Под багряным небом | Глава 35. Сыворотка правды

В кабинете, обставленном роскошной мебелью, витал густой аромат дорогих сигар и играла необычная музыка, напоминающая скорее западный стиль, чем японский. Это была классика, которая довольно часто проигрывалась в этом месте, и человек, слушающий её, знал наизусть, какой аккорд пойдёт дальше.

Пожилой мужчина, что сидел напротив панорамного окна, глубоко погрузился в собственные мысли, по его лицу так и не угадаешь, о чём тот думает. Оно просто ничего не выражало: ни агрессию, ни печаль, ничего. В одной руке он крутил сигару, а в другой руке держал фотографию своей покойной дочери.

Это был старый снимок, давно потерявший свой первоначальный вид. Уголки его давно истрепались, а в некоторых местах были видны царапины и грязные разводы. Мужчина всматривался внимательно в лицо взрослой женщины и думал о чём-то своём.

̶  Каори, Каори, я же предупреждал тебя о том, что твои высокие моральные принципы никому не нужны. Ты меня не послушала, теперь твой отпрыск такой же, как и я, - его тон не был похож на сочувствие или печаль, он был похож на усмешку.

Мужчина глубоко затянулся, и выпустил огромный клуб дыма. Докурив до конца, он затушил сигару об лицо женщины с фотографии. Теперь в кабинете стоял не только табачный запах, но и гари. Он выкинул снимок в мусорное ведро и расположился удобнее в кожаном кресле, скрестив руки между собой.

В какой-то момент он стал набивать пальцем по столу такт классической музыки, которая едва слышно играла. Из раздумий его вывел стук в дверь. Он выпрямился и дал краткий приказ:

̶  Входи.

В кабинет зашёл мужчина средних лет. Он был невысоким и худощавого телосложения. Он был одет в дорогой костюм, который буквально кричал о занимаемом им высоком положении. Он кратко поприветствовал:

̶  Здравствуйте, председатель Накамура.

̶  О, Курода Юкио, давно не виделись. Как поживал всё это время?

̶  Да, давненько. Всё хорошо, бизнес постепенно растёт. Я надеюсь, что Вы придёте на одно мероприятие, которое я устраиваю в пятницу.

̶  В пятницу… посмотрим, я свяжусь со своим секретарём и узнаю детали своего расписания.

̶  Я заметил, что вы сменили своего секретаря?

̶  Да, тот парень оказался слишком бесполезным, к тому же он совал свой нос, куда не надо.

̶  А? Но он же работал у вас достаточно долго и вдруг оказался таким, - мужчина почти перешёл на шёпот.  ̶  Вы уверены, что всё будет в порядке?

̶  Брось, да кто осмелится? Сколько уже я заправляю этим местом? Лет 30-35, наверное. Моя собственная дочь не смогла это предотвратить, учитывая, что у неё явно было преимущество. Так, кто ещё?

̶  Ну, например, ваш внук?

̶ Кто? Юки? – мужчина разразился хохотом, его это действительно насмешило.  ̶  Пока он не знает, какая тёмная история за этим стоит, он даже не посмеет снять с себя оковы.

̶  Ого, что же Вы такого сделали?

̶  Меньше знаешь, крепче спишь.

Мужчина решил, что лучше не затрагивать эту тему, поэтому решил изменить направление разговора:

̶  Кстати, как он поживает?

̶  Он-то… хм… в последнее время немного отлынивает, поэтому я решил его немного проучить, чтобы знал своё место. Кстати об этом, за помощью я обращался к твоему сводному брату, передай ему мои слова благодарности, он отлично справился.

̶  Да, я слышал от него, что у Вас была личная просьба, но не знал, какого характера. Но когда он рассказал, я был в таком шоке, Вы просто беспощадны! – мужчина специально подыгрывал, чтобы умаслить председателя.

̶  Похоже, мне придётся наказать твоего сводного брата, чтобы меньше трепался, - с угрозой произнёс пожилой мужчина.

̶  Ну что вы, что вы, мой язык за зубами. Вы же меня знаете, я всегда о подобном молчу. Я к вам по делу пришёл.

̶ Что за дело? – мужчина со скучающим выражением посмотрел на него и продолжил набивать такт музыки, которая не переставала играть.

̶  Вы слышали что-нибудь о Ямао Митцуо?

̶  Нет? Этим должен был заниматься Юки, но в последнее время от него нет известий.

̶  А? Вы не знаете? Мой сводный брат сказал, что он пропал несколько дней назад.

̶  Что ты сказал?!

Мужчина закричал и встал со стула, его руки сжались в кулаки, будто он собирался прямо сейчас ударить кого-то.

̶ Сакура, вставай, сейчас уже практически ночь на дворе! – парень потряс девушку за плечо.

̶ Рю… почему ты так жесток со мной? А можно нежнее как-нибудь? – девушка, потягиваясь, открыла сонные глаза и посмотрела на своего парня.

̶  Ты опять сутки просидела за играми? Что с тобой не так?

Парень прошёлся губами по её лбу, постепенно спускаясь к её гладкой щеке. Это были лёгкие и ласковые поцелуи, которые ей очень нравились.

̶  Рю…

Она потянулась к его шее, чтобы заключить в свои объятия. В последнее время ей было очень неспокойно. Смерть Тхэсина ударила практически по всем, даже по такому человеку, как она. Хоть она и не была с ним близко знакома, но её настолько это шокировало, что не давало сомкнуть глаза.

Сакура обняла парня и прижалась к нему сильнее, чтобы высказать все накопившиеся переживания.

̶  Что теперь будет с нами?

Парень не отвечал, так как сам не знал ответа на этот вопрос. Беда, которая затронула их в том числе, никому не давала покоя. Но он знал, как разобраться в ситуации.

̶  Сакура, скажи, ты доверяешь Аки?

̶ Хм? Конечно же, доверяю. Ты взгляни на парня, он хоть и неэмоциональный планктон, но всё-таки человек, на которого можно положиться.

̶  Нет, ты меня не понимаешь. Я имею в виду, ты доверяешь ему настолько, что готова продолжать идти за ним дальше?

Рю взглянул в глаза девушки. В его взгляде читался серьёзный тон, который заставил Сакуру почувствовать себя неудобно.

̶  В чём дело?

̶  Подумай, если мы и дальше пойдём за ним следом, то есть вероятность, что потерь будет куда больше, чем один Тхэсин. Что, если убьют меня или тебя? Как ты отнесёшься к этому?

Сакура посмотрела на него серьёзным взглядом, как будто уже знала ответ на этот вопрос.

̶  Ты боишься? Рю, сколько я могу тебе повторять, наша жизнь и так была в дерьме, и поверь, ничего не изменится даже после смерти. Если умрёшь первый, я обязательно последую за тобой. То, что мы прожили так долго, уже о многом говорит. Неизвестно, сколько нам ещё удастся держаться на плаву. С Аки или без него.

̶  Хорошо, ты права.

Рю стал продолжать осыпать поцелуями лицо девушки, постепенно спускаясь к шее.

̶  Стой! Ты хочешь сейчас? Давай лучше не будем это делать, я, правда, не в настроении! – девушка начала его отталкивать.

̶ Да, но я знаю, как тебе его поднять, - парень взглянул на девушку с непреодолимым вожделением.

̶  Ну, попробуй, ха-ха.

̶  Юки, давай положим здесь конец нашей и Тхэсина печальной истории и сделаем шаг к новому началу?

Внезапно он встал и выпрямился и очень отчётливо произнёс во весь голос:

̶  Позволь мне представиться заново. Приятно познакомиться, я Эйджи Юичиро.

Между ними воцарилась тишина, причём было настолько тихо, что можно было услышать звук падающей булавки, и даже ветер не был помехой. Юки закрыл своё лицо ладонью. Эйджи подумал, что сильно шокировал его, но вдруг заметил, как его плечи затряслись.

̶  Эй, что с тобой?

Как только прозвучал вопрос, Юки захохотал так громко, что это можно было услышать на другом конце мира. Эйджи стоял в полном замешательстве, не понимая, почему у того такая реакция.

̶  Охренеть! Это восстание из мёртвых? У тебя просто классная шутка, нет серьёзно, я чуть было не поверил в это. Ещё так серьёзно об этом говоришь…

Тут его Эйджи перебил на полуслове:

̶  Блять, я серьёзно!

Юки взглянул на него с недоверием, будто пытался прочитать по его лицу, правда это или ложь. Но когда он начал сопоставлять все факты, и постепенно пазл в его голове стал складываться воедино.

̶  Но как? Как такое возможно? Неужели ты меня… - он понизил голос до шёпота, но Эйджи так и не смог услышать его бормотание. Он уселся рядом с ним и продолжил объяснять:

̶  На самом деле, я и сам не понимаю, как так получилось. Мы встретились с тобой в институте, и ты, и я ничего друг про друга не знали. К тому же ты ещё и первый заговорил со мной.

̶  Знаешь, у меня в голове появилась одна мысль, когда мы с тобой познакомились: тогда я подумал, что тебе действительно подошло бы имя Эйджи Юичиро. Но чтобы ты оказался им…

Юки выглядел шокированным. Он прижимал ладонь ко рту и смотрел перед собой, будто пытался осознать реальность это или нет.

̶ Да… Ты тогда сказал, что мне это имя не подходит. Знаешь, за все тринадцать лет, пока я скрывался, я ни с кем не сближался, потому что в этом не было особого смысла. Когда я узнал, что ты и Джон знакомы, у меня появились подозрения, что ты можешь почувствовать, что что-то не так, но оказалось, ты глупее, чем я думал.

̶  То есть ты и Джон дурачили меня, как могли?

̶  Не только он, тётушка Лань в том числе, – Эйджи едва улыбнулся.

̶  На самом деле у Тхэсина были кое-какие догадки. Он как-то раз подошёл ко мне и спросил, не странно ли то, что ты совсем не похож на свою мать, причём не только внешне, но и по характеру.

̶  Ха… Он действительно был умным малым.

̶  Получается, ты всё это время жил с ней? Её имя, Азуми Ито, настоящее?

̶ Да, она решила взять опеку надо мной, так как её настоящий сын умер, решив взять опеку надо мной.

̶  Жестоко…

̶ Возможно? Я не могу понять её чувств, я не знаю, что такое родители и как могут складываться семейные отношения…

Юки взглянул на него и заметил, что его глаза были полны самой настоящей глубокой печали. Его взгляд был таким же, как тогда… в детстве…

«Хоть ты и не понимаешь, но тебе явно больно».

Он вспомнил о его шрамах на запястье и понял, почему они были сделаны. Эйджи был ребёнком, который с самого начала не знал, что такое любовь и тепло, он также не понимал, что такое боль. Хоть Юки и не знал всех подробностей его детства, но прекрасно понимал его чувства.

̶ Как ты жил всё это время, пока не встретился со мной? – поинтересовался Юки.

̶  Хм, обычно? Мы скрывались с тётушкой Лань, переезжали с места на место, меняли имена, школы, бывало и внешность. Я следовал тому, что знал с детства. Мне ни к кому нельзя привязываться, и пытаться завести с кем-то близкие отношения тоже нельзя. Я жил как призрак.

Эйджи думал, что тот его не поймёт, но Юки понимал его, как никого другого. Слова, услышанные в детстве, значение которых они не понимали ещё детьми, но смогли познать на собственном опыте. Только разница была в том, что Юки познал их ещё много лет назад, а вот Эйджи совсем недавно.

̶ Хорошо, тогда у меня к тебе просьба: не рассказывай остальным, мы ещё не знаем всех обстоятельств смерти Тхэсина, а раскрытие личности может ещё больше усугубить положение.

̶  Да, среди нас может быть и предатель.

Их взаимное молчание вызывало у каждого разные ощущения. Юки погрузился полностью в свои размышления, и ему было нечего сказать, но вот с Эйджи всё наоборот.

̶  Юки, насчёт того, что сказал Ямао Митцуо. Если честно, я многого не знаю. Я был в неведении ещё с самого детства и не знал, чем занимались мои родители…

Юки ничего не отвечал и продолжал хранить молчание. Затем он встал на ноги и направился к дому.

̶ Я подумаю, что нам делать дальше, а потом скажу тебе. А, кстати… - он остановился и взглянул на Эйджи через плечо.

̶  Приятно познакомиться, Эйджи.

Он сказал это и направился к дому, а Эйджи продолжал смотреть в его удаляющуюся спину. По какой-то причине он чувствовал облегчение, будто за долгое время выговорился. Ему понравилось это ощущение, маленькое чувство свободы от оков, которые сковывали его долгое время.

Когда Эйджи вернулся в дом, он наткнулся на Сакуру, которая на кухне что-то искала в шкафчике. Он наблюдал за ней и увидел, что она вытащила бутылку алкоголя. Девушка заметила его присутствие и спросила:

̶  Эй, Аки, не хочешь выпить со мной и разделить дерьмовое настроение?

Эйджи решил не отказывать и принять её предложение, к тому же он хотел обсудить с ней одно дело.

Когда они зашли в комнату, где временно располагались Сакура и Рю, девушка разлила напиток по стаканам. Они даже не чокались, а просто стали пить. Эйджи решил первым заговорить:

̶  Сакура, вы сделали с Рю всё возможное, и мы за это вам очень благодарны, но почему вы продолжаете оставаться здесь?

̶  Вот об этом я и хотела с тобой поговорить.

̶  А? Что-то не так?

̶  Нет, смерть Тхэсина была большим ударом, хоть мы часто ругались с ним, но он был здравым малым. И знаешь, мы сегодня с Рю обсуждали, чем будем заниматься дальше, и приняли решение, что останемся здесь.

̶ Что?! – Эйджи не ожидал такого ответа. – Но вы должны понимать, на что идёте.

̶ Да, мы знаем и всё взвесили. Знаешь, Аки, наши жизни и так всегда были лишены свободы. До двадцати лет мы жили подобно сорнякам, но вне стен детского приюта оказалось не так весело. Какая разница, умрём мы здесь или там? К тому же, нам же надо навалять тем сучарам за Тхэсина, да?

̶  Да, ты права. Сакура, я благодарен вам за это.

̶  Ой, не думай, что это всё из-за тебя. Это ради того парнишки, хоть он меня и бесил, но такой собачьей смерти не заслужил.

̶  Ты нечто, - Эйджи тихо рассмеялся.

Сакура вздрогнула, так как не ожидала на этом каменном лице увидеть такую эмоцию.

«Этот парень, что с ним вдруг случилось?»

Они пили и разговаривали о многих вещах. По мере того как градус рос в их телах, Сакура всё больше рассказывала откровенностей о своей жизни.

̶  Сакура, почему ты сегодня так много рассказываешь о себе?

̶  А? Ты не знал, что алкоголь – это лучшая сыворотка правды?

̶  Нет, впервые об этом слышу.

̶  Вот когда напьёшься до такой степени, как я, тогда и поймёшь.

Спустя ещё время Сакура напилась до отключки, и в комнату зашёл Рю, который был сильно удивлён увиденному зрелищу. Эйджи понял, что их лучше оставить наедине, поэтому, выйдя из спальни, он направился в сторону своей комнаты.

Пока он шёл, то столкнулся в коридоре с другим человеком, его вид был совсем иным: растрепанные густые чёрные волосы, лёгкая белая рубашка, которая была явно ему больше по размеру, а в руках виднелся дорогой алкоголь. Юки посмотрел на бутылку в руке и спросил:

̶  Будешь?

«Похоже, сегодня у всех дерьмовое настроение, что они  тянутся за бутылкой», - подумал Эйджи.

Он решил выпить с ним, ведь теперь у них есть темы для разговора, а также ему хотелось выяснить, что Юки удалось надумать.

Эйджи кивнул, и они вошли в комнату Юки. Эйджил сел на диван, а Юки разлил алкоголь по бокалам, затем достал пачку сигарет сигарет и закурил.

«Снова он курит», - заметил Эйджи.

Он сделал глоток своего напитка и почувствовал горечь во рту, такую сильную, что немного зажмурился.

̶  Ты всегда пьёшь такие крепкие напитки? Этим можно споить кого угодно.

̶ У меня слишком высокая толерантность к алкоголю, натренированная годами. Я от этого не опьянею, даже если выпью полбутылки в одиночку.

«Получается, он не только зависимый от никотина, так ещё и алкоголик, тяжёлая у него жизнь».

̶  Почему ты много пьёшь и куришь?

̶ Ха… - Юки томно вздохнул и посмотрел на Эйджи непонятным взглядом. – Потому что только так я не чувствую головную боль и мне не снятся кошмары.

Эйджи был прав, всё-таки даже у такого человека, как Юки, были вещи, которые выбивали из колеи. На самом деле, как бы ни был силён человек, у него всегда будут слабости. Эйджи тоже имеет слабость - это боязнь пустоты. Он не знает точное название этого чувства, поэтому привык её называть «пустотой», ведь именно так она ощущалась.

По мере того как они пили, градус в теле Эйджи с каждым бокалом стремительно повышался.

̶  Кстати, Рю и Сакура решили остаться.

̶  Они разве понимают, на что идут?

̶  Да, это их взвешенное решение. Сакура сказала, что им всё равно, умрут они здесь или вне стен этого дома.

̶  Похоже, что их тоже душит эта реальность.

Юки верно подметил. Всех, кто находится в этом доме, душит реальность происходящего. Эйджи был не согласен с этим утверждением, пока не попал сюда и не познакомился с Тхэсином. Изначально его волновал секрет, который спрятан за смертью родителей, но теперь его волновала и судьба находящихся здесь людей.

Спустя время, Эйджи становился всё пьянее и пьянее.

̶  Юки, как ты думаешь, как мои и твои родители связаны?

̶  Если честно, я и сам этого не знаю. Мне кажется, что дедушка в курсе. Это даже странно, что мои умерли через год после твоих.

Дата смерти в данном случае не так важна, здесь имеет большое значение лишь то, что есть общее связующее звено в этом деле – Тэдэо Накамура. А дата смерти лишь укрепила некоторые догадки Эйджи, но он не стал их озвучивать, чтобы лишний раз не травить душу своему собеседнику.

̶  Эйджи, ты что-нибудь помнишь о своём детстве?

̶  Ага, я помню самую малость. Каждый мой божий день был похож на дерьмо, - из-за того, что Эйджи был пьяным, он сам не заметил, как начал ругаться матом. – Меня каждый день дрессировали. Ты знаешь, я даже не могу вспомнить день, когда я был счастлив.

Юки понял, что Эйджи стал слишком разговорчивым из-за алкоголя.

̶  О нет! Я помню один день. Я тогда сбежал из дома!

̶  Побег из дома?

̶  Да-а, я тогда ещё встретился с наглым мальчишкой, с которым проводил «день обычного ребёнка», он водил меня на пляж, потом мы вроде бы в парке сидели. Я не помню, как он выглядел и о чём мы разговаривали, но этот день был лучшим.

«Значит, ты всё-таки меня помнишь», - подумал Юки и легонько улыбнулся.

Эйджи сам заметил, как стал поразительно разговорчивым, и вспомнил слова Сакуры о том, что алкоголь – лучшая сыворотка правды. Теперь он понял, что она имела в виду.

̶  И что с тем мальчиком?

̶ А, с ним? Я всегда думал, что нам с ним не по пути, я хотел, чтобы он не помнил меня, но чтобы я мог запомнить его. А получилось так, что не помню ни его имени, ни его лица, только поблёкшие воспоминания, и то с годами они забываются.

«Ты не поверишь, но он помнит тебя», - мысленно продолжал Юки.

Наступило молчание, и через какое-то время Эйджи уже спал на кожаном диване. Юки заметил это и перенёс его на плече до своей кровати. Он сел на край и внимательно наблюдал за спящим парнем, который уже, наверное, видел десятый сон.

Он видел, как ресницы Эйджи подрагивают, а губы сжимались и разжимались, сейчас он выглядел слишком милым. Юки взглянул на его запястье, где до сих пор виднелись старые шрамы, они не давали ему покоя.

̶ Я знаю, что тебе было больно, иначе ты не стал бы резаться, – сказал шёпотом Юки, продолжая осматривать его спящее лицо. Он провёл костяшками пальцев по его щеке, и тот немного поморщился, будто ему что-то мешало.

Юки вышел из комнаты, а Эйджи продолжил спать на его кровати безмятежным сном.

Следующая глава