собирал здесь клубнику летом, а яблоки осенью. Сегодня на месте грядки не растёт даже трава. Одна сныть  на все 1200 м2 участка. Явно мешает сорникам оккупировать территорию кирпичный дом. Жилище снаружи выглядело неплохо. Хоть старые, не пакетные окна и голые кирпичи портили впечатление. Внутри серые стены заполняли всё вокруг. Ты терялся в этой сероте и становился ею. Я осмотрелся. В гостиной стоял старый проигрыватель "Аудио Техника". Не было никаких интересных пластинок. В основном Высоцкий. Никогда не понимал, почему его слушают. Нашёл единственную пластинку биттлз, и надел её на проигрыватель. Тот в свою очередь завыл мелодией. Послушав альбом я двинулся дальше по дому и нашёл фотоаппарат "Зенит". Помню, заумный друг рассказывал о том, как он любит фоткать с советских фотоаппаратов. Я проверил рабочий ли он, и оказалось, что в нём стоит совершенно новая плёнка. В правом углу индикатор показывал 1. Решив пойти вечером на прогулку, что бы пофоткать, я съел Ролтон, вышел из дома и направился в дюны. Там, около 80 метрах от моря, стоял мужчина лет так 30. Выглядел он уверенно, борода, густые, длинные волосы и глубокий взгляд наводили впечатление порядочного человека. На груди сверкая висел "peace" символ.
— Здравствуйте, давно фотографируете? — спросил мужчина.
— Да нет, сегодня нашёл — сказал я, потряхивая Зенитом, — буду учиться.
— Не нужна ли вам помощь в настройке?
— А его надо настраивать?
Мужчина улыбнулся.
— Конечно. Вот к примеру, если собираетесь солнце фоткать, надо поставить цифры на объективе на 11, а то и 16. Поменяйте и посмотрите сами.
Я поднёс фотоаппарат к глазу, направив на деревья, и покрутил объектив. Яркость картинки значительно менялась.
— Ого. Я наверное всегда буду фоткать на двойке.
— Лучше не надо, фотографии будут слишком засвеченны, и вы просто потратите плёнку.
Я не знал, что сказать, поэтому выпалил, что на автопилоте
— Потратить пару кадров, на опыт работы с засветом, наверное, поучительно.
Мужчина не перестал улыбаться, поднимая коньчики губ выше и выше.
— Ну если вы относитесь к фотоаппарату, как к чему, что надо постичь, познать, то самую малость да, но если вы просто засветите пару кадров от своей лени, то ну... Сами понимаете вы, потеряете драгоценные кадры. Знаете, фотоаппарат чем то похож на жизнь. Вы можете "засветить" пару кадры своей жизни алкоголем, тусовками, наркотиками и всем вместе взятым, но чем больше этих кадров тем меньше вы будете познавать и больше засвет будет становиться вашем стилем.
Я не совсем понял о чем он и решил перевести тему.
—Интересно, глубоко мыслите. А что вы вообще тут делаете?
— Наблюдаю за людьми. Очень занимательно. Конечно, встречаешь много осуждающих взглядов. Непонятно что именно они осуждают. То, что ты стоишь и смотришь, или то, что ты стоишь один.
Какой-то странный человек
— Скорее всего и то и то. Никак не пойму зачем вам это. Стоите тут как маньяк, и вам не скучно одному так наблюдать?
— Ни капельки. Один великий режиссер сказал "Если человеку скучно в одиночестве, то я вижу, что он болен". Вот ты смотришь на людей, и такие мысли в голову лезут, что грех... —он замялся — что потом объяснимо, почему Диоген жил в бочке.
Мужчина начинал изводить меня своими умностями, я терял суть.
—Ладно, и почему же объяснимо?
— Он смотрел на людей, как орнитологи на птиц и видел все их проблемы и недостатки.
—И какие же проблемы?
— Я считаю, что у общества нет изъянов, если не считать, что общество это проблема.
Тут меня охватил гнев, он засел внутри и становился всё больше и больше.
— Как это общество проблема? Если общество проблема, возможно это вы тут это... Изъянный?
Я не знал, что значит изъян, и надеялся, что он тоже.
— Вы сами это поймёте, надо начать про... бовать искусство. И вы поймёте одиночество и всё, что я сказал. А теперь, вы мешаете мне наблюдать. Думаю это тот самый момент, когда вы должны пойти домой, ведь вы только, что пропустили закат — совершенно спокойно ответил мужчина
Да, закат я пропустил.
— Без проблем, даже с удовольствием. Не буду мешать заниматься вам важным делом — язвительно закончил я.
Уже уходя, более спокойно я крикнул ему.
— А как вас зовут?
— Мартин Траут.
Моего имени он не спросил.
Я побрёл домой и там растопил печку. Будучи параноиком в третей степени я не мог заснуть. Я будто бы ощущал чьё то присутствие, но открывал глаза и не видел никого. Всё же, где-то после двух, когда небо начало смешивать чёрный с синим в своей палитре, чувство страха сменило чувство внутреннего разрыва. Я будто бы был шарик, и в меня накачивали воздух. Я становился всё больше и больше. Внутренние колосья хлестали органы, кишечник, лёгкие и почки. Чувство было невыносимое, я вспотел и уже казалось я действительно могу так умереть. Стены сжимали меня снаружи, пока я надувался.

Яркое солнечное утро святило мне прямо в лицо. То, что лопнуло оставило за собой внутренние порезы и освободило место для чего-то. Но чего я понять не мог, поэтому место заполнилось вакуумом. Я проснулся и умылся. Стены засверкали, и будто бы расширялись, тоже самое я бы сказал про мой разум. Ненависть к Мартину унесло ветром и я попробовал вспомнить разговор, и понять почему я так злился. Нормального ответа я не нашёл. Да, он был заумный, но не было похоже, что бы Мартин желал мне зла, он улыбался и сиял так же, как и этот значок "peace". В принципе он говорил вещи, которые я не понимаю, и поэтому я злился. Какой же я дебил. И зачем я так?
Решил написать ему в Фейсбуке и извиниться. Не нашёл ни одного человека с таким именем. Закончив завтрак, я направился в гостиную, и обнаружил на стопке пластинок "Love Supreme", что было странно ведь бабушка была ярой коммунисткой, и ни как не могла заполучить пластинку произведённую в 1965-ом году. Мне было жутко интересно, что это и я поставил её на проигрыватель. Первая композиция, которая заиграла, "pt.1 - Acknowledgement", затянула меня своей мелодией, высокой и эпохальной. Так же я упрекал себя за не знание слова acknowledgement. Меня увлекло в пластинку, голос инструмента носил меня по той, пустоте, что была внутри и отдавался там эхом.
Я чувствовал себя жалко и ничтожно, все мои комплексы и страхи вылезли сквозь поры.Я никто, я пустышка. У меня не было отца, и маме всю жизнь было насрать, и я решил как можно дольше о ней не вспоминать. Будучи погружен в данные мысли, я поставил пластинку на повтор. Размышления мне были противны и я решил отвлечься и подобрал с полки книгу Достоевского "Идиот". Книга немного заглушила мои мысли и я повторял паттерн из пластинки, книги и еды до вечера. Когда дело подошло к закату я решил пойти пофоткать.  Я набросил пальто и вышел на улицу. На меня нахлынули мысли, и я держался из-за всех сил. Люди смотрели на меня как то странно, но мне было всё равно, я сфокусировался на мыслях и старался о них не думать. Скорее всего причиной удивления прохожих было то, что я набросил пальто на майку. Позже я вернулся домой так и не сфоткав закат. Уже там вспомнил, что не трогал телефон с самого утра. Я подбежал к тумбочке и взял полностью заряженный телефон там было 86 непрочитанных сообщений из 8 чатов. На сообщения из чатов я решил не реагировать, но 3 человека удосужились написать мне. Первым я ответил самому интересному сообщению. Одна очень красивая девушка, которую встретил на вписке, одна из многих, спросила как я там с бессоницей. Не вдаваясь в подробности она мне симпатизировала, но я не об этом. Я начал набирать длинное сообщение, где я расписал всё как есть, и мило продолжил беседу. Прочитав сообщение ещё раз моё сердце сжалось оставив пустоте ещё больше место. Зачем же это? Разве мне это надо? Я почуствовал полное отсутствие желания ей написать. На меня свалилось чувство бессмысленности и абсурдности. Я не выдержал под весом этих двух слонов, и написал "уже лучше.". Даже не спросил "как дела?". Всем остальным без душевных мук я ответил примерно то же самое.

Ночью мне было холодно. Одеяло не могло спасти от холодных частиц воздуха. Бессоница не собиралась отходить от меня до самого утра, и я решил пойти погулять. Было 4:30, как я вышел на улицу, не взяв пальто. Я начал трястись от отсутствия внутренней печки. Она исчезла оставив меня наедине с утренней расой, и хододным, как железная рукоять, разумом, 3 фунтами собачьего корма. То место, где я жёг своии плёнки памяти испарилось. Я шёл по обочине, зная, что ни одна машина не проедет по дороге. Солнце справа, море впереди. Я дошёл до дюн.

Алексей остановился посреди полосы, которая защищает посёлок от свирепого Балтийского ветра. Он смотрел по сторонам своим нелепым и невежественным взором.
Он не знал, что дальше и пытался найти ответ у деревьев, что так хорошо спсобны выжержать невзгоды моря, и не пропустить их дальше. Как по команде Ели спросили свои плоды. Алексей стоял спиной к морю и даже не дёрнулся от упавшей на него шишки. Время замедлилось и шишки не падали, а ложились на его плечи.
А он всё стоял и смотрел.
А индикатор всё показывал "1".