вадим тренер для юры.
прозвучал писк в ушах, режущий по ним звук от торможения коньками, прежде чем юра смог открыть глаза. перед ним стоял парень с приподнятой бровью, разглядывая его с каким-то лёгким интересом.
ровно спросил он, протягивая руку.
юра чуть поколебался, но, всё же преодолев смущение, ухватился за руку и поднялся на ноги. ледяная поверхность казалась слишком скользкой и непредсказуемой, ноги дрожали, но он старался стоять ровно.
пробормотал он, чувствуя себя неуклюже.
— первый раз на льду, если честно. друг тут хоккеем занимается… вот занял у него денег на билет, чтобы попробовать.
ответил юра, чувствуя себя каким-то мелким под пристальным взглядом незнакомца.
протянул тот с лёгкой усмешкой.
— знаю такого. двигается неплохо, но..
он сделал паузу, и в его голосе скользнула тень самоуверенности.
— не настолько идеально, как я. но хоккеисты на то и хоккеисты, там все грубовато.
юра слегка удивился этой уверенности, но промолчал, не зная, как ответить. парень, которого, как он позже узнал, звали вадим, усмехнулся и продолжил наблюдать за ним, будто проверяя его реакцию.
— так что, будешь пытаться ещё?
с лёгкой насмешкой спросил он, будто бросая вызов.
ответил исаковский. стараясь казаться уверенным, хотя ледяная поверхность явно была не на его стороне.
немико коротко кивнул, и в его взгляде промелькнуло одобрениеч
спокойно сказал он, указывая коньком на лед.
— наклоняйся чуть больше вперёд, когда разгоняешься. и расслабься, иначе сразу улетишь.
юра внимательно слушал, пытаясь следовать его советам, хотя это давалось с трудом. вадим, наблюдая за его попытками, время от времени подсказывал короткими, сдержанными фразами, которые звучали чуть отстранённо.
потом, немного отступив, немико резко развернулся и оттолкнувшись, плавно и легко заскользил по льду. юра смотрел ему вслед, видя, как тот уверенно и изящно двигался, будто каждый его шаг был идеален, а лед был не преградой, а продолжением его самого. вдруг он заметил, что его коньки выглядели совсем иначе, чем те, что выдали ему на катке. он нахмурился, рассматривая их, и не удержался от вопроса:
— слушай, а почему у нас коньки такие разные?
вадим остановился рядом и усмехнулся.
— у тебя прокатные коньки. они сделаны для устойчивости, чтобы новички не падали каждый раз, как выйдут на лёд. они не такие резкие, и разогнаться в них сложнее.
— а у меня профессиональные, для фигурного катания. такие коньки дают больше контроля и манёвренности, но если не умеешь, на них легко потерять равновесие.
юра кивнул, глядя на свои коньки, потом снова перевёл взгляд на вадима.
— значит, ты прям давно катаешься, да?
вадим кивнул, без особого выражения.
— и что, ты сам научился так двигаться?
парень пытался представить, сколько времени и сил нужно, чтобы обрести такую уверенность на льду. а тот слегка усмехнулся, пожав плечами.
— не совсем. сначала с тренером, потом сам. со временем это становится привычкой.
юра снова посмотрел на его коньки, потом обратно на лёд.
— а мне можно так научиться? ну, хотя бы не падать каждый раз, как пытаюсь проехать.
вадим взглянул на него, будто прикидывая что-то про себя.
ответил он, чуть приподняв уголок губ.
— если не сдашься после пары падений. тут главное — терпение и много практики. а знаешь, могу попробовать начать тренировать тебя, если есть желание.
юра кивнул, чувствуя в себе новый азарт, и вадим, кажется, это заметил. он развернулся, снова плавно оттолкнулся и ушёл по льду, будто даже лёд не был преградой. он не мог отвести взгляда от вадима, когда тот снова плавно скользнул вперёд, показывая очередной элемент. он двигался так, будто лёд был продолжением его самого — лёгкость, уверенность, полное отсутствие напряжения. чёрный костюм обтягивал фигуру немико, подчёркивая каждое движение, каждую линию. от плеч до кончиков пальцев. на льду он выглядел почти как тень, стремительная и точная.
когда вадим слегка развернулся и, не останавливаясь, одним плавным движением вернулся к юре, его глаза скользнули по лицу ученика, ловя малейшую реакцию. юра молча смотрел на него, не в силах скрывать свое восхищение.
в голосе вадима мелькнула легкая усмешка. а исаковский быстро отвёл взгляд, чуть смущённый тем, что его поймали на этом восторге.
— не представляю, сколько надо тренироваться, чтобы вот так двигаться.
— привыкнешь. хм, дашь мне свой тг, можем позаниматься вместе, если захочешь конечно.