Суицидальная атака | ГЛАВА 36
Перевод выполнил ТГК 𝖒𝖆𝖗𝖎𝖘𝖘𝖘𝖍𝖆 𝖓𝖔𝖛𝖊𝖑𝖘
– Я же ясно сказал, что с самого начала заработал на несколько лет лечения вперёд! Но эти грёбаные ублюдки! Они точно подкрутили аппарат!
– Твой отец просто сорвался. Это всего лишь единичный случай. Правда, дорогой? Ведь только один раз, да?
Он был действительно слишком уставшим.
– Из-за того, что мы не оплатили счета, следующий этап лечения не могут начать. Если ты не поможешь, Ю Ён и Ю Рок действительно могут умереть.
Когда Ю Су промолчал, мужчина взорвался:
– Пусть умирают! Если так, сдохнем все вместе! Я, чёрт возьми, уже не привязан к этому миру!
– Дорогой!! Ха, за что мне такая жизнь, ну за что?! Зачем я вышла за тебя и рожала детей!!
– Ты, дура, совсем сбрендила? Какого дьявола ты тут истерику закатываешь?!
– Да, я сбрендила! А что нам делать с лечением наших детей?!
…Казалось, за всю жизнь он ещё никогда не чувствовал такой усталости.
Мать - то в слезах, то в крике, отец - в бешенстве крушивший и без того разорённый ростовщиками дом. Всё это было невыносимо.
Два дня назад он неудачно упал с трамплина, и теперь его больше не беспокоили ни колено, которое то и дело давало о себе знать, ни До Му Вон, от которого не было никаких известий.
Видимо, мужчине не понравилось, что Ю Су сидел неподвижно, как мертвец, и смотрел только на пол, и он ткнул его пальцем в лоб.
– Чон Ю Су, ты тоже! Достаточно того, что ты до сих пор занимался спортом, зачем тебе ещё и школу заканчивать! У тебя братья болеют, а у тебя есть настроение транжирить деньги и развлекаться!
– Хватит, дорогой! …Ю Су-я. Умоляю, спаси нас. Спаси Ю Рока и Ю Ёна. Ты же старший, верно?
Ю Су, пошатнувшись, поднял глаза.
Мужчина, который сам всё испортил, но при этом кипел праведным гневом.
Женщина, которая сначала не знала, как поступить, а потом переложила всю ответственность на сына.
Это действительно мои родители?
Двое людей перед ним были настолько чужими, что казались незнакомцами.
– Я ведь не заставлял вас играть в казино. Если бы вы нормально оплатили лечение, этого бы не… ах!
В тот же миг, когда щёку пронзила жгучая боль, мир перевернулся. Не успел он прийти в себя, как на него обрушились яростные удары ногами.
– Этот ублюдок, раз вырос, уже отцу с матерью перечит? Ты спятил? Да ты спятил!!
– Дорогой, прекрати! Если и он пострадает, как мы будем жить?!
– Как будем, бля?! Я не остановлюсь! Эй, надо было слушаться меня!!
Бока, затылок, спина. Бёдра. Среди глухих и трескающихся звуков Ю Су сжался в комок, принимая на себя всю тяжесть обрушившегося насилия, и думал.
Как же всё дошло до этого? Отец и мать точно не были такими людьми.
Неужели из-за того, что я увлёкся спортом и был поглощён безответной любовью к До Му Вону, наша семья так развалилась?
Самое ужасное было то, что в этот момент ему ещё сильнее захотелось увидеть До Му Вона.
«Возьми трубку, пожалуйста. Му Вон-а. Ты мне сейчас так нужен.»
На отправленное с дрожащими руками сообщение не пришло ответа, и когда он позвонил, голос в трубке так и не раздался.
Лишь когда скопилось двенадцать пропущенных, Ю Су махнул рукой на всё.
– Что? Ю Су-я, отчисление - это не шутки. Тебе же сказали, что травма несерьёзная. Просто отдохни, подтяни учёбу, потом вернёшься.
– Нет. Я хочу уйти… Я принёс согласие родителей и все документы.
После череды прогулов заявление наконец приняли. Учитель отговаривал, но Ю Су больше не хотел ничего объяснять.
И с уходом из школы мир полностью изменился.
Это была внезапная бедность, пришедшая вместе с изнурительной жарой. Не прошло и двух недель, как его избили нагрянувшие ростовщики, пришлось распродать всё, что было, в панике съехать и переехать в заплесневелый полуподвал.
– Я и представить не мог, что мне предложат продать органы…
Вплоть до мизинца отца, который ростовщик отрезал, чтобы показать всем пример. Преодолев первоначальный шок, Ю Су обежал все собеседования, какие мог найти, и в итоге смог устроиться в несколько мест.
Хотя времени на сон не хватало, но если он не будет так надрываться - может случиться худшее.
– Сегодня много броней, не опаздывай.
Поспешно поднявшись по лестнице и выйдя на солнце, он услышал рядом знакомый голос:
Это был До Му Вон. Со вчерашнего дня стали появляться пропущенные звонки, и, похоже, он каким-то образом разыскал место, куда переехал Ю Су.
Не дождавшись ответа, Му Вон, уже готовый взорваться от гнева, замер.
– Ты… какого чёрта ты так выглядишь?
– Кто тебя избил? Какой ублюдок?
Ю Су, с лицом, покрытым синяками, прошёл мимо Му Вона.
Когда за запястье резко дёрнули, его пронзила острая боль. Ю Су инстинктивно сжался, и Му Вон, испугавшись, отпустил руку, увидев посиневшее запястье.
Му Вон, похоже, хотел многое сказать. Он наверняка уже слышал и про то, что Ю Су ударился головой, когда его толкнули, и про травму на тренировке. И про внезапный уход из школы, и про переезд.
Но Ю Су теперь не хотел ничего говорить.
– Это неважно. Кто тебя избил? Ты в больницу обращался?
Видя, что у него нет ни капли сил, и что даже от простой улыбки он может рассыпаться и исчезнуть, гнев Му Вона немного поутих.
Он понизил голос, который уже почти сорвался на крик, и кивнул на припаркованную машину:
– Давай сначала в больницу. Я тебя отвезу.
Тот же вопрос. Му Вон несколько раз провёл ладонями по лицу и только тогда заговорил:
– … Я от классного руководителя узнал, что ты бросил школу из-за расходов на лечение братьев.
– Дело не только в расходах на лечение.
– Просто устал. Захотел всё это бросить.
Му Вон инстинктивно понял, что не стоит спрашивать, что именно Ю Су хотел бросить. Проглотив готовый сорваться вопрос, он почувствовал странное беспокойство.
Достав из кармана белый конверт, Му Вон быстро вложил его в ладонь Ю Су.
– Возьми. Реши вопрос с лечением. Я скажу, что ты возвращаешься, так что послезавтра выходи на занятия.
Услышав шуршание, Ю Су медленно опустил взгляд на свою руку. В длинном белом конверте лежала бумага, и даже в расфокусированном взгляде было видно, сколько там нулей.
В конце концов, всё сводилось к этой причине.
Из-за того, что их не было, он бросил школу. Из-за того, что их не было, он прошёл через этот кошмар. Из-за того, что их не было…
Он показал Му Вону то, что меньше всего хотел показывать. Попал в ситуацию, которой больше всего боялся. И шёл прямо к финалу, которого больше всего избегал.
Поскольку Ю Су молчал, опустив голову, Му Вон, не выдержав, заговорил снова:
– Чёрт, не отказывайся. Просто возьми.
Ю Су крепко сжал конверт с чеком и горько усмехнулся.
– У меня и мысли нет отказываться. Поэтому мне так хреново и стыдно.
– Хватит уже. Может, мне ещё на колени встать и поблагодарить?
– Ты, сукин сын. Что с тобой стало за то время, что мы не виделись?
Голос прозвучал низко и угрожающе. Ю Су, словно не веря своим ушам, снова рассмеялся.
– А ты думаешь, у меня были причины не стать таким? Ты сам избил того парня из-за того, что тебе мерзко быть втянутым со мной в ту историю, да и ещё…
В разговор внезапно ворвался разгневанный голос Му Вона.
– Меня и тебя принимают за парочку геев - разве это не мерзко?
– «Мужики встречаются и целуются». Я избил его за эту хуйню, за эту ёбанную чушь. Так почему ты тоже начинаешь сходить с ума?!
– До Му Вон! Следи за словами. Почему это ты злишься?
Этот ответ, как будто служившей триггером, зажёг фитиль бомбы под названием До Му Вон. Глаза его вспыхнули, словно охваченные пламенем, и он закричал в ярости:
– Я сейчас и говорю нормально!
Крики, раздающиеся эхом в узком переулке, и выражение отвращения на лице. Ю Су потерял дар речи.
– Мне было противно слышать, что меня называют педиком. Что? Мужик, блядь, мужика любит… ха. Даже вслух произносить отвратительно.
А ведь ты мне нравился. Иногда я опирался на тебя, иногда был твоей тенью, болтал с тобой без умолку. Даже просто молча сидеть рядом с тобой… приносило спокойствие и счастье.
Холодные капли дождя начали тихо падать на макушку и плечи застывшего Ю Су.
Посреди лета начался сладкий и прохладный ливень.
Когда разгорячённое тело остыло, его пробрал озноб.
Но он не хотел, чтобы это заметили.
Ю Су выпрямил спину и посмотрел на Му Вона. Глаза, которые раньше колебались, как потерпевший корабль в буре, теперь были спокойны, словно застыли в безветренном месте.
Так же звучал и его голос. Это был его обычный тон - спокойный, без дрожи, даже кажущийся ласковым - но в нём не было ни капли тепла.
– Хорошо, что мне не нужно туда ходить. Я бросил школу. Теперь всё в порядке?
– Бля. Чон Ю Су, ты это серьезно? Ты гей? Между нами, блядь, что-то было?
– Нет… Мне самому от этого тошно.
Лицо Му Вона исказилось, будто от удара ножом. Под нахмуренными бровями глаза заметались в растерянности, а затем наполнились откровенной яростью.
Он же с ним согласился… так почему же снова злится? Ю Су больше не хотел об этом думать.
Он просто хотел, чтобы всё это закончилось.
– Деньги я обязательно верну. Но давай больше не видеться. Пока.
– Чон Ю Су, разве сейчас время так говорить?!
Ю Су, уже начавший отворачиваться после прощания, снова взглянул на Му Вона.
Едва заметные струйки дождя в какой-то момент внезапно превратились в настоящий ливень.
Двое, стоящие посреди улицы, мгновенно промокли до нитки. В потоках воды силуэт Ю Су расплывался, словно он таял.
– А что не так? Раз я взял твои деньги, то не имею права так говорить?
– Блядь. Я не это имел в виду.
– Давай, даже если встретимся, будем делать вид, что не знаем друг друга.
Поставив точку под дождём, Ю Су развернулся и стал спускаться по лестнице. За спиной гремел разъярённый крик Му Вона, но шаги не остановились.
Тёмная лестница, где суматошно мигала сломанная лампа, была точно дорогой в загробный мир.
Место, разделяющее жизнь и смерть. Спустившись туда, он больше никогда не увидит До Му Вона.
Может, так даже лучше. Давай считать, что я умер.
Тогда даже эти чувства, бушующие даже под холодным дождем, когда-нибудь остынут и исчезнут.
Слёзы не останавливались. Сколько бы он ни вытирал мокрые щёки тыльной стороной ладони, казалось, они останутся влажными навсегда.
Как только закрылась сломанная входная дверь, тело зашаталось. Пылающий жар свалил Ю Су на пол комнаты.
Даже когда он промокал насквозь, такого не было. А сейчас он задыхался.
И мир внезапно погрузился в темноту.
Разумеется, Ю Су, который не смог найти подработку и съёжился в комок, разбудил резкий удар по уху.
От пронзительной боли Ю Су открыл глаза, и всё, что заполнило его взгляд - это мать, чьё лицо побагровело от ярости.
– Ты! Твоя мать столько унижалась, чтобы дать тебе эту работу, а ты даже на паршивую подработку нормально не выходишь и валяешься здесь?!