Любовь и мир | Глава 87

Опять проблемы с водопроводом. Уже несколько раз приходили мастера, но течь не починили. Глядя на пол, залитый водой ещё до открытия крана, он цокнул языком. Хо Су не привык долго спать, поэтому сразу позвонил домовладельцу, который каждое утро будил его.

Похоже, они созванивались по этому вопросу уже раз пять. В прошлый раз мастер предупредил, что при повторении проблемы, возможно, придётся полностью заменить трубы. Он передал это хозяину, но в ответ услышал лишь наглость.

— Ай, живёшь же без проблем. Если снимать трубы, я не смогу оплатить. Платить должен студент.

— Но трубы износились, почему я должен платить?

— От пары капель дом развалится? Нет же. Вода ведь не совсем не идёт.

Хо Су вскипел и громко ругался в трубку. Старик ни за что не хотел оплачивать замену. Когда он уже поражался упрямству, Хён У, услышав крик, поморщился и открыл глаза.

— А, чёрт.

Раздражённо нажав на отбой, он спросил.

— Что случилось?

Голос Хён У осип. Хо Су тихо вздохнул и коротко объяснил ситуацию.

— Разозлюсь и съеду, вот и всё.

Договор на два года, до конца осталось три месяца. И без того надоевший старый дом. Раз уж решил уйти, можно было съехать быстрее. Деньги, накопленные после трудоустройства, позволяли увеличить залог. Он лишь надеялся, что трубы продержатся до того времени.

— А куда переедете?

— Не знаю. Найду поблизости что-нибудь нормальное.

Хён У, молча моргая опухшими глазами, смотрел, как Хо Су надевает верхнюю одежду.

— На работу?

— Ага.

— …Доставка в такое время?

— Да нет. Доставка - это просто подработка, когда скучно.

— Тогда куда?

— В школу.

— Ого. Вас взяли учителем?

Голос, который, казалось, тонул ниже уровня моря, вдруг вынырнул, как кит. Хо Су усмехнулся, увидев реакцию Хён У.

В голове всплыл голос, который насмехался: «Как с таким характером можно идти в учителя?» Хотя, кажется, это была не совсем такая фраза. Тогда Хён У был для него просто младшим, не особо интересным, но удобным в использовании, так что память отредактировала воспоминания.

Хо Су прямо ответил на вопрос.

— Не учитель. Тренер по лёгкой атлетике в начальной школе.

— Вау… Вроде не подходит, но подходит.

— Скажи что-то одно: либо ругань, либо похвалу.

Хён У, не переставая, без улыбки бросал слова.

— Вы любите детей?

— Не ненавижу. Если они не такие, как ты.

— Такие, как я, разве не милые?

— Не неси чушь, иди в универ.

Хо Су ответил резко, но внутренне почувствовал облегчение. Только через месяц такие обыденные разговоры перестали быть неловкими.

Теперь Хён У, казалось, больше не чувствовал неловкости, находясь рядом с Хо Су. Раз уж он заявил, что больше не любит, ожидать большого прогресса в отношениях было трудно.

Хо Су по-прежнему нуждался в Хён У, но не хотел навязывать свои чувства. Хён У был сильно ранен и ещё не полностью исцелился. Навязывать свои чувства в процессе восстановления было бы только во вред.

Впрочем, когда он был жадным? Как и раньше, сейчас ему было достаточно просто быть рядом.

Прошлой ночью Хён У, войдя в дом, сразу впился в губы Хо Су и не отпускал. Настойчиво кусал и ощупывал всё тело, будто обыскивал. Кожа горела, всё тело напрягалось до твёрдости и снова расслаблялось. Благодаря этому секс впервые за долгое время был удовлетворительным.

Хён У весь прошлый месяц, казалось, задался целью срывать злость и вести себя плохо, но по-настоящему подлых вещей не делал. Наверное, если бы Хо Су решительно отказался, он бы остановился.

Такова была его натура. Он холодно говорил с людьми и не обращал внимания на окружающих, но не умел быть по-настоящему жестоким с теми, кто в нём нуждался.

Поэтому, даже прижав Хо Су к двери и грубо ворочая его сзади, он никогда не хватал сильно за больную лодыжку. Если Хо Су показывал, что ему хоть немного больно, Хён У сам пугался и убирал руку.

Лодыжка уже давно не болела. Но Хён У не мог этого знать.

Когда после двух долгих заходов они переводили дыхание, Хён У сказал:

— У меня случилось происшествие в армии. Тогда у меня треснула правая лодыжка. Я долго не мог нормально ходить.

Говоря о прошлом, Хён У держался стойко, но по его словам можно было догадаться, какой сильной была тогда боль.

Лодыжка - важный мост, соединяющий человека с миром. Даже одна повреждённая лодыжка может обрушить часть моста и вызвать чувство изоляции.

Хён У не стал подробно рассказывать, как ему было тяжело и о чём он думал, а быстро сменил тему. Но Хо Су примерно понял, зачем он это сказал. Наверное, пока носил гипс, много раз вспоминал Хо Су.

Таким Хён У его знал.

Ночь стала глубже, и Хён У заснул первым. Он хотел спать на полу, но Хо Су силой затащил его на кровать и загнал в угол.

Тот сдался и свернулся. Хо Су повернул его плечо и посмотрел в затылок спящего. Он долго вглядывался в светлые волосы, которые в темноте казались тёмными.

Сон не шёл, и он сел. Длинная нога Хён У высовывалась из-под одеяла. Он долго смотрел на обнажённую правую лодыжку.

Его беспокоило, что Хён У пострадал за время их разлуки. Теперь он понимал, почему тот был таким жёстким. Причина была в наслоившихся болях.

Хо Су натянул одеяло и укрыл открытую ногу.

Оставив Хён У, который ещё не собрался, он вышел из дома первым. Дорога на работу стала привычной.

Небо было хмурым, казалось, вот-вот пойдёт дождь. Для старших классов ещё ладно, но для начальной школы тренировки на улице в плохую погоду запрещены. Тогда придётся перейти в спортзал и делить его с баскетбольной секцией.

Погода ухудшалась. До начала тренировки Хо Су занимался бумажной работой под шум дождя.

Приближались городские соревнования. Нужно было подготовить много документов и программ. К тому же дети переживали период роста, и почти каждую неделю приходилось записывать изменения тела и корректировать тренировки.

Глядя на стремительно растущие рост и вес, Хо Су заново осознал, насколько безответственного тренера встретил в старшей школе. Тогда не было причин резко сбрасывать вес, и если бы мышцы не ослабли, травмы можно было бы избежать.

Когда-то он не раз хватался за запястье от сожалений о прошлом, но теперь было иначе. Он решил, что, извлекая урок из чужой ошибки, не передаст её дальше. Трагедия, случившаяся с ним, стала полезным примером.

После обеда дождь не прекратился. Дети, которые любили бегать по стадиону, выглядели разочарованными. Вместо этого Хо Су поставил их в углу спортзала и заставил делать упражнения на гибкость.

Сегодня, как всегда, больше всех говорил Чун Ху. Он хвастался, как хорошо его ладони достают до пола, когда он наклоняется.

— Смотрите! Я первый по гибкости в секции!

— Ага. Ты не в гимнастику идёшь, так что хватит хвастаться.

— Мама говорит, что у меня только это и есть, раз я самый медленный в беге.

— Умереть захотел?

— Вон Чун Ху. Нельзя говорить друзьям «умереть захотел».

— Ладно…

Будучи всего лишь тренером, в такие моменты он чувствовал себя настоящим учителем начальной школы. Он сам постоянно ругался, но следил, чтобы дети не повторяли его слов, и показывал следующее упражнение.

После гибкости они перешли к стартовым позам. К концу тренировки дождь стих. Земля была мокрой и грязной, бегать было нельзя, но дети всё равно расстраивались.

— Хорошо бы послезавтра не было дождя.

— Почему?

— Мы с дядей идём в парк развлечений.

Чун Ху, сказав это, выглядел взволнованным, хотя и старался казаться обеспокоенным. Хо Су, слушавший их разговор, безразлично вмешался.

— Чун Ху, идти туда развлекаться - это хорошо, но соблюдай осторожность. Если поранишься, на следующей неделе не сможешь участвовать в соревнованиях.

— Я хочу!

— Вот поэтому и говорю, будь осторожен, балбес.

Хотя до парка развлечений было далеко, да и домой он ещё не вернулся, Чун Ху суетливо растёр руку. Хо Су, глядя на сообразительного ребёнка, тихо усмехнулся.

— Не тяни, иди быстрее, пока снова не пошёл дождь.

— Да! До свидания!

Повернувшись спиной к детям, которые гуськом выходили из спортзала, он вернулся в офис. Нужно было закончить дела, которые не успел вчера, уходя ровно по часам. Приближались последние в этом году соревнования по лёгкой атлетике. Хо Су смог спокойно встать только после того, как составил расписание.

Выйдя с работы позже положенного, он увидел, что солнце уже село и на улице темно. К тому же с недавних пор снова начался дождь. По дороге домой Хо Су размышлял, а вернувшись, сразу переоделся и снова вышел.

Тело всё ещё болело, он хотел отдохнуть, но не мог пренебречь доплатой за работу в дождливые дни. Натянул шлем, сел на мотоцикл. Решил работать только до полуночи и начал принимать заказы.

Около часа он ездил по дорогам под моросящим дождём, как вдруг пришёл заказ из кафе. Знакомое название, которое он избегал. Хо Су недолго думал. На этот раз вместо игнорирования нажал «принять» и сразу изменил маршрут.

Он толкнул дверь, на которую без навеса попадало много дождя, и вошёл в кафе. На стойке лежал упакованный пакет. Хо Су, не снимая шлема, взял его.

— Спасибо.

Хён У, занятый своими делами и не обращавший внимания, по привычке поблагодарил. За это короткое время Хо Су украдкой взглянул на его лицо. Хён У, который, по его словам, не мылся два дня, выглядел измождённым. Плечи опущены, и он даже зевал, отворачиваясь.

Хо Су, не издавая звука, кивнул и вышел.

Пункт назначения был неблизко, и он ехал под дождём больше десяти минут. Оставив доставку у двери на высоком этаже, он достал телефон, чтобы отправить уведомление, и увидел сообщение, пришедшее, видимо, сразу после его отъезда.

[Чон Хён У

Дождь, опасно, езжайте домой]

Хо Су стоял на месте и моргал, глядя на сообщение. Он же не сказал ни слова, как тот узнал его? Он безразлично написал ответ. Ответ от Хён У пришёл не сразу, видимо, из-за работы.

[Ты обо мне волнуешься?]

[Чон Хён У

С чего бы?]

[Не идёт тебе быть резким, прекращай]

В ответ Хён У прислал только одну уродливую собачью эмодзи. Глядя на собаку, показывающую язык, Хо Су цокнул языком.

[Шлёшь всякую ерунду]

[Ты не устал?]

[Завтра дам одежду, приходи поспать]

Пришлось терпеливо ждать ответ от человека, занятого на работе. Только после двух заказов пришёл ответ с большим пробелом.

[Чон Хён У

Сегодня правда надо домой

Нельзя часто ночевать вне дома]

А ведь раньше он без предупреждения ночевал где попало, и получать выговор по телефону было обычным делом. В последнее время Хён У чаще возвращался домой, даже если едва успевал на последний автобус.

Он вспомнил утро. Вчера, если бы не планы, он видел, как Хён У лежал на кровати и звонил маме, пока Хо Су обувался, чтобы идти на работу. Он даже слышал, как Хён У извинялся, что не предупредил, и закрыл дверь.

Хотя у него хорошие отношения с семьёй, он не казался зависимым. Хо Су хотел спросить, не случилось ли чего дома, но это было не его дело. Поэтому он не стал настаивать и просто ответил «понял». После этого разговор снова оборвался.