Дорогая извращённая мечта | Глава 6
Перевод выполнил ТГК 𝖒𝖆𝖗𝖎𝖘𝖘𝖘𝖍𝖆 𝖓𝖔𝖛𝖊𝖑𝖘
Я задал себе этот вопрос, но не смог сразу ответить. Мне столько раз снились сны о том, как я покончу с собой, что они мне уже надоели. Так что я был в замешательстве, сон это или реальность. Единственной надеждой было то, что чувства сильно отличались. На этот раз я действительно попытался это сделать.
Ну да ладно. Так я действительно мёртв? В момент, когда я снова задал этот вопрос, резкий голос пронзил мои уши.
Мои брови нахмурились, и плотно закрытые веки затрепетали, открываясь. Из моего пересохшего горла вырвался голос, который казался чужим.
Чжэ Ан знает, кто такой Со Чжэ Рим. Он спросил не потому, что не знал, кто это. ОН спросил, потому что было немыслимо слышать сейчас голос Со Чжэ Рима. Со Чжэ Рим оставил его и, взяв мобильный телефон, позвонил кому-то.
Не зная, что делать, Чжэ Ан понял только то, что ему не удалось умереть, и устало закрыл глаза. Его зрение было расплывчатым, и даже если бы он открыл глаза, он бы ничего не увидел.
Вместе с незнакомым голосом он почувствовал, как игла проникает в тонкую кожу на предплечье. Он всё ещё был в заторможенном состоянии и не чувствовал покалывания.
Чжэ Ан едва открыл глаза на голос, который не принадлежал Со Чжэ Риму. Он слегка улыбнулся, считая, что Чжэ Ан ответил, посмотрев на него.
– Кажется, вы меня слышите. Это хорошо.
Чжэ Ан не знает, кто это, но у него было настолько красивое лицо, что тот вздрогнул. Неужели у Со Чжэ Рима, кроме него, есть знакомые, которых он приглашает домой?
Мужчина был ниже ростом и казался худее, чем Со Чжэ Рим, но его прямой нос, белоснежная кожа и даже длинные волосы, естественно ниспадающие вдоль шеи, выделялись даже перед его расплывчатом образом. Однако вид сбоку, когда он убирал шприц, казался несколько уставшим.
Мужчина ловко отрегулировал раствор для капельницы, затем подошёл к Со Чжэ Риму и заговорил с ним. Как бы Чжэ Ан ни старался, он не мог разобрать, о чём они говорят. После короткого разговора незнакомец вышел из комнаты, и шаги Со Чжэ Рима становились всё ближе.
Слушая звук шаркающих тапочек, Чжэ Ан долго смотрел в потолок. С глубины души вырвался тихий вздох. Только сейчас он понял, что находится в комнате Со Чжэ Рима. Поскольку чувство реальности ещё не восстановилось, он смотрел на пейзаж дома, в который входил и выходил много раз, как на что-то незнакомое.
Начиная от деревянных потолков с светло-бежевыми оттенками, и бежевых обоев. Всё должно было приносить чувство уюта, но интерьер казался отчуждённым, напоминая выставочный зал, где повсюду были разбросаны только реквизиты и не было никаких предметов домашнего обихода.
Пока Чжэ Ан лежал, безучастно уставившись в одну точку, Со Чжэ Рим, сидевший на стуле рядом с ним, позвал его. Но Чжэ Ан не повернул головы.
Со Чжэ Рим не унимался и позвал снова. Зная, что он будет звать, пока ему не ответят, Чжэ Ан с трудом разомкнул сухие губы.
От бесстрастного голоса парня Чжэ Ан снова замолчал. Стоит ли радоваться, что он выжил, или это очередное несчастье? Какой бы ответ он ни дал, он, казалось, причинит боль Со Чжэ Риму, поэтому он промолчал.
– Ты правда собирался умереть?
Голос парня, который явно чувствовал боль, был острым, как наточенный клинок. В груди кольнуло. Чжэ Ан зашевелил губами и тихо ответил:
Чжэ Ан тут же покачал головой. В ответ на его отрицание Со Чжэ Рим медленно зачесал упавшую чёлку назад.
– Я был счастлив с тобой. Но ты был несчастлив?
Вопрос был настолько наивным, что уголок рта Чжэ Ана невольно приподнялся в усмешке. Он тихо ответил, сопроводив слова вздохом:
Если разобраться, он не был несчастлив. У него была достаточно просторная для одиночного проживания квартира, исправная машина и вполне приличная работа. Иногда, когда выдавалось свободное время, он мог выпить с друзьями-однокурсниками. Единственное, что отличало его от других - отсутствие семьи, но у Чжэ Ана был Со Чжэ Рим, к которому он испытывал почти родственные чувства, так что его жизнь нельзя было назвать несчастной.
Но он выбрал смерть. Ему пришлось принять то же решение, что и его ненавистная мать. Пытаясь вспомнить причину, Чжэ Ан ответил, не скрывая усмешки:
Со Чжэ Рим усмехнулся, переспрашивая. В его жёлтых глазах плескалась ярость, словно он спрашивал, не шутит ли тот. За 18 лет знакомства Чжэ Ан впервые видел такой взгляд и выражение лица.
Он не хотел злить его, но у Чжэ Ана не было сил успокаивать его. Это было гнилое, застоявшееся чувство, которое невозможно понять, не пережив его самому.
– Если бы я был несчастлив, я бы плакал.
– Люди плачут, когда несчастны, и умирают, когда им неинтересно.
После этих спокойных слов повисла гнетущая тишина. Со Чжэ Рим, словно задумавшись, закинул ногу на ногу и ритмично постукивал носком. Затем он тихо вздохнул и произнёс:
– Нет, люди не могут так легко умереть.
– Они живучие, как тараканы, и цепляются за жизнь всеми силами.
Золотистые глаза медленно скользнули по лицу Чжэ Ана снизу вверх.
– Так, значит, ты чуть не умер…
– …потому что тебе было скучно?
Сощурив брови, Со Чжэ Рим тихо процедил слова и резко встал со стула. Возвышаясь над Чжэ Аном, он красиво приподнял уголки губ в улыбке.
– Теперь тебе не будет скучно. Жди с нетерпением, хён.
Несмотря на яркую улыбку, в его словах чувствовалась леденящая прохлада. С этими словами Со Чжэ Рим покинул комнату.
Чжэ Ан молча смотрел на удаляющуюся широкую спину, а затем медленно опустил глаза. Он впервые видел, чтобы тот был настолько разъярён. Это было до ужаса непривычно, и от этого болело сердце.
Он не умер, но всё равно причинил боль. Лицо Чжэ Ана омрачила горькая тень.
Угостить переводчика шоколадкой: Сбер: 2202 2081 3320 5287 Т-банк: 2200 7013 4207 8919