Под багряным небом | Глава 37. Вернуться в бесконечный кошмар

̶  Говоришь, что он хочет поговорить?

̶  Угу.

Как только Эйджи прочёл сообщение, то сразу позвал Юки в компьютерную комнату.

̶ Хм… есть вероятность, что ему что-то нужно от нас, поэтому он попытается с нами договориться.

«Тогда нам нужно выяснить его настоящие мотивы. Нет ничего хорошего в том, что кто-то в курсе об исчезновении Ямао Митцуо, ведь человек может попросить всё что угодно, а это только усложняет задачу. Что же делать?»

Эйджи потёр пальцами висок, смотря на экран. В сообщении был прикреплён номер телефона неизвестного человека. Пытаться игнорировать, чтобы потом разгребать проблемы или связаться с ним, но и тоже прибавить себе работы?

Юки, сидя на столе, наблюдал за Эйджи. Потом он глубоко вздохнул и снова закурил. После того как он выкурил одну сигарету, произнёс:

̶  Звони ему.

̶  Что? Ты, правда, готов выполнить его условия?

̶  В первую очередь нам нужно не раскрыться перед председателем, а уже потом всё остальное.

«Он был прав, начинать противостояние с председателем ещё рано. Ведь у нас пока ничего не готово, чтобы идти на такой риск».

Эйджи включил программу на своём телефоне, которая блокирует пути отслеживания звонка. Он подключил ещё одну для модуляции голоса и набрал контактный номер. Сначала шли долгие и нудные гудки. Парни сосредоточенно смотрели на телефон, и спустя время послышался щелчок, указывающий на то, что трубку взяли.

[Хм, ты слишком сильно осторожничаешь?], - голос собеседника по ту сторону телефона тоже был странным, что свидетельствовало о том, что он тоже использовал голосовую модуляцию.

Юки в этот момент перехватил инициативу разговора в свои руки и отозвался:

̶  Чего ты хочешь?

[О, сразу перешли к делу, хорошо, мне нравится. Я бы хотел с вами встретиться и уже после обговорить детали, не переживайте, меня не интересует, какие у вас конфликты с председателем, поэтому буду вас ждать ХХ числа, в Сидзюку в ХХ ресторане. Это приватный бар, там мы можем всё обсудить].

Юки взглянул на календарь и ответил утвердительно на предложение. После трубку повесили не попрощавшись. Встреча состоится уже через несколько дней, что тоже не сулило ничего хорошего. Обычно, когда заключают такого рода сделки, например, как сейчас, то их стараются проводить в ближайшее время, иначе у сторон будет время передумать изначальные условия, что поставило бы в невыгодное положение. Они и так не знают, чего хочет человек по ту сторону, к тому же и встреча состоится через несколько дней, дело принимало всё более и более серьёзный поворот.

Сама странность в том, что о конфиденциальной встрече с Ямао Митцуо узнали посторонние, заставляла напрячься, ведь Тхэсин точно сделал так, чтобы об этом никто не узнал. Либо кто-то другой был намного умнее этого парнишки. В тот день стояла такая суматоха, что вполне вероятно совершить ошибку по неосторожности. Такой просчёт стоил чьей-то жизни. В следующий раз неверный шаг может принести целую гору трупов, вот о чём переживал Эйджи. В последние несколько лет его не волновало благополучие окружающих его людей, кем бы те ни были. Сейчас же ситуация совсем иная. Сейчас это была и его собственная ответственность.

«И как при таких обстоятельствах Юки ещё не сошёл с ума?»

Юки нёс ответственность не за одну и не за две жизни. За ним следовали люди, находившиеся не только в особняке, но и люди, принадлежавшие к «Нагава-кай». Любая потеря всегда означала крах целой системы. Этим его команда отличалась от остальных. Они никогда не оценивали кого-то свысока, человеческая жизнь всегда была ценной, а не очередным инструментом для воплощения своих желаний. Однако, как бы они ни были человечны к остальным, «нормальная жизнь» обходила их всегда стороной, забирая весь воздух, что можно было вдохнуть полной грудью.

В комнате послышался снова щелчок зажигалки, что обозначало, что Юки закурил.

̶  Ты можешь пойти со мной, думаю, что в этом нет ничего страшного.

̶  Хорошо.

В комнате повисла тишина, Эйджи взглянул на Юки, но, увидев  его выражение лица, заметил, что тому будто хотелось что-то ещё сказать. Эйджи не вытерпев, спросил первый:

̶  В чём дело?

̶  Ты что-нибудь вспомнил о семье Юичиро? – послышался вопрос, который заставил Эйджи неосознанно сжать руку в кулак.

Было кое-что, что не давало ему покоя в последние несколько дней, тот сон о шифре. Он ломал голову над ним, но так и не смог его разгадать. Однако была одна догадка, которая смогла бы помочь ему в этом.

̶  На самом деле я кое-что вспомнил… только я не уверен в этом.

Юки выжидающе смотрел на Эйджи. Он старался не торопить его с ответом, ведь в последнее время заметил, что тому нелегко говорить о делах семьи Юичиро.

̶  Думаю, мне нужно съездить в особняк Юичиро, если его ещё не снесли.

̶  Ты в этом уверен? После всего переполоха вряд ли там что-то осталось, - в недоумении сказал Юки.

̶  Я понимаю, но я хочу убедиться кое в чём.

«Особняк Юичиро, место, где я рос, и место, в котором меня не было долгие тринадцать лет. Насколько изменился тот район, как сильно изменился сам дом? Мне интересно всё это узнать, но как только меня посещает мысль о том, чтобы вернуться туда, всё моё тело охватывает неприятная тревога. Чувство, похожее на «пустоту».

Юки увидел в реакции Эйджи что-то странное и непонятное, поэтому он решил его позвать, но тот не отвечал, будто глубоко погрузился в мысли.

«Если я вернусь в тот дом, всё ли будет нормально? Нет, меня же не запрут снова, ведь родителей уже нет, верно? А что, если…»

̶  Эйджи, - позвал его ещё раз Юки.

̶  А?

̶  Всё нормально?

Эйджи понял, что он только что снова погрузился в тревожные мысли, но решил не рассказывать об этом, поэтому сразу же кивнул на вопрос Юки.

̶  Как насчёт того, чтобы отправиться сейчас?

«Сейчас? Так быстро? Но я ещё не готов… хотя Юки прав, у нас и так слишком мало времени».

̶  Да, давай.

Эйджи взглянул на настенные часы, стрелка показывала восемь часов вечера. Чтобы добраться до дома, где он жил, потребуется немало времени, ведь тот посёлок находился далеко от столицы. Есть вероятность, что они вернутся только к завтрашнему вечеру при идеальных условиях.

̶  Тогда встречаемся через час на парковке, тебе хватит этого времени, чтобы собраться?

Эйджи кивнул и направился к себе. На самом деле ему нечего было брать, кроме записки с написанным стихотворением. На всякий случай он захватил пару вещей, ведь поездка была по расчётам долгой, а они собирались в спешке, чтобы всё успеть.

Закончив с приготовлениями, по пути к парковке он столкнулся с тётушкой Лань, которая прогуливалась в вечернем саду.

̶  Куда это ты собрался? – спросила она, заметив, что Эйджи прихватил с собой рюкзак.

̶  В особняк Юичиро, - коротко ответил Эйджи.

̶  Бог ты мой! – она настолько изумилась этой идее, что её голос мог услышать каждый, кто находится в доме. Тётушка Лань широко открыла рот и вытаращила на него глаза. – Какого хрена тебе там надо? Ты понимаешь, что это слишком опасно!

̶  Эм, тётушка Лань…

̶  С ним всё будет хорошо, не переживайте, - со спины Эйджи послышался уверенный голос Юки. – Ты готов? – спросил он, подойдя к ним ближе.

̶  Да, готов.

̶  Вы, два идиота, вы знаете, что творите?

Тётушка Лань ругала всех, сама того не замечая, даже того самого Юки, которого обычно остерегались, но в её голосе явно слышались нотки тревожности.

̶  Не переживайте за нас, мы вернёмся в целости и сохранности, - уверял её Юки дружелюбным голосом.

Она вздохнула и посмотрела на них с тревогой, как мать бы смотрела на своих сыновей, отправляя их в дальнюю дорогу.

̶  Эм, Аки… будь осторожнее, ладно? – она держала его руку крепко и не хотела отпускать. Она понимала, что он не один, и у него есть хорошая поддержка, но всё равно сердце болело за его благополучие.

Она всё так же продолжала его называть именем своего покойного сына, ведь Эйджи не хватило времени рассказать о том, что случилось накануне, к тому же он не хотел заставлять её лишний раз беспокоиться.

̶  Конечно, - он улыбнулся ей искренне, заверяя, что с ним всё будет в порядке.

Попрощавшись с тётушкой Лань, они прошли на парковку и сели в машину. Юки ничего не говорил, что делало эту тишину ещё более напряжённой. После того, как они устроились в креслах, Юки, наконец, заговорил:

̶  Она действительно ведёт себя, как мать. Даже не похоже на актёрскую игру.

̶  Это не актёрская игра, она часто меня воспринимает как своего сына.

̶  В документах о семье Юичиро говорилось, что она была твоей няней. Она решила остаться по собственной воле?

̶  Как бы это ни выглядело, но меня это до сих пор озадачивает. Несмотря на смерть моих родителей, она не обязана была брать надо мной опеку. Моя смерть подставная, и идти я мог куда угодно, а она решила не бросать меня и остаться со мной.

̶  Удивительная женщина.

Эйджи молчаливо согласился, ведь это было правдой. Он знал, что у неё не было обязательства оставаться с ним. После смерти родителей он бы отправился на верную смерть, ведь неминуемый конец родителей был настолько неожиданным, что они не удосужились позаботиться о собственном сыне, либо их не интересовала его дальнейшая судьба. Кому понадобится ребёнок, не знающий о делах Юичиро? Но и оставлять его в живых тоже слишком обременительно.

̶  Ты знаешь, куда ехать? – спросил Эйджи.

̶  Да, к несчастью, знаю.

Его ответ прозвучал вполне очевидно, но в то же время странно. Очевидно, было то, что все лица, заинтересованные делами Юичиро, знали этот дом. Любой был в том кошмарном месте, но его «к несчастью»…что это значило? Эйджи всё поставил на то, что это связано с родителями Юки, поэтому не стал придавать этому значение. И вот так они направились в Ситигахаму.

Ситигахама – посёлок, находившийся примерно в пяти часах езды от Токио. Посёлок не славился чем-то особенным, скорее это была глушь с видом на Сендайский залив. Численность населения была слишком маленькой, чтобы чем-то отдалённо походить на город. Люди, жившие в подобном местечке, знали друг друга по слухам, но это не касалось Эйджи, ведь он практически жил взаперти. Однако численность населения начала снижаться ещё тринадцать лет назад, когда возник переполох, связанный с Юичиро.

Насколько знал Эйджи, местные власти переворошили всё поселение, чтобы добиться ответов от соседей и местных жителей. Также стороной не обошли и люди, которые были «лично» заинтересованы этой семьёй, однако те не скупились на методы и применяли даже насилие к местным для добычи информации. Все судебные иски, которые проходили через органы полиции, были отклонены, что говорило о статусе тех людей. Благодаря цветущей коррупции удавалось решать вопросы на месте и без последствий. Что побудило мирных жителей посёлка покидать свои дома и переезжать.

Дорога заняла много времени, к тому же этим двоим было не о чем говорить. Проводя время в тишине, Эйджи смотрел в окно, вглядываясь в мимо мелькающие пейзажи, и находился в глубоких раздумьях. Через несколько часов он столкнётся с кошмаром, который преследовал его в воспоминаниях, а иногда бывало и во снах. По коже пробежал холодок, а тревога неутолимо росла в груди.

̶ Как ты думаешь, есть ли те, кто может нас достать в том особняке? – нарушил тишину Эйджи.

̶ Такую возможность нет смысла отрицать. Первые шесть лет туда было невозможно сунуться, но сейчас, когда все попытки были провалены, а вы хорошо скрывались, то вся суматоха улеглась.

За пять часов езды это был их единственный диалог. Что один, что второй были не особо разговорчивы в повседневной жизни. Сложись бы их жизни совсем иначе, то они бы, возможно, не встретились при таких обстоятельствах. Если бы не институт, то есть вероятность, что каждый бы искал свои методы для борьбы с этим бесконечным адом. Судьба или злой рок?

Иногда Эйджи смотрел в окно, то чувствуя растущую тревогу, он переводил свой взгляд на Юки.

Его силуэт в дорогой машине выглядел естественным и даже слишком завораживающим.

«Как бы он смог жить, если бы не тучи, что сгустились над ним? Был бы он обычным студентом или работником какой-нибудь компании? Была бы у него девушка или он смог бы уже жениться?»

По какой-то причине эти мысли смогли унять тревогу Эйджи. Он продолжал следить за каждым плавным движением его рук, что постепенно успокаивало разум Эйджи.

Проведя всё время в тишине, они смогли удачно въехать в посёлок Ситигахама. По мере того как они подъезжали к дому, тревога Эйджи в груди росла как снежный ком, который катили с горки.

Над посёлком стояло облако тумана, а над ним повисла темнота. Открывшиеся для них пейзажи словно кричали о том, чтобы они разворачивались и уезжали отсюда, и больше никогда не возвращались. Это ещё сильнее испортило настроение Эйджи.

Юки сделал несколько манёвров, чтобы добраться до указанного пункта назначения. И наконец, спустя несколько минут, они оказались на месте. В посёлке было плохо с освещением, поэтому отчасти казалось, что местность была покинутой. Но сквозь черноту улицы Эйджи смог узнать дом, который, как он думал, больше никогда не увидит.

Взглянув на дом, который казался обветшалым, он почувствовал лёгкую дрожь в своих руках. Он непроизвольно сжимал и разжимал кулаки, пытаясь её унять, но это не помогало. Выйдя из машины, он смог внимательно рассмотреть свой детский кошмар вблизи.

Забор, который, как он помнил, был высоким, сейчас выглядел разваленным и покрытым мхом. Где-то не хватало дощечек, а какие-то части отсутствовали полностью, будто его пытались сломать. Сам дом выглядел так, будто за ним не ухаживали не тринадцать лет, а целых тридцать. Все окна были разбиты, а также вокруг летала потрёпанная временем лента, которая обычно вешалась полицией, когда они проводили обыск.

Несмотря на ужасный вид дома, стоя сейчас здесь, его воспоминания как будто были снова живы. Как будто бы не было тех тринадцати лет побега, а он смог совершить скачок во времени и переместиться в прошлое. Его сознание затмили отвратительные воспоминания, от которых пересохло в горле, и образовался ком. Руки всё так же дрожали, но вздохнув поглубже, он делал шаги к мёртвому пейзажу.

Юки  медленно следовал за ним и заметил, что у того тряслись руки, сжавшись в кулаки.

«Всегда нелегко встретиться лицом к лицу со своим мучителем», - подумал он.

Но тот продолжал шагать вперёд, несмотря на охватившую его внутреннюю панику. Каждый шаг становился для него всё более тяжёлым, словно за его ногами тянулась прочная паутина, не давая ему сдвинуться с места. Собравшись с силами, он смог пересечь небольшой двор и подойти к двери, которая висела на «соплях». Он держал ручку двери, не решаясь её распахнуть, чтобы столкнуться со своим давним врагом, а именно с детскими воспоминаниями об этом злосчастном месте. Он почувствовал, как его ладони покрылись потом, а дыхание задержалось в грудной клетке.

«Мне нужно войти туда, но… почему я не могу это сделать? Мне нужно это сделать для моей свободы, я должен с этим справиться. Подумай о тётушке Лань. Она мечтает отправиться в Саппоро и прожить долгую и счастливую жизнь. Подумай о Тхэсине, который отдал свою жизнь несправедливо. Подумай о Миямуре, который был убит горем из-за смерти своего младшего брата. Подумай о Джоне, который отдал свою жизнь ублюдочной семейке Юичиро и мечтает о свободе. Подумай о Юки, который всю жизнь положил на борьбу со своим дедушкой. Эйджи, положи этим несчастьям конец, хватит с тебя этих трагедий».

Юки, заметив его колебания, стоял молча и терпеливо ждал, пока тот сможет преодолеть свою внутреннюю борьбу. Внутренний конфликт со своим страхом — это всегда тяжелее, чем может показаться на первый взгляд. Даже драка насмерть будет не так страшна, как столкновение с собственным «Я». На это требуется огромное количество усилий и мужества, чтобы преодолеть этот бесконечный барьер и сломать его собственными руками. Всё равно, что сломать собственное «Я» и строить его с самого начала.

Они стояли так несколько минут во мраке под покровом ночи, Юки решил прервать эту затянувшуюся тишину и позвал его:

̶  Эйджи?

Но Эйджи не отвечал и лишь тяжело вздохнул. Он крепко сжал дверную ручку и повернул её, чтобы открыть дверь. С закрытыми глазами он вошёл внутрь, но почувствовал, как его сердце забилось ещё сильнее, словно вот-вот вырвется из грудной клетки. Уже внутри он распахнул глаза и пытался оглядеться в темноте. Свет от уличных фонарей, проникал через битые стёкла, освещая пространство перед его взором. Зрелище было поистине разрушительным как внешне, так и для его собственного сознания.

В комнате все предметы оставались на своих местах, но были повреждены и перевёрнуты вверх ногами. Всё, что было хрупким, было разбито вдребезги, а нехрупкое было сломано. Здесь творился настоящий хаос. Даже смотря на такую картину, Эйджи не смог бы представить, что здесь на самом деле произошло. Создавалось ощущение, будто он попал в дом, где прошёлся ураган. Ничего не осталось целым, совсем ничего.

Внезапно его захлестнула ещё более сильная тревога, он ходил по пространству, пытаясь найти себе место, но ему всё никак не становилось легче. Его комфорт исчез, как только он приехал сюда, и кто-то смог отобрать его безжалостно. Он почувствовал внезапное удушье, сердце было готово вот-вот остановиться. Он сжал руку на грудной клетке, думая, что хотя бы это поможет ему в данном случае, но легче не становилось. Он отшатнулся в сторону из-за головокружения от нехватки воздуха.

Юки не смог не заметить его странной реакции и немедленно подбежал к нему:

̶  Эйджи! Слышишь меня?

Но тот не реагировал на зов голоса и что-то бормотал, но Юки не мог разобрать. Он взглянул в лицо Эйджи и заметил, что глаза парня хаотично перемещались, будто пытались за что-то зацепиться, а на лбу появилась испарина. Юки схватил того за руку и помог опереться на себя, но заметил, что у Эйджи дрожали не только руки, но и всё тело. Он пытался приблизиться к нему и послушать, что тот тихо бормочет, но смог едва услышать только это:

̶  Мне больно… не хочу… не надо…

̶  Блять! – выругался Юки. Он положил руки Эйджи себе на шею, схватил за ноги и поднял, чтобы вытащить его отсюда. Ему были знакомы такие реакции, и он не раз видел, как люди сходили с ума, поэтому смог быстро отреагировать.

Пока он нёс Эйджи на руках, преодолевая расстояние до машины, он продолжал успокаивающим голосом шептать ему на ухо:

̶  Тсс… Тише, всё в порядке, я рядом. Сейчас всё будет в порядке.

На безжизненных глазах Эйджи выступили слёзы. Он, слушая, успокаивающий голос Юки, прикрыл тяжёлые веки и погрузился в бесконечную тьму.

Следующая глава