Новелла «Сломленный нефрит», том 3, глава 60
Утром Хёну впервые задумался о том, куда в доме попадает почта. До вчерашнего вечера подобные вещи его совершенно не интересовали. Чаще всего письма каким-то образом оказывались на столе, посылки — в спальне на тумбочке или в гостиной у дивана. Он никогда не спрашивал, кто получает корреспонденцию у курьера, кто её сортирует и по какому принципу решает, что передать сразу, а что отложить.
Однако после истории со шкатулкой прежняя беспечность исчезла. Фраза мужа «домработница положила её к остальной почте на сортировку» засела в голове и с самого утра неприятно чесалась где-то на задворках сознания.
«Остальная почта, хм, а ведь раньше я отслеживал уведомления из университета и счета сам…»
За завтраком Киун сидел напротив и отвечал на бесконечные вопросы Гютэ о том, почему у тираннозавра такие короткие лапы и смог бы он всё-таки победить трицератопса, изредка прерываясь, чтобы напомнить ему доесть кашу, а не вылавливать ложкой только ту часть, что была щедро залита джемом. Отвлекать его не хотелось. Поэтому стоило главе семейства уехать по делам, а ребёнку отправиться на прогулку с няней, как омега поймал одну из домработниц возле лестницы.
— Муж вчера сказал, что почту сначала куда-то складывают. У нас есть для неё отдельное место?
— Ну да. В служебной части квартиры.
Она указала в сторону коридора, которым Хёну пользовался крайне редко.
— Там небольшая комната. Мы сортируем корреспонденцию семьи, счета, приглашения, рекламные материалы, ну и посылки.
«Вот это да! Целое отдельное место…»
В его прошлой квартире почта всех жильцов помещалась в ржавом ящике на первом этаже, который открывался, если хорошенько дёрнуть дверцу на себя.
Через несколько минут он стоял перед неприметной дверью в конце служебного коридора. Помещение за ней оказалось куда скучнее, чем успело нарисовать воображение. Комнатой-то не назовёшь — так, кладовка. Никаких гор писем до потолка, старинных шкафов или секретных ящиков. Пара стеллажей, рабочий стол, корзины с подписями, канцелярские принадлежности и небольшая тумба с секциями.
Перебирая бумаги, парень наткнулся на уведомление из университета. Кафедра вводила обязательный сбор на обновление покрытия в репетиционных залах и мелкий ремонт оборудования — сумма не огромная, но вполне ощутимая для студента. Внизу кто-то синей ручкой вывел короткое «Оплачено» и поставил дату.
— Вот как…а я даже не знал, что университет собирал деньги.
Следом шли рекламные буклеты, открытка с изображением моря без обратного адреса и какая-то квитанция, назначение которой он не понял. Ничего интересного.
Хёну уже собирался уходить, когда внимание привлекла соседняя коробка со всякой всячиной.
— Сюда мы убираем то, что находим в одежде перед химчисткой.
— Монеты, чеки, визитки, записки. Обычно мы не выбрасываем ничего, пока хозяин сам не просмотрит.
— И мои вещи там тоже могут быть?
— Конечно. Так что обязательно разберите.
Омега заглянул внутрь. Пара чеков. Смятая бумажка с расписанием занятий, которую он потерял несколько месяцев назад. Резинка для волос.
— О, а я всё думал, куда она делась…
Он тут же собрал рыжую копну в хвост и снова заглянул в ящик. Взгляд зацепился за небольшой конверт. Бумага была плотной и приятной на ощупь. На клапане серебром тиснился тонкий узор — переплетающиеся стебли роз, усеянные острыми шипами.
— Его достали из вашего свадебного костюма.
Блондин в белом, возникший посреди праздника в сопровождении охранников. И лёгкий конверт, вложенный в ладонь.
Тогда он сунул его в карман, собираясь посмотреть позже. А потом свадьба продолжилась, события сменяли друг друга с такой скоростью, что маленький подарок совершенно вылетел из головы.
Вернувшись в гостиную, парень устроился на диване, подтянув ноги к себе, потом осторожно поддел клапан ногтем и достал карточку. Белая, без узоров и надписей с лицевой стороны.
Перевернув её, он заметил в центре несколько строк:
«У тебя одно желание. Без срока».
Ниже стояла буква «Л» и номер телефона.
— Чего? Это сертификат какой-то?
Но на что? Ужин? Какую-нибудь услугу?
«Может, Лилит владеет рестораном, отелем или ещё чем-то подобным?»
Омега приложил карточку к свету, подозревая, что где-нибудь мелким шрифтом должны скрываться условия использования, срок действия или хотя бы пояснение. Ничего.
Киун вернулся после обеда, как раз к приезду родственников. Хёну услышал его ещё в прихожей и тут же поднялся с дивана, прихватив находку со стола.
Муж только успел снять пиджак, когда перед его лицом возник белый конверт.
— Мне Лилит подарил вот это на свадьбу.
Он забрал карточку из пальцев омеги, бегло прочитал и вдруг притих.
— Ну да. А что? Ты стоял в трёх шагах от нас.
— Я не видел, что лежит внутри.
Альфа вернул карточку и коротко хмыкнул.
— Что интересно? Я с утра пытаюсь понять, что это вообще такое.
— В буквальном. Ты можешь попросить Лилит исполнить одну твою просьбу.
— В разумных пределах, сладкий. Всё, что не выходит за грань невозможного и не превращается для него в откровенное самоубийство.
Парень уставился на белый прямоугольник в своих руках. Всё это больше походило на какую-то детскую игру.
— И он правда станет что-то делать, потому что когда-то дал мне бумажку?
Хёну сел на подлокотник дивана.
— Не понимаю. Зачем дарить что-то такое?
— Но слово держит. Подобные вещи он раздаёт не каждому. Я, например, от него ничего такого не получал.
Омега удивлённо поднял голову.
Киун усмехнулся и расстегнул манжеты рубашки.
— Давненько, да. Можешь считать это своеобразным знаком признания. Видимо, что-то в тебе его заинтересовало.
— Тэй на нашей свадьбе сказал, что он «сын нашего през…». Я подумал про президента, но это маловероятно...у него же две дочери.
В гостиной стало ну очень тихо.
— Лилит не любит публичность. Его отец тем более не заинтересован в том, чтобы некоторые подробности семейной жизни обсуждала вся страна.
Парень медленно опустил взгляд на карточку. Теперь две строчки серебряных букв выглядели совершенно иначе.
— То есть сын президента страны подарил мне купон на одно желание?
Хёну некоторое время молча открывал и закрывал рот.
— И что я могу у него попросить?
Альфа устроился на диване, забросив руку на спинку.
— Многое. Нужна информация, которую сложно достать обычным путём, — достанет. Захочешь попасть туда, куда тебя не пускают, — найдёт способ открыть дверь. Возникнут проблемы с документами, разрешениями, контрактом — подключит нужных людей.
— Захочешь какую-то роль — получишь. Решишь, что какой-то танцор слишком мешает и лучше бы ему исчезнуть со сцены, — Лилит и с этим способен помочь.
Он поспешно замотал головой, словно сама мысль принять настолько весомый подарок казалась ему неправильной.
— Да расслабься. Тебе это не понадобится.
Возмущённый одной мыслью о подобном, он прижал карточку к груди.
— Когда мы учились, про его подарки ходило много историй. Не уверен, какие из них правда, а какие студенты придумали от скуки.
— Один парень с юридического факультета едва не вылетел из университета.
— Нет. Там случилась серьёзная драка. Второй студент загремел в больницу, началось дисциплинарное разбирательство. Его собирались отчислить.
Хёну приготовился услышать продолжение.
Киун выразительно посмотрел на карточку.
— Я лично при разговоре не присутствовал. Но все знали, что за неделю до заседания он связался с Лилит. В итоге получил длительное отстранение, выплатил компенсацию пострадавшему и вернулся к занятиям в следующем семестре.
— И он потратил такое желание на это?
— Люди редко принимают умные решения, когда прижаты к стене.
Хёну покрутил карточку между пальцами. Теперь она ощущалась тяжелее. Просто маленький кусок бумаги внезапно превратился в ключ от двери, за которой правда находилось неизвестно что, но определённо ценное.
— Я понятия не имею, чего у него просить.
— И не надо ничего придумывать.
Мужчина протянул руку и несильно щёлкнул по краю конверта.
— Убери в безопасное место. Возможно, однажды возникнет ситуация, когда ты сам поймёшь, зачем он тебе это дал.
Киун откинулся на диван и, прикрыв глаза, добавил:
— По-хорошему, мне даже завидно. Вещь действительно полезная. Праздник был наш с тобой, но Лилит всё равно нашёл способ выделить лично тебя. Хитрец.
— Может, попросить его исполнить твоё желание?
— Мои желания ты и без него прекрасно умеешь исполнять.
— Даже не тяни ко мне руки, родители уже на подходе.
Хёну поспешно поднялся. Карточку он убрал обратно в конверт, а тот спрятал поглубже в ящик с нижним бельём.
К приезду родственников Гютэ выглядел так, словно собирался не знакомиться с семьёй, а заключать первую в жизни деловую сделку. Хёну сам выбирал ему одежду и в итоге остановился на тёмно-сером в полоску костюмчике с белой рубашкой и крошечным галстуком.
И малыш действительно замер, вытянувшись, как по стойке смирно. Киун поправил ему галстук, отступил на шаг и прищурился, оценивая результат.
Гютэ опустил голову, рассматривая себя.
Омега машинально покосился на мужа. Тот остановился у стеклянного стеллажа с запонками и, рассматривая витрину, застегнул часы на запястье. Затем снова перевёл взгляд на его сына. Чёрные мягкие волосы, серьёзное выражение лица, привычка держать подбородок чуть выше обычного. В костюме сходство стало ещё заметнее.
Заключил Хёну и Гютэ удовлетворённо кивнул.
Звонок раздался спустя несколько минут. Дверь едва распахнулась, а дом сразу наполнился голосами.
Тэо и Тэй ввалились первыми, заставив омегу отступить в сторону. Следом вошёл Хван Кегван, а уже за ним — госпожа Хван.
Хёну замер, перебегая взглядом с одного на другого. Кегван. Киун. Близнецы. Гютэ.
На мгновение ему почудилось, что в дом вошёл один и тот же человек, только почему-то сразу в нескольких возрастах. Конечно, если приглядеться, различий хватало, однако общие черты семейства Хван мало отличались. Тёмные волосы. Похожие линии подбородка. Разрез глаз. Даже выражение лица, когда каждый из них чем-нибудь заинтересовывался.
Госпожа Хван стояла среди них как доказательство того, что генетика иногда совершенно не знает чувства меры.
«Обидно, наверное, ни одной черты матери…интересно, а Гютэ хоть немного похож на свою?»
Женщина заметила его взгляд и мягко улыбнулась.
В этот момент ребёнок выглянул из-за его спины. Тэо и Тэй одновременно повернулись к нему, и малыш застыл. Несколько секунд все трое молча рассматривали друг друга. Мальчик нахмурился. Посмотрел на Тэо...потом на Тэя. Затем медленно поднял ладонь и закрыл один глаз.
Тот убрал руку, закрыл другой глаз и ещё раз посмотрел перед собой.
Тэй фыркнул первым, Тэо тут же прыснул следом.
Хёну поспешил опуститься перед ним на корточки.
— Когда у одной мамы одновременно рождаются два одинаковых ребёнка. Этот — Тэо.
— Ну да, тебе может быть сложновато...называй обоих дядями, если так удобнее.
Крупная рука парня потянулась к детской. С другой стороны тут же возник Тэй.
Расчувствовался отец семейства. Хёну воспользовался моментом и подвёл малыша к нему.
— А вот твой дедушка. Хван Кегван.
Мужчина тут же театрально схватился за сердце.
Тот тут же машинально поправил чуть седоватые волосы у виска.
— Дедушка звучит так, будто мне лет восемьдесят.
— Ну просто…зачем акцентировать внимание на возрасте, верно?
Мужчина присел перед ним и расплылся в своей фирменной харизматичной улыбке, напоследок ещё и подмигнув.
Обычно тот производил впечатление человека, способного одним взглядом заставить целую комнату замолчать. Строгий, уверенный в себе, одетый с иголочки. А сейчас стоял перед маленьким ребёнком и совершенно искренне переживал из-за своего нового статуса.
Госпожа Хван держалась куда спокойнее других, она подошла последней.
Женщина аккуратно коснулась ладонью его волос и почти сразу убрала руку. Ни объятий, ни восторженных расспросов.
Уже через несколько минут Гютэ оказался зажат между близнецами на диване. Тэй пытался выяснить, умеет ли ребёнок играть в игры на телефоне, а Тэо развязывал переданную ему отцом коробку с подарком, который по размеру мог соперничать с самим малышом.
Воскликнул Тэо, первым заглянув внутрь. Гютэ моментально оживился.
Они вдвоём начали изучать содержимое.
С приходом гостей квартира словно ожила: наполнилась разговорами, смехом и жизнью. Хёну поймал себя на мысли, что именно так, наверное, и должна ощущаться большая семья.
Он как раз нарезал пирог на кухне, принесённый госпожой Хван, когда она подошла к нему.
— Стоило близнецам научиться ходить, я всерьёз начала задумываться, нельзя ли привязать детей друг к другу верёвкой. Чтобы хотя бы убегали в одном направлении.
— Вы троих сразу воспитывали, даже не представляю...
С одним ребёнком Хёну вполне справлялся, но совершенно не представлял, как можно одновременно уделять достаточно внимания сразу троим.
Да и с ребёнком ему повезло. Мальчик оказался настолько спокойным, что хлопот доставлял удивительно мало. Сам говорил, когда хотел есть или спать. Не устраивал истерик. Не разбрасывал вещи. Мог долго сидеть с книгой, конструктором или за просмотром мультиков.
Впрочем, у него имелась в помощь няня. При необходимости даже несколько. Да и другие помогали. Водитель, преподаватели, врачи, ну и Киун, конечно. Да и сам Хёну сейчас располагал большим количеством свободного времени из-за каникул, которые, правда, подходили к концу.
Кроме того, дети никогда его особенно не раздражали. Слишком много лет он провёл в приюте, где вокруг постоянно кто-то бегал, шумел, плакал или требовал внимания.
— Ладно, с пирогом они и сами справлятся, бросай это дело. Собирайся и пойдём.
— Я своё отнянчила, так что пусть возятся, а мы пойдём прогуляемся.
← предыдущая | следующая →
Выполнено каналом: marimo
Поддержать донатом: boosty
Приобрести доступ в закрытый telegram-канал «Комната [4] [0] [2]» можно через: бота или boosty (эксклюзивы от Марка: контент без цензуры, фотки, аудиодрамы, дорамы, новеллы и манхвы, которых нет на основном канале).