Дорогой мой брат | Глава 34

Ши Юн осторожно пересел в кресло-качалку в гостиной и уставился на свой мобильный телефон. Это была новейшая модель, в которой единственным номером был номер его брата. Ему не нужно было ничего подобного. Вернее, ему вообще не нужен был телефон, ведь ему некуда было выходить и не с кем встречаться.

Долго смотрев на чёрный экран, Ши Юн коснулся его кончиками пальцев. Экран загорелся, и после нескольких нажатий появилось окно мессенджера. Там было сообщение от брата, что он будет дома через час. Когда бы брат ни уходил и ни приходил, это было его личное дело… Но стоило ему получить сообщение о том, когда примерно приедет брат, он начинал чаще смотреть на часы.

Брат был занят, как и полагается в конце года, и когда Ши Юн проснулся сегодня, брат уже ушёл на работу. Сейчас было далеко за 10 вечера.

Раньше он не был таким сонным, но почему-то после приёма лекарств его клонило в сон. Поскольку ему нечем было заняться, большую часть времени Ши Юн проводил во сне. Несмотря на долгий дневной сон, его веки отяжелели, и он зевнул.

Положив телефон на столик рядом, Ши Юн потянулся, вытянув обе руки над головой. Неудивительно, что всё тело затекло, ведь он только спал или сидел в инвалидной коляске или на диване. Он осторожно встал, держась обеими руками за подлокотники кресла, и почувствовал боль в обеих ногах. Как же он вообще сможет помыться?

Прошло уже три дня с тех пор, как Ши Юн приехал в дом брата. Всё это время он обтирался влажными полотенцами, но так и не принял нормальный душ. Ши Юн поднял руку и понюхал ее. Если бы он спал один, то ему было бы всё равно, если бы от него немного пахло, но после возвращения из больницы брат хотел, чтобы они обязательно спали вместе в его комнате.

Но это не означало, что у них были какие-то отношения. Они просто спали вместе, и ничего больше. Он не мог вечно обтираться влажными полотенцами, и он не мог попросить домработницу помочь ему помыться, поэтому ему нужно было помыться самому… Но поскольку у него болели обе ноги, а не одна, у него было слишком много ограничений.

Больше всего он хотел помыть голову. Он пользовался шампунем, который позволял мыть голову без воды, но ему хотелось помыться под тёплой водой. Домработница ушла, а брату ещё ехать около часа, так что он подумал, что неплохо было бы помыться.

Ши Юн ещё раз проверил сообщение от брата, в котором говорилось, что он вернётся домой около полуночи из-за корпоратива, и вместо того, чтобы сесть в инвалидную коляску или опереться на костыли, он решил передвигаться на четвереньках.

Когда растягиваешь связки, то достаточно просто перемотать эластичными бинтом, но с травмированной ногой дела обстояли сложнее. Чтобы избежать воспаления, пока он будет мыться нужно было наклеить водонепроницаемую повязку поверх пластыря, защищающего раны. Для начала нужно было найти эту водонепроницаемую повязку, а потом можно было просто сесть на пол в ванной и помыться.

Ши Юн нашёл аптечку в гостиной и без труда отыскал там водонепроницаемую повязку. Дальше всё пошло как по маслу. Ши Юн достал свою домашнюю одежду из гардеробной и заполз в ванную. Первым делом он снял бинты с обеих ног.

Тщательно наклеив водонепроницаемую повязку согласно инструкции, Ши Юн, как и прежде, медленно пополз в душевую кабину. В доме брата всегда было тепло, поэтому и в ванной было тепло, но такой судьбы не удостоился пол: поскольку он был холодным.

Ши Юн почувствовал облегчение от того, что спустя несколько дней на его голову полилась тёплая вода, и первым делом потянулся за шампунем.

Намылив голову шампунем трижды, а не дважды, и взбивая пушистую пену мочалкой с гелем для душа, Ши Юн почувствовал внезапный холодок и повернул голову в сторону двери.

– Юн!

Но из-за густого пара в душевой кабине снаружи ничего не было видно. Ши Юн не мог ни встать, ни открыть душевую кабину, но он услышал своё имя.

– Ах, да?

Уже полночь? Не может быть, но голос, который звал его, определённо принадлежал его брату, поэтому Ши Юн поспешно ответил.

– …

Услышав вздох и шум шагов, и увидев, как открывается дверь душевой кабины, Ши Юн в ужасе сжался.

– У тебя столько способов напугать человека.

Услышав это и увидев, как До Юн начал раздеваться, Ши Юн тихо пробормотал: "Я… я уже помылся", и опустил голову. Они с братом были физически близки, но это всегда происходило в темноте, и у Ши Юна не было возможности как следует разглядеть ситуацию или окружающую обстановку.

Одного взгляда на внезапно обнажившуюся грудь брата хватило, чтобы его сердце забилось быстрее. Ванная комната ведь не единственная, а голову он уже помыл, осталось только тело, и если бы ему дали всего несколько минут, он бы закончил. Но внезапно брат начал раздеваться, и он не мог унять дрожь кончиков пальцев.

– В чём дело? Мы уже видели друг друга в разном виде, делали всякое, а теперь вдруг стесняешься?

Звук расстёгивающегося ремня, а затем глухой звук падающей на пол одежды заставили Ши Юна заметно вздрогнуть.

– Мне… только тело, только тело нужно помыть.

– Ши Юн, ты правда не понимаешь, что я собираюсь делать?

Голос брата эхом разнесся по влажной ванной комнате. И вместе с ним вместо цветочного аромата шампуня и геля для душа свежий лесной аромат наполнил узкую ванную комнату.

– Ах!

Рука До Юна плавно скользнула от гладкой груди Ши Юна вниз к животу. Его рука искала не полустоящий пенис, а узкое отверстие под ним. Ши Юн был безвольно отдан во власть грубым прикосновениям, словно брат не прикасался к нему несколько дней.

Покусывая мочку уха Ши Юна, который дрожал от простых ласк, До Юн ласково прошептал:

– Держись крепче.

– Ах, да…

Ши Юн прислонился спиной к груди До Юна и придерживал травмированную ногу, чтобы она не погрузилась в вану. Хотя на ней и была водонепроницаемая повязка, он знал, что она подходит только для душа, но не для длительного купания в ванне.

– Ты же хотел помыться.

Ши Юн действительно хотел помыться, поэтому и пошёл в ванную, но он никак не ожидал, что окажется в ванне с До Юном. Более того, он вдруг почувствовал, как длинный палец проникает в него сзади. Несмотря на потрясение, его тело, уже предвидевшее такую ситуацию с того момента, как До Юн выпустил феромоны, немедленно начало реагировать даже на лёгкие прикосновения.

Вначале анус Ши Юна с трудом растягивался, чтобы вместить хотя бы один палец, но вскоре он легко принял три пальца До Юна. Когда пальцы проникали внутрь, проход гибко растягивался, а когда они выходили, сильно сжимался, исправно выделяя жидкость. С каждым разом, когда скользкая телесная жидкость и приоткрывающийся вход всасывали пальцы, вода неглубоко проникала внутрь, и Ши Юн продолжал всхлипывать.

– Ты такой чувствительный…

В голосе, шептавшем эти слова, сквозило удовлетворение. До Юн крепко обнимал Ши Юна за талию, а тот дрожал. Это отличалось от грубых и жестоких отношений, начинавшихся с того, что толстый член насильно разрывал его тело.

– Ах…

Сдавленный стон, похожий на мурлыканье, сопровождал набухание маленького члена Ши Юна.

– Как я могу позволить омеге, которому нравится, когда в него просто засовывают пальцы, уйти? Верно, Юн-а?

Кончик пальца До Юна, проникший глубоко внутрь Ши Юна, надавил на выпуклую точку и слегка повернулся, заставив маленькое тело задрожать.

– Я ещё толком и не начал, а ты уже собираешься кончить без разрешения.

Всё ещё покусывая мочку уха Ши Юна и вынимая пальцы из ануса, До Юн прижался теснее, так что его набухший член и головка выпирали между ног Ши Юна. Твёрдый ствол коснулся ануса, надавил на промежность и ударил в мошонку Ши Юна, заставив того невольно выгнуться.

"Он же говорил, что мы просто помоемся вместе… Что он поможет мне помыться."

Но эти слова Ши Юна так и не были признесены. Невольный стон вырвался из его губ, и в такт ему член До Юна стал быстро и сильно тереться об анус, промежность и мошонку, заставляя воду в ванне плескаться, а тело Ши Юна покачиваться. Ши Юн задыхался от удовольствия просто от того, что твёрдый ствол прижимался ко всем его чувствительным местам внизу.

Горя желанием принять член До Юна внутрь, Ши Юн, весь красный от возбуждения, почувствовал жар набухшего члена и ещё сильнее сжал руку До Юна. Так не должно быть, он знал, что так нельзя, но всё равно хотел, чтобы брат вошёл в него, как раньше. Если бы он не знал, что это такое, то никогда бы этого не захотел, но Ши Юн уже знал, и, чувствуя стыд, всё равно жаждал его. И До Юн не мог этого не знать.

– Ах… Хён… Хён.

Член До Юна не проникал внутрь, но сильно давил головкой на анус и быстро тёрся о промежность, заставляя стоны Ши Юна становиться всё громче. До Юн крепко обнимал его за талию, чтобы Ши Юна не унесло плещущейся водой, кончики пальцев Ши Юна, вцепившегося в руку До Юна, побелели.