Новелла «Сломленный нефрит», том 2, глава 35
С тех пор прошла неделя, Киун больше не позволял себе вспышек агрессии. Они обсудили всё в тот же день, и с тех пор эта тема больше не всплывала. Хёну честно высказал своё недовольство, а Киун, удивив его, без колебаний извинился за свою вспыльчивость.
Он стал внимательнее и заботливее. По утрам после неторопливого завтрака он отвозил Хёну на учёбу, а вечером неизменно встречал, забирая с изнурительных тренировок и приглашая на ужин в тихий, уютный ресторан. Так проходили их дни.
В ночные часы, когда квартира погружалась в тишину, Хёну оставался за письменным столом, уставший, но упрямо сосредоточенный. Киун доверил ему перепечатку документов, и это было не просто поручение. Это было обязательство. Долг.
— Признаётся исполненным надлежащим образом при условии…
Тихо произнёс он, пальцы ритмично стучали по клавиатуре, воспроизводя сухие строчки официальных формулировок. Ещё раз пробежав глазами по написанному, он нашёл мелкую ошибку и исправил её, прежде чем перейти к следующему предложению.
Глаза жгло от напряжения. Он моргнул, пытаясь разогнать туман в голове, но буквы начали расплываться. Потянувшись, он выпрямил спину, сжал пальцы, разминая кисти, а затем опустил руки на стол и положил на них голову. Всего на минутку. Совсем ненадолго.
Тёплая ладонь коснулась его плеча. Хёну вздрогнул, сердце болезненно ударило о рёбра.
Киун хохотнул, голос прозвучал мягко.
Хёну провёл рукой по лицу, пытаясь прийти в себя.
— Кажется, я заснул прямо здесь.
Его взгляд упал на экран: в файле бесконечно повторялась одна и та же буква. Он нахмурился, поспешно удаляя лишнее.
Киун склонился к нему, заглядывая через плечо.
— А, нет…это те документы, что вы мне дали.
Желваки на скулах Киуна напряжённо задвигались, а пальцы нервно потёрли переносицу. Затем, без тени эмоций, он спокойно взял стопку бумаг, которые сам же передал Хёну, и, даже не удостоив их взгляда, бросил в мусорную корзину.
Хёну смотрел на него, не веря своим глазам.
Он вскочил, кровь шумела в ушах. В голове роилось слишком много мыслей, но ни одна из них не могла сложиться в связное предложение.
Киун, заметив его замешательство, поспешил добавить.
— Ты проделал большую работу. Спасибо тебе, правда.
— Но так нельзя, господин Хван.
— Я не хочу, чтобы наши отношения как-то влияли на долг. Я хочу честно выполнить то, что должен.
Киун тяжело вздохнул и покачал головой.
Он взял его за руку, чуть сжал пальцы.
Хёну не стал спрашивать, куда они идут. Если Киун говорил идти, то он шёл.
Киун захватил по пути куртки, и вскоре они оказались на подземной парковке. Не в той её части, где обычно стояла машина, а глубже — туда, куда Хёну ещё ни разу не заходил.
Ровным строем перед ними стояли мотоциклы — блестящие, вылизанные до идеала, разных марок и габаритов.
Сказал Киун просто, без хвастовства.
Хёну ошеломлённо посмотрел на Киуна, затем снова перевёл взгляд на мотоциклы, внимательно изучая их, в попытке найти тот самый, с которым столкнулся в аварии.
Целый. Невредимый. Без единой царапины.
— Считай, мы в расчёте. Ремонт вышел дешевле, чем изначально озвучили.
Хёну предпочёл поверить в эту версию — так было проще. В конце концов, он почти закончил задание, добросовестно справившись с его основной частью.
— Нет, Хани. Мотосезон закончен, на дорогах небезопасно.
Он шагнул ближе и провёл рукой по одной из чёрных сидушек, словно проверяя, всё ли в порядке.
— Но если хочешь прокатиться, можем сделать это на машине.
Так они оказались в спорткаре.
Улицы города вытягивались в бесконечную дорожную нить, а огни фонарей, вспыхивая, дрожали на зеркальной поверхности капота. Киун вёл машину плавно и уверенно, а Хёну, к собственному удивлению, не испытывал страха. Даже несмотря на то, что когда-то Киун сбил его, он не ощущал паники. Казалось, что всё нормально — просто двое людей в одной машине, обычная пара, решившая прокатиться по ночному Сеулу.
Но стоило им выбраться за пределы города, как всё изменилось.
Когда перед ними раскинулась безупречно ровная шестиполосная трасса, Киун резко надавил на газ. Мотор взревел, и машина рванула вперёд.
Непроизвольно выдохнул Хёну, вжавшись в сиденье.
Спорткар с лёгкостью пронёсся мимо других машин, оставив их позади, словно неподвижные силуэты. Свет фонарей размывался в сплошную световую ленту, а дорога исчезала под колёсами так стремительно, что невозможно было за ней уследить. В ушах стоял гул, сердце сжалось.
Хёну крепко зажмурился. Всё тело напряглось, плечи поднялись к ушам, пальцы вцепились в обивку по бокам от сидения так сильно, что побелели костяшки.
«Неужели ему совсем не страшно? Как можно так ездить? У него отсутствует инстинкт самосохранения?»
Когда он наконец осмелился открыть глаза, то увидел, как мир вокруг стремительно проносился мимо, смазываясь в хаотичный вихрь. Голова закружилась, а в груди сдавило так сильно, что на мгновение показалось — ещё немного, и он разрыдается от ужаса.
Но внезапно машина замедлилась.
Киун плавно свернул к обочине и остановился.
Это была объездная дорога, возвышающаяся над ночным Сеулом. Место, где они остановились, напоминало смотровую площадку. Внизу простирался огромный мегаполис.
Хёну с трудом перевёл дыхание.
С удивлением спросил Киун, склонившись к нему и легко коснувшись пальцами его щёки.
Хёну слабо кивнул, всё ещё ощущая дрожь в теле.
— Очень испугался, господин Хван!
— Нужно было сказать. Если тебе так страшно, давай обратно поедем помедленнее.
Предложил он примирительно. Хёну посмотрел на него с недоверием.
Киун пожал плечами, как будто ему было совершенно всё равно.
Хёну не знал, что сказать. Он всерьёз подумал, что Киун просто издевался над ним, и предпочёл промолчать.
Вместо этого он перевёл взгляд на город. Отсюда, с высоты, он казался живым организмом — вечно движущимся.
Он открыл дверь машины и вышел.
Прохладный ветер коснулся лица и растрепал волосы. Хёну подошёл ближе к ограждению, осторожно опершись на него руками, и застыл, любуясь панорамой.
Киун бесшумно подошёл сзади и обнял его, крепко сомкнув руки на талии. Тёплое дыхание коснулось кожи, когда он слегка склонился, уткнувшись подбородком в его макушку.
Прошептал Хёну, внезапно ощущая, как внутри разливается тёплое, щекочущее чувство. Всё происходящее походило на настоящее свидание, и одна лишь мысль об этом окутывала приятным волнением.
— Вам нравится, господин Хван?
Киун ловко развернул его лицом к себе. Хёну вздрогнул, но послушно встретился с его взглядом.
— Хани, может, будешь называть меня «адвокат Хван»?
Предложил тот, изучая выражение его лица.
Хёну моргнул несколько раз, обдумывая сказанное, а затем, свыкнувшись с мыслью, повторил:
Киун тяжело, обречённо вздохнул, словно окончательно разуверился в этом мире.
— Да я шучу, сладкий. Просто… не слишком ли это официально, м? Я же не зову тебя «господин Со».
— Ну и что? Мы же теперь пара. Называй меня по имени.
В глазах того мелькнуло одобрение.
В награду он нежно коснулся губами его лба, затем медленно спустился к переносице, виску, щеке, оставляя мягкие, едва ощутимые поцелуи. И, наконец, их губы сомкнулись — не требовательно, не жадно, а томительно-ласково.
— Может, мне называть тебя «мой дорогой»?
Вдруг с игривой улыбкой произнёс Хёну, приподняв брови.
Киун на мгновение застыл, глядя на него с непроницаемым выражением лица. Было сложно понять, что он сейчас испытывал, но в следующее мгновение он резко притянул Хёну к себе, его пальцы скользнули по затылку, зарываясь в мягкие пряди, и их губы снова встретились. Но теперь поцелуй был иным — жадным, глубоким, обжигающим. Киун впился в его губы, настойчиво вторгаясь языком внутрь рта.
Вдруг одна из его рук Киуна без стеснения легла на пах Хёну. Пальцы чуть сжались, помяв ткань брюк, Хёну вздрогнул, тут же остановив его движение.
Выдохнул он, быстро отстранившись.
Его щёки раскраснелись, он неловко огляделся по сторонам.
— Тут машины ездят…вдруг нас кто-то заснимет? Мы же в общественном месте.
Протянул он, вновь притянув его к себе.
Он медленно наклонился к его уху и, прежде чем Хёну успел что-то сказать, провёл кончиком языка по чувствительной мочке.
— Если кто-то попытается распространить фото, засужу…
Выдохнул он, а затем внезапно прикусил его ухо.
Хёну вскрикнул, инстинктивно сжав плечи.
— А если для личного пользования, хм…
Продолжил Киун, положив палец ему на губы и медленно очертив контур.
— Будь у меня такое фото с тобой, сладкий…я на него обязательно подрочил бы.
Слова Киуна вызвали у Хёну волну мурашек, прокатившихся по спине. Между ягодиц стало липко.
— Киун…пожалуйста, поехали домой…
Пролепетал он, прижимая ладони к его груди, пытаясь оттолкнуть от себя. Киун склонил голову, глядя на него снизу вверх.
Повторил он, положив руки на его ягодицы и грубо сжав их.
— И что ты хочешь, чтобы я сделал дома?
Кожа Хёну горела под его пальцами, от феромонов Киуна его член напрягся.
Бросил он, после чего быстро развернулся и буквально сбежал обратно в машину.
Киун не сразу двинулся с места, с лёгкой ухмылкой провожая его взглядом, а потом неспешно пошёл следом, зная, что самое интересное только начиналось.
Пальцы Киуна ловко справились с пуговицей брюк, ещё одно движение — молния поползла вниз, обнажив гладкую кожу под тканью. Хёну неосознанно толкнулся навстречу его ладони.
— Отнекиваешься, но сам же меня соблазняешь. Играешь в недотрогу, м?
Хёну отрицательно замотал головой, дыхание сбилось.
— Я не хочу…не в машине…дома будет лучше…
Киун, зарывшись носом в рыжие пряди волос, сдвинул ткань брюк вместе с трусами вниз.
— Сделаем это и в машине, и дома.
Произнёс он, не намереваясь останавливаться.
Мимо пронёсся автомобиль, его свет на мгновение ослепил салон, и Хёну рефлекторно уткнулся лицом в плечо Киуна, стараясь спрятаться.
Голос Киуна звучал низко, вкрадчиво, пропитанный притяжением, которому невозможно было противиться.
Сначала головка легко погрузилась в дырочку, а потом и весь член альфы, почти до упора.
— Видишь, как ты возбуждён. Неужели тебе неприятно?
Негромко признался Хёну, обхватив руками шею Киуна. Он сидел на его бёдрах сверху, и в этой позе любой, кто подойдёт к машине со стороны лобового стекла, легко мог разглядеть его оголённые ягодицы и развратную дырку. И хотя рядом не останавливалось никаких машин, сама вероятность этого сводила с ума.
— Мой член так подходит твоей влажной попке. Потрясающе…
Выпалил очередную пошлость Киун, и Хёну застонал.
Член мощно толкнулся в простату, из глаз посыпались искры. Стало невыносимо хорошо.
— Сюда, сладкий? Приятно здесь?
Рыкнул Киун и стал долбиться в то местечко, на которое отреагировало тело Хёну.
Предупредил Хёну, однако делать с этим что-то было поздно. Струя спермы брызнула на кофту Киуна, на чёрной ткани она особенно выделялась, густыми потоками стекая вниз.
Отдышавшись, Хёну решил, что на этом всё должно закончиться, и попытался высвободиться из его хватки. Однако крепкие пальцы сомкнулись на талии, удерживая его и настойчиво насаживая на эрегированный член.
← предыдущая | следующая →
Выполнено каналом: marimo
Поддержать донатом: boosty
Приобрести доступ в закрытый telegram-канал [Комната 402]: boosty (эксклюзивы от Марка: контент без цензуры, аудиодрамы, новеллы и манхвы, которых нет на основном канале).