Гагаузия выскажет свое требование о независимости в случае объединения Румынии и Молдовы. Интервью с политологом Сергеем Манастырлы (часть 2)

Оригинал на венгерском по ссылке

Возможное объединение Румынии и Молдовы — болезненная тема для молдавского общества, подавляющее большинство населения здесь против объединения с Румынией, — заявил в интервью газете «KRONIKA» Сергей Манастырлы, руководитель кишиневского Центра анализа, исследований и прогнозирования Balkan-Centre. Аналитик также объяснил нашей газете причины, по которым усилия, направленные на налаживание отношений между Секейским краем и автономной Гагаузией, застопорились.

- Вы были пресс-секретарём бывшего башкана Гагаузии Михаила Формузала. Как вы вспоминаете тот период? Как выглядела гагаузская политика десять–пятнадцать лет назад?

Это был бурный период, обозначившийся в Молдове падением Партии коммунистов и приходом к власти Альянса за европейскую интеграцию. Гагаузское руководство активно дискутировало с новыми политиками, пришедшими к власти. В том числе, обсуждалось и разграничение полномочий Гагаузии и Республиканского центра, и привлечение в Гагаузию европейских инвестиций, проектов, грантов, и выстраивание нового формата диалога между Комратом и Кишиневом.

Ранее, при правлении Партии коммунистов и при президенте Воронине автономия Гагаузии оставалась довольно формальной. Центральные власти открыто вмешивались во внутренние вопросы автономии, организовали в Гагаузии переворот и назначение лояльного Кишиневу башкана Георгия Табунщика. Позже, с победой оппозиционного Михаила Формузала на выборах главы Гагаузии, между автономией и Центром были очень сложные, проблемные отношения.

Смена власти в республиканском центре вызвала надежду, что с новыми, молодыми и амбициозными молдавскими политиками удастся выстроить диалог на базе взаимного уважения. К сожалению, довольно скоро Альянс за евроинтеграцию увяз в интригах, коррупционных скандалах, мрачной истории с «кражей миллиарда» и взаимной публикацией компромата. Затем власть в Республике Молдова оказалась, фактически, в руках одного человека – Влада Плахотнюка, который демонстрировал утилитарный подход к гагаузскому вопросу. Например, вместо участия в выборах - подкупить победивших на выборах депутатов Народного собрания Гагаузии и объявить их членами своей партии. Это было эффективно, даже эффектно, но проблематику гагаузско-молдавских отношений не решало никак.

- В прошлом году против башкана Гагаузии Евгении Гуцул было возбуждено уголовное дело, после чего она ушла в отставку. В настоящее время её место занимает Илья Узун в качестве исполняющего обязанности руководителя. Со стороны гагаузов звучали обвинения, согласно которым Кишинёв устранил с должности неудобного башкана. Каково ваше мнение по этому поводу?

Особенность ситуации с Гуцул состоит в том, что обвинения, которые ей предъявили, по которым её закрыли в тюрьму, Кишинев мог предъявить гораздо раньше, но не делал этого. По этим же обвинениям молдавские власти могли не допустить её участия в выборах на пост башкана в 2023. Они могли добиться аннулирования её победы – предоставив ЦИК и суду доказательства нарушений. Однако, по всей видимости, в тот момент в Кишиневе решили, что такой башкан как Евгения Гуцул для них выгоден и удобен. Либо имело место некое соглашение, неизвестное широкой общественности.

Это всё молдавские власти использовали затем, чтобы заблокировать доступ башкану Гагаузии к заседаниям правительства, на что он имеет право по закону. В целом, используя ситуацию с Евгенией Гуцул, правительство PAS устроило показательное наказание целого региона – Гагаузской автономии – и целого гагаузского народа. Это довольно иезуитски. Вероятно, доказательства её вины носят предметный характер, однако только слепой не увидит, что правление Речан-Санду манипулировало следствием и судебным процессом в политических целях.

Гуцул до сих пор остается башканом Гагаузии, она не ушла в отставку. И это уникальная ситуация, впервые глава Гагаузской автономии закрыт в тюрьме по явно политическому процессу. В это же время глава Народного собрания, парламента Гагаузии, Дмитрий Константинов приговорен к тюрьме и сбежал из страны. А попытки гагаузских властей инициировать новые выборы в Народное собрание Кишинев блокирует через суд.

Таким образом, в Гагаузии сложилась ситуация искусственного паралича всех ветвей власти автономии при полном контроле со стороны представителей центрального правительства. Нет необходимости указывать пальцем на тех, кому это явно выгодно.

- Как вы видите возможность возможного объединения Республики Молдова и Румынии? Какие последствия может иметь такой сценарий для жизни автономии?

Действительно, в последнее время довольно часто звучат заявления о гипотетической возможности объединения Республики Молдова и Румынии. То есть, о фактическом отказе Молдовы от суверенитета, независимости и самостоятельности и превращении в один или несколько уездов Румынии.

Что вызывает настороженность и опасение, так это то, что эти заявления об унире звучат не от третьесортных политиков или кучки митингующих на улице. Об унире и, соответственно, ликвидации Молдовы, в положительном ключе говорит президент Молдовы, премьер-министр, депутаты парламента и министры от правящей партии PAS. Одни и те же люди вытирают ноги об молдавский суверенитет и требуют от третьих сторон, например, от той же России или Турции, его уважать. Вот такая странная геополитическая шизофрения бессарабских румын.

Заявления Майи Санду, Александру Мунтяну и других об унире не учитывают, что население Молдовы не является гомогенным. Румыны в Молдове – этническое меньшинство, а большинство населения составляют этнические молдаване. Кроме них в стране проживают также украинцы, которые, наверно, хотели бы унири с Украиной. Русские, которые в этом случае имеют право выступать за объединение с Россией. Как насчет жителей Приднестровья, голосовавших на своем, непризнанном референдуме-2006, за вступление в Россию? Как насчет жителей Гагаузии, на референдуме-2014 голосовавших за свою независимость в случае унири Молдовы с Румынией? В нашей стране также живут тысячи евреев, для многих из которых вопрос присоединения к Румынии отзывается кровавой травмой из не такого уж и далекого прошлого.

Разговоры об унире – больная тема для молдавского общества. Неслучайно они возникают всякий раз, когда молдавским властям надо отвлечь внимание общественности от каких-то серьезных проблем. Например, незаконный трафик трофейного оружия с украинских полей сражений через территорию Молдовы в Румынию и Евросоюз. Или резкий рост коммунальных платежей, провоцирующий общественное недовольство. Поэтому дело никогда не доходит до реального референдума – по всем опросам подавляющее большинство жителей Молдовы против унири с Румынией. Но, может по призыву Майи Санду живущая в Европе молдавско-румынская диаспора проголосует за?

Молдавские политики не утруждают себя оценкой, зачем эта униря Румынии и во сколько она Румынии обойдется. Я видел расчеты, сколько в случае унири придется потратить из румынского бюджета на приведение молдавской инфраструктуры, государственного сектора и социальной системы в соответствие с нормами Румынии. Речь идет о сотнях миллиардов евро. Возможно, о полу-триллионе или целом триллионе евро. Граждане Румынии действительно настолько богаты, что могут себе позволить выложить эти деньги ради удовлетворения эго узкой группы озабоченных лиц?

В нынешних условиях реалистичным выглядит только один сценарий унири. Давайте смоделируем. В случае прорыва российских войск к Одессе молдавские власти могут попросить Бухарест ввести войска на территорию Молдовы «для обеспечения безопасности» и подавления недовольства в Гагаузии и других регионах страны. Тогда униря произойдет как бы сама собой, без консультаций с населением, без заведомо проигрышного референдума и без Приднестровья. По предварительной оценке, Румыния может выделить для этой операции по фактической «оккупации» Молдовы до 50 тысяч военных, 8 тысяч полицейских и жандармов и что-то около 3 тысяч спасателей/пожарных. Что будет дальше? Дальше оппозиционные лидеры из Гагаузии и других регионов объявят о выходе из состава Молдовы либо призовут на помощь российские войска. Дальше будут бои на территории Молдовы, и учитывая нынешние темпы потерь на Украине, румынская группировка «сотрется» примерно за неделю-полторы. Может даже быстрее. НАТО не вмешается из-за опасений ядерного удара со стороны России. Будет много крови, разрушений, смертей, боли и слёз. Будут миллионы беженцев из Молдовы, Украины и пограничных уездов Румынии. Бухаресту действительно всё это нужно?

- В последние десятилетия было несколько попыток установить отношения между Секейским краем и Гагаузией. Где и по каким причинам эти инициативы заблокированы?

Во-первых, я хочу выразить уважение и благодарность нашим венгерским братьям, которые всегда выражали и поддерживали инициативы по установлению отношений между Секейским краем и Гагаузией. Это правильные устремления, которые послужили бы на благо и гагаузам, и венграм.

К сожалению, и в Кишиневе, и в Бухаресте всё еще остаются достаточно влиятельными те силы, которые опасаются излишней самостоятельности что гагаузов, что венгров. Пока влияние этих сил не будет преодолено, невозможно говорить об одобрении из государственных центров, без которых установить полноценное всестороннее сотрудничество даже на уровне регионов невозможно.