Суицидальная атака | ГЛАВА 37
Перевод выполнил ТГК 𝖒𝖆𝖗𝖎𝖘𝖘𝖘𝖍𝖆 𝖓𝖔𝖛𝖊𝖑𝖘
Прошло полчаса после того, как они покинули ресторан. Из-за снега и зомби не было времени разглядывать вывески, поэтому группа зашла в одно из зданий и устроилась в банке на втором этаже.
В банке остались лишь кровавые следы, но ни людей, ни зомби не было. Му Вон уложил Ю Су на более-менее уцелевший диван.
Несмотря на обеспокоенный зов, в ответ раздался лишь болезненный стон. От лихорадки бледная кожа Ю Су полностью покраснела.
Стиснув зубы, Му Вон достал из кармана смятую коробку с жаропонижающим.
Го Рак, забаррикадировав дверь и вернувшись, спросил растерянным голосом:
– Почему она в таком состоянии?
И неудивительно. Коробка, раздавленная армейским ботинком, была в таком же плачевном состоянии, как и её содержимое: из восьми капсул, что должны были лежать в блистере, осталось лишь три.
Причём одна из них была в непригодном для употребления состоянии из-за разорванной упаковки, в которую просочилась кровь, так что, по сути, осталось всего две.
Му Вон ответил с недовольным выражением лица:
– Всё до последней таблетки? Вообще ничего не осталось?
– Эй, придурок, ты разве не знаешь? Похоже, военные всё подчистую смели. Мне даже это удалось кое-как найти.
Изумлённый Го Рак на мгновение задумался, а затем проговорил с ноткой вины:
– Я отвечаю за эвакуацию гражданских… Но, кажется, у какой-то команды было другое задание.
– Начальник, успокойтесь. У нас хотя бы две таблетки. Сначала нужно заставить его проглотить.
– Верно, - пробормотав это, Му Вон приподнял лежащего Ю Су, прижав к себе, вложил таблетку в рот и осторожно влил воду.
Наблюдавшая за этим Хви Ын тихо сказала:
Широкая ладонь Му Вона медленно погладила гортань Ю Су. Прижатый к груди Ю Су пылал даже сквозь одежду. Кожа под пальцами была обжигающе горячей.
В тот момент, когда все с тревогой наблюдали, удастся ли ему проглотить лекарство…
Ю Су резко сжался и выплюнул воду вместе с таблеткой. Прежде чем Му Вон успел подхватить её, жаропонижающее окрасилось в красный цвет, впитав кровь, скопившуюся на полу.
Ю Су, захлёбывавшийся кашлем, больше не имел сил даже на это. Он задрожал и обмяк.
Пока Му Вон похлопывал его по спине, Го Рак поднял упавшую таблетку и, с отвращением, покачал головой.
– Она уже испачкалась, так что, кажется, не сгодится…
Таблетка, размоченная в чём-то - то ли кровь человека, то ли зомби - рассыпалась между пальцами Го Рака.
Теперь осталась всего одна. И неизвестно, сможет ли он проглотить её в следующий раз.
– Что же делать? Если он снова поперхнётся, это будет настоящая беда.
На обеспокоенные слова Хви Ын Му Вон легонько коснулся щеки Ю Су.
– …Чон Ю Су, очнись. Тебе нужно принять лекарство.
Однак у Ю Су лишь дрожали веки.
Му Вон был на грани безумия от тревоги.
Как бы я ни злился, я не должен был уходить от него. Тогда тому мужчине не пришлось бы погибнуть, защищая Чон Ю Су. А из-за этой смерти Чон Ю Су не потерял бы рассудок, за который едва держался.
Знал, что Чон Ю Су - человек, который не может бросить других в беде.
Что он - тот, кто охотно делится тем, что имеет, и не отворачивается от тех, кому тяжело. Что он принимает это с готовностью, даже когда его собственное положение ухудшается… До удушья альтруистичный парень.
Он знал, что это его природа, поэтому не мог оставить его. Поэтому, когда услышал историю о «петле», он просто частично поверил ему и не стал зацикливаться. Он решил, что у лжи есть своя причина.
Он не хотел, чтобы всё пришло к этому.
В наступившей тишине слышалось лишь слабое, прерывистое дыхание.
– Как насчёт того, чтобы растворить таблетку в воде и давать понемногу?
– Это, наверное, возможно… Но эффект будет слабее, верно?
Осталась всего одна таблетка. Если эффект ослабнет, в итоге потребуется ещё лекарство. Немного подумав, он отпустил Ю Су и резко встал.
– Вы дайте Чон Ю Су лекарство и будьте рядом.
Испуганная Хви Ын схватила Му Вона за рукав, а Го Рак тоже быстро вскочил, чтобы перегородить ему путь.
– Это абсолютно невозможно. На улице снегопад, темно и ничего не видно. Как вы туда пойдёте?
– Другого выхода нет, чёрт возьми. Я должен что-то сделать.
– …Не делайте этого. А, может, попробуем народное средство? Я слышала, что если протирать тело влажным полотенцем, то при испарении воды уходит и жар?
– Да. Если температура спадёт, он может прийти в сознание, и тогда мы сможем дать ему лекарство.
Го Рак быстро достал бутылку с водой и передал её, а Хви Ын разорвала одежду на куски размером с полотенце.
– Теперь снимите с помощника одежду.
На тихий зов головы всех троих одновременно повернулись.
Му Вон, мгновенно подойдя, снова обнял Ю Су и осторожно приподнял его, положив к себе на грудь.
Беспокойство в его голосе было трудно скрыть.
– Чон Ю Су, я здесь. Что случилось?
Подошедшие Хви Ын и Го Рак тоже затаили дыхание, полностью сосредоточившись.
Подождав немного, губы, покрасневшие от жара сильнее обычного, приоткрылись, и прозвучали слова…
Го Рак, который до этого лишь вращал глазами, встретился взглядом с Хви Ын и резко встал.
– Я, пожалуй, поищу в банке. Так что вы можете поговорить.
– О чём нам разговаривать, чёрт возьми? Куда ты? Эй, ты куда идёшь?
– Джу Хви Ын, ты не вернёшься?
Услышав эти, сказанные сквозь стиснутые зубы, Хви Ын, которая уже почти вышла, лишь слегка высунула голову и быстро ответила:
– Я ведь не могу видеть помощника голым, так что в любом случае мне нужно выйти. Начальник, пожалуйста, сделайте что-нибудь.
– Эй. Ну и ладно, только посмотрите, что они вытворяют…
Обе фигуры уже исчезли в направлении касс. Му Вон уставился на аккуратно закрытую дверь и вздохнул.
Затем он подхватил тело Ю Су, которое, лишившись сил, продолжало сползать вниз. Но поскольку поза всё равно выглядела неудобной, он усадил его к себе на бедро лицом к себе и обнял.
Огрубевшие кончики пальцев слегка коснулись бледной щеки.
– …Почему ты плачешь, Чон Ю Су?
Пальцы коснулись горячих слёз и впитали их. Из-под сомкнутых век начали постепенно накапливаться слёзы, и Му Вон нахмурился.
Ю Су продолжал беззвучно шевелить губами, но не мог издать ни звука.
Сукин сын. Он даже не понял, что поступил неправильно.
Не сумел сдержать себя, разбушевался и в итоге только причинил боль.
Боясь, что если он будет продолжать трогать, то глаза распухнут, Му Вон не мог ни вытереть слёзы, ни просто оставить их, и колебался.
Тем временем слёзы, которые лились словно из неиссякаемого источника, постепенно прекратились.
Сделав глубокий вдох, Му Вон начал расстёгивать пуговицы на рубашке Ю Су.
За рубашкой показалась бледная грудь, а после раскрасневшаяся от жара.
Вплоть до живота, на котором не было ни грамма жира, и только сухие мышцы.
Как он умудрялся держаться до сих пор с таким телом?
Коротко выдохнув, Му Вон протёр влажной тряпкой лоб, глаза, щёки и уши Ю Су. Ю Су, которому не нравился холод, отвернул голову и сморщился.
Тон Му Вона был гораздо спокойнее, чем обычно, и наполнен успокаивающей интонацией, которая удивила бы любого, кто бы это услышал.
Он осторожно убрал волосы со лба и провёл влажной тряпкой по шее Ю Су.
Когда он провёл по чёткой линии ключицы, тряпка уже стала тёплой. Снова смочив и отжав её, Му Вон на этот раз протёр плечи Ю Су, а затем грудь.
Когда тёплая тряпка скользнула по раскалённой груди Ю Су, слегка приподнялись розовые соски, придавая им больше цвета.
В тот момент, когда Му Вон придержал за предплечье Ю Су, который рефлекторно пытался сжаться в комок, он глубоко просунул руку, коснулся его бока и провёл ладонью вдоль линии талии.
Ю Су резко вздрогнул, выгнул поясницу и прикрыл бок рукой. Его напряжённое тело наклонилось наружу, словно пытаясь вырваться из объятий Му Вона.
Однако сопротивление было секундным. Вероятно, из-за озноба, Ю Су задрожал и бессильно обмяк. Из-за этого он оказался повёрнут к Му Вону спиной и свесился наружу.
Его гибкое тело даже в такой момент сохраняло изящные очертания.
Когда Му Вон увидел, как влажные каштановые волосы прядями прилипали к шее, покрасневшей до нежно-розового оттенка, его сердце внезапно затрепетало.
Он импульсивно нежно погладил кончики волос, а затем приблизил кончик носа к уху Ю Су. Чон Ю Су напоминал оленя, которого схватили за загривок.
Горячее дыхание Му Вона почти касалось уха, которое было ещё горячее.
Му Вон родился в семье магната и ни разу в жизни не ухаживал за больным. Но сейчас он медленно поглаживал спину Ю Су, успокаивая его, и говорил самым нежным голосом, на который был способен.
– Чон Ю Су, всё хорошо… Это я.
Ему самому казалось смешным, что он, которого называли «сукиным сыном», пытался успокоить его словами «это я».
Ещё смешнее было то, что тело Ю Су, словно по волшебству, обмякло.
Наоборот, Ю Су медленно повернулся и зарылся в объятия Му Вона. Словно раненый зверёк, ищущий безопасное место, он первым делом спрятал голову.
Ощущение было странным. Сердце то болело, словно его кто-то ударил, то, наоборот, щекотало. Должно быть, потому, что Чон Ю Су никому не показывал свою слабость, и Му Вон впервые за очень долгое время смог украдкой увидеть его в таком состоянии.
Му Вон, сам того не замечая, погладил ладонью спину Ю Су, лопатки, а затем позвоночник, и вдруг замер.
Му Вон мысленно проклинал себя примерно тридцать секунд, и только тогда смог выровнять дыхание.
Сжав и разжав кулак, он слегка приподнял рубашку Ю Су и начал протирать его спину влажной тряпкой.
Даже сквозь тряпку линия позвоночника отчётливо ощущалась ладонью. Ю Су на его груди вздрагивал, но в этот раз не сопротивлялся, как раньше.
Перевернув Ю Су, Му Вон протёр его впалый живот и едва видневшиеся тазовые кости, после чего снова сунул тряпку в бумажный стаканчик.
Может, потому, что под ладонью постоянно ощущалась мелкая дрожь? Жар был явно у Ю Су, но в какой-то момент затылок Му Вона тоже стал горячим.
Он раздражённо потёр затылок и начал обмахивать ладонью лицо и тело Ю Су, чтобы тот остыл.
Похоже, вода действительно испарялась, и температура тела Ю Су немного снижалась, поэтому Му Вон снова потянулся за влажным полотенцем.
– Чон Ю Су. Ты в сознании? Хочешь воды?
Ответом стали не слова, а странное ощущение на шее.
Му Вон, застыв от пробежавших по коже мурашек, повернул голову и увидел лицо Ю Су.