Младший Ёнха
Ещё немного — и он сломал бы Кевину не пальцы, а всё запястье. Чжеюн резко стряхнул его руку, словно прикоснулся к чему-то грязному. Оба явно удивились, но Кевин почти сразу вернул непринуждённую улыбку.
«Щенок... Неужели влюблён в Сон Ёнха?»
Впрочем, женщина она действительно очень привлекательная. Кевин и предполагал, что даже после развода вокруг неё будет полно мужчин.
— Похоже, ты меня узнал? Хотя кто здесь не знает историю нашей пары. Ладно, на этом с представлением закончим. Ёнха, пойдём. Кажется, Лорен тоже уже освободилась.
Кевин снова предложил руку. Лицо Чжеюна мгновенно помрачнело.
— Не надо. А? Лорен уже куда-то уходит.
Ёнха оттолкнула руку Кевина. Тем временем внимание публики, ещё недавно прикованное к ним, начало рассеиваться: объявили начало главной части мероприятия, и гости потянулись внутрь.
— Кевин, передай Лорен, что увидимся на мероприятии бренда. Я уже показалась здесь, так что поеду.
— Здесь весёлая вечеринка после. Останься ещё немного.
Ёнха ответила короткой улыбкой, ясно означавшей отказ. Чжеюн тут же подошёл ближе и, пользуясь участком вне поля зрения камер, провёл ладонью по её спине. Ёнха вздрогнула и резко опустила взгляд в пол — лишь бы не повернуться к нему слишком явно. Она уставилась на анклет на щиколотке и незаметно выровняла дыхание.
Он нарочно произнёс это по-корейски, помахал рукой и исчез в сторону зала. В холле остались только Ёнха, Чжеюн и ещё несколько человек. Не говоря ни слова, девушка развернулась и быстро направилась в сторону закулисной зоны, освещённой только приглушёнными лампами.
Рядом с площадкой начиналась тропинка, ведущая к роскошному отелю, выбранному для размещения гостей. Деревья и клумбы закрывали её от посторонних взглядов, но охрана всё равно стояла через небольшие промежутки.
Ёнха провела ладонью по талии, где только что коснулся Чжеюн. Хотелось хотя бы ненадолго сесть на скамейку и успокоиться, но из-за чужих глаз пришлось отказаться от этой мысли. Она вошла в отель, по пути исправно кивая всем, кто с ней здоровался. У лифта разболелась голова.
«О чём он вообще думал? А если кто-нибудь увидел?»
Что, если их неправильно поняли или уже успели сфотографировать? Чжеюн никогда не делал ничего без причины, и именно поэтому понять его намерение было ещё сложнее.
Из-за плотного графика накануне ей пришлось до глубокой ночи заседать с подразделением «Ритейл». Сразу после встречи она поехала в салон. Даже по прилёте на Чеджудо отдохнуть не получилось: нужно было проводить видеоконференцию с европейской мастерской. И всё же до этого момента Ёнха почти не чувствовала усталости. Может, сказались странное поведение Чжеюна и напряжение между ним и Кевином.
К моменту, когда она вошла в лифт, ноги уже налились тяжестью. Приложив ключ-карту, Ёнха выбрала этаж и отошла в угол, прислонив голову к стене. Двери почти закрылись — и снова разошлись. Вошёл Чжеюн. Она мельком посмотрела на камеру наблюдения, а потом закрыла глаза.
— Карту приложи. На каком ты этаже?
Чжеюн демонстративно нажал кнопку тридцать первого этажа. Кнопка погасла: этот этаж уже был выбран картой Ёнха, но после закрытия дверей лифт не тронулся.
Ёнха медленно открыла глаза. Чжеюн улыбался.
— Я правда на тридцать первом.
Раздался писк ключ-карты. Кнопка «31» загорелась красным.
Ёнха тихо усмехнулась. Она опустила тяжёлую голову и глубоко выдохнула. Тридцать секунд тянулись как три минуты, прежде чем прозвучал сигнал и двери открылись. Сил делать сегодня хоть что-то ещё не осталось — хотелось только быстрее принять душ и лечь спать. Вечеринки ей и без того не нравились, а на такие мероприятия она ходила в основном ради приличия. Обычно терпела — надо значит надо. Но сегодня оказалось особенно тяжело.
— Где твой номер? Почему всё ещё идёшь за мной?
Ёнха посмотрела на него с немым вопросом: тогда зачем идёшь дальше? Чжеюн вытянул шею, проверил коридор и взял её за руку.
Он забрал её ключ-карту вместе с конвертом, посмотрел номер комнаты и приложил карту к замку люкса. Ёнха не стала сопротивляться, когда он подтолкнул её внутрь. Только бы никто не увидел.
— Зачем за руку хватаешь? Это опасно.
Она положила клатч на мини-бар и сняла жакет. Платье без рукавов подчёркивало тонкую талию, а ниже облегало бёдра строгой юбкой-карандаш. Хотя Ёнха сняла всего один предмет одежды, взгляд Чжеюна резко скользнул по её фигуре сверху вниз. Если бы она сняла жакет ещё в зале... Если бы другие увидели её такой... Смог бы он действительно спокойно это вынести? От одного взгляда на её талию жар снова ударил Чжеюну в пах.
Когда Ёнха обернулась, он отвёл глаза и направился в ванную, а она скрестила руки, глядя ему вслед. Вскоре оттуда послышался шум воды — по сильному напору было понятно, что он наполняет ванну. Через некоторое время Чжеюн вернулся.
— Ко Чжеюн, на людях будь осторожнее. Нет, даже когда мы вдвоём.
Вместо ответа он снял пиджак и положил рядом с её жакетом.
Протянутая рука коснулась мочки её уха. Ёнха вздрогнула и оборвала фразу. Она только что начинала злиться, но в такие моменты её раздражение таяло, словно лёд, брошенный в огонь. Оттолкнуть его она так и не смогла.
На лице Чжеюна читалось недовольство, однако пальцы касались её осторожно. Он нащупал застёжку маленькой серьги-кольца и медленно снял украшение с правого уха. Штифт скользнул по коже, Ёнха втянула воздух и схватила его за предплечье. Чжеюн будто не заметил. Погладил второе ухо и снял вторую серьгу.
— Из-за Кевина тебе постоянно приходится терпеть внимание, которое тебе вообще не нужно.
Хотя на деле Ёнха хотелось рухнуть на кровать прямо сейчас.
— Ну да. Наверное, он даже недостаточно важен, чтобы тебя раздражать. Я понял, нуна. На людях буду осторожнее.
Или ей только показалось, что лицо Чжеюна немного смягчилось?
— Иди помойся. Тебе спать надо.
— Ты весь вечер из-за Кевина такой?
Чжеюн достал из холодильника воду и начал пить. Он явно мучился от жажды: маленькую бутылку осушил почти одним глотком. По напряжённой шее скатилась капля воды.
«Да при чём тут Кевин? С чего Чжеюну вообще злиться на него?»
Оставив его позади, Ёнха вошла в ванную. Разделась, быстро ополоснулась и погрузилась в набранную Чжеюном тёплую воду. Тепло расслабило тело, а веки сами закрылись.
Она случайно задремала в ванне, а очнулась гораздо позже. Умылась, накинула гостиничный халат и начала завязывать пояс. Рука вдруг остановилась.
Она вошла сюда сразу и ничего с собой не взяла. Немного поколебавшись, Ёнха приоткрыла дверь ванной. Чжеюна не было видно. Проверив спальню и столовую и убедившись, что он вернулся в свой номер, Ёнха растянулась на диване.
От приятной слабости веки почти сразу стали тяжёлыми.
Чжеюн стоял на террасе, подставляя лицо ночному ветру, опирался на перила и взъерошивал волосы.
От этих слов ломило виски. Вообще-то сейчас он должен был находиться за границей. Организаторы долго уговаривали его прийти, но он уже собирался окончательно отказаться. Всё изменилось, когда в мастерской парень увидел расписание Ёнха. После этого сразу позвонил менеджеру Юн Кёнхо и велел перестроить график: он всё-таки будет на мероприятии.
Стоило войти в зал, как он сразу нашёл Сон Ёнха. Он пробирался сквозь толпу, но приблизиться оказалось непросто: слишком многие держали телефоны, чтобы её снять. Раздражение поднималось всё выше, хотелось погасить в этом зале весь свет. Ревность дошла до того, что Он вообще не хотел, чтобы другие смотрели на Сон Ёнха.
Но сильнее всего бесило другое: бывшие супруги изображали почти голливудскую непринуждённость. Он знал, что всё это спектакль. Но даже понимая это, при виде того, насколько хорошо они смотрятся рядом, Чжеюн сжимал кулаки.
— Ой, похоже, они и правда не из-за ссоры развелись.
— И что? Всё равно развелись. Наверняка уже успели сделать всё, что можно. Эх, завидую Кевину Ли.
— Сон Ёнха? Ну фигура у неё, конечно, безумная. В постели, наверное, огонь.
— Такое чувство, будто звезда здесь она, а не мы.
Чужой разговор заставил Чжеюна остановиться.
«Какого чёрта они вообще обсуждают её тело?»
Он холодно посмотрел на говоривших. Одна из женщин, ещё не заметив его взгляда, продолжила:
— У неё ведь совсем другая аура. Говорят, она знает, какое внимание вызывает, поэтому почти не появляется в прессе. Если всё-таки пришла сюда, может, хочет показать не только ради шоу, что с бывшим мужем у них правда всё нормально?
— Пожалуй. Они оба выглядят так, будто им вообще всё равно. А вдруг слухи правдивые, развод был постановкой, и они вдруг снова сойдутся? Или объявят о ребёнке? Одно время столько таких слухов...
Наконец актриса встретилась с Чжеюном глазами и тут же замолчала. Под его взглядом женщина покраснела. Он обладал той редкой внешностью, которая одинаково выделялась и на Востоке, и на Западе. Из-за тонкой складки века он мог выглядеть то сексуальным, то острым и холодным, а иногда даже неожиданно чистым и невинным.
«Сегодня опять лучший кадр в жизни».
Примерно одна и та же мысль возникала у всех, кто замечал его рядом. Раздражавшие голоса наконец стихли. Чжеюн безразлично отвернулся.
«Сойтись снова? Ну конечно. Отлично, именно этого мне не хватало».