Хозяин брошенной омеги | Глава 66
Перевод выполнил ТГК 𝖒𝖆𝖗𝖎𝖘𝖘𝖘𝖍𝖆 𝖓𝖔𝖛𝖊𝖑𝖘
Той ночью Му Джон вытащил спящего под кроватью Джу Бина, и без лишних слов раздвинул его ноги. Он вторгся своим возбужденным членом ещё до того, как тот как следует увлажнился. Джу Бин стиснул зубы, терпя боль от грубого и внезапного проникновения. Но, как всегда, если перетерпеть первые жёсткие толчки, внутренние стенки естественным образом расслабляются. В конце, как обычно, накатывало блаженство, и низ Джу Бина уже дрожал в предвкушении, послушно обхватывая член Му Джона.
Джу Бин обвил руками шею Му Джона, приподнимая бёдра и таз вверх. Если подаваться телом вверх, член проникает глубже, и удовольствие от соприкосновения становится гораздо более острым. Внутренние стенки Джу Бина, словно пробивая дорогу глубже входящему стволу, выделяли капельки смазки. К звукам стонов в спальне постепенно добавилось влажное хлюпанье.
Как только Му Джон ощутил, что внутренние стенки Джу Бина стали влажными, он начал двигаться в полную силу. Сверху вниз, словно вколачивая, он вбивался вертикально, и звуки соприкосновения тел становились всё громче, разносясь по комнате, звеня, как рисовая мельница.
– Хыык! А-а-нх… Му Джон-щи, ык…! Ы-ынх!
Джу Бин, тяжело дыша, широко открывал рот, издавая сладкие стоны в такт движениям Му Джона. В этот раз его внутрення поверхность рта была особенно алой и влажно блестела, сама собой разжигая похоть мужчины. Му Джон наклонился и жадно впился в губы Джу Бина. Большой горячий язык Му Джона ворвался в маленький рот Джу Бина, дыхание сбилось, но даже в этом состоянии Джу Бин глотал слюну Му Джона, словно это был эликсир жизни.
Из-за того, что Му Джон наклонился, проникновение стало невообразимо глубоким. И когда его член прямо ударил по особой точке внутри, Джу Бин, вздрогнув всем телом, несколько раз кончил, изливаясь семенем.
Даже на рельефных, напряжённых мышцах живота Му Джона остались следы белой жидкости Джу Бина. Пока отверстие Джу Бина, сокращаясь от оргазма, сжималось, Му Джон тоже не мог больше сдерживаться. Он крепко обнял Джу Бина и дошёл до долгой кульминации..
Когда горячее семя оросило внутренние стенки, взгляд Джу Бина изменился, став влажным от блаженства. Это была врождённая реакция омеги - всем естеством принимать семя альфы. Однако Му Джон, переведя дыхание в объятиях Джу Бина, увидев его влажные глаза, вместе с новой волной похоти почувствовал острое отвращение.
– Сколько там осталось до конца твоего брака?
Постараюсь подгадать отъезд к тому времени, когда закончится твой брак. Мы обязательно поедем вместе, Джу Бин. Скучаю и люблю.
Обычно в разгар страсти Му Джон часто произносил слова проклятий. Джу Бин подумал, что и на этот раз он бормочет их от перевозбуждения, и попытался пропустить это мимо ушей, но тут же прочёл в глазах Му Джона, впившихся в него раскалённым взглядом, его тяжелую ярость.
Не успел он понять, что происходит, как его горло сдавили. Член Му Джона всё еще был внутри, и, словно соразмерно его гневу, снова начал набухать во внутренних стенках Джу Бина.
Горло сдавили так сильно, что не вырвалось ни единого болезненного стона. Джу Бин не мог дышать, а сила хватки Му Джона была так велика, что приходилось бояться, как бы не сломались шейные позвонки.
Джу Бин поднял руку и вцепился ногтями в руку Му Джона, сжимавшую его горло. Он изо всех сил пытался сбросить хватку, но Му Джон, не обращая на это внимания, продолжал давить на его тело так, как ему вздумалось. Он легко подавлял сопротивление Джу Бина и снова ускорил темп внутри его узкого отверстия.
Вылитое ранее семя от толчков постепенно вытекало наружу. На этот раз, от удушья и страха, внутренние стенки Джу Бина не выделяли смазку, а сильно сжались, но семени Му Джона вполне хватало, чтобы использовать как смазку.
Лицо Джу Бина начало краснеть, и сила, с которой он царапал руку Му Джона, ослабла. Если бы это продлилось ещё немного, он бы задохнулся насмерть. Му Джон подавил в себе порыв убить Джу Бина и наконец ослабил хватку.
Когда дыхательные пути освободились, Джу Бин закашлялся. От его кашля внутренние стенки завибрировали, и волна передалась даже члену Му Джона.
Его жестокость началась даже не со вчерашнего дня, но сегодня Джу Бин, кажется, не делал ничего, что могло бы особенно его разозлить… Внезапно вспыхивающее насилие без видимой причины всегда пугало Джу Бина до дрожи.
Как только дыхание восстановилось, Джу Бин посмотрел на Му Джона со слезами на глазах. Лицо того всё ещё было острым и напряжённым, словно гнев ещё не улёгся. И от этого Джу Бину снова стало казаться, что его душат.
От страха Джу Бин начал потихоньку отползать назад, пытаясь сместиться к изголовью кровати. Но член Му Джона был слишком большим, чтобы плавно выскользнуть от того, что Джу Бин просто отодвинулся. Опираясь на запястья, Джу Бин приподнял бёдра, пытаясь вытащить из себя пронзивший его член, и в этот миг большая рука Му Джона хлестнула его по лицу.
Тут же по лицу потекла горячая жидкость, похожее на носовое кровотечение. Сначала его душили, теперь ударили по лицу… Сегодняшняя ночь с ним была не лучшим выбором. Джу Бин не знал, откуда взялся этот гнев. Тем не менее вся злость обрушилась на него, и он, охваченный страхом и обидой, громко разрыдался.
– Заткнись. Если будешь реветь дальше, я тебя вообще прикончу.
С устрашающим предупреждением, сказанным ледяным тоном, Му Джон схватил окровавленный подбородок Джу Бина так, будто хотел раздробить ему челюсть, и снова впился в его губы. Это был не такой горячий поцелуй, как раньше. Он вонзился зубами, раздирая язык и губы Джу Бина, словно собираясь вырвать их с корнем. Он кусал так грубо, что рот Джу Бина превратился в кровавое месиво, будто по нему прошлись лезвием ножа.
Даже когда нос Джу Бина начал кровоточить, а рот подвергся жестокой атаке, бёдра Му Джона не прекращали движений. И хотя Джу Бину было явно больно, его нижняя часть тела, предавая разум, жадно пожирала крупный член альфы.
Точно так же, как изо рта и носа текла кровь, внутренние стенки Джу Бина послушно начали выделять смазку. Когда раздался влажный хлюпающий звук, словно ногами прыгали по луже, Му Джон прижался ещё сильнее к Джу Бину, доводя его до предела.
– Тебе же чем грубее, тем лучше, да? Так нравится, когда тебя имеют?
– Ничем не отличаешься от похотливой шлюхи… чёрт…
Насилуя тело Джу Бина, вызывавшее сильное привыкание, Му Джон мучился между неутолимым сексуальным желанием и стремлением к разрушению. Когда Джу Бин возбуждался, Му Джону хотелось убить его; когда тот плакал и страдал, гнев немного отпускал, но снова разжигал похоть.
То хотелось просто убить, но рука не поднималась. А при мысли, что если оставить его в живых, то через 10 месяцев он уйдёт к Квон Сэ Ёлю, снова и снова будоражила голову идеей: «Уж лучше убить сейчас».
Му Джон подумал, что, возможно, Со Джу Бин умрёт от его руки прежде, чем вернётся в объятия Квон Сэ Ёля, которых так жаждал.
Ночь затянулась. Даже после того, как Джу Бина потерял сознание от боли, Му Джон не прекратил своих безжалостных толчков.
Небольшое издательство, работавшее почти 20 часов в сутки, сегодня почему-то было наглухо закрыто. Может, оно наконец рухнуло от того, что ежедневно, без выходных и без разбора дня и ночи, штамповало бульварные статьи? Сейчас там никого не было, железные ворота были заперты. Бэк Чжэ Сик от досады выругался.
Опираясь на показания Дон Сика с его феноменальной памятью, ему удалось сообщить о любовных похождениях Со Джу Бина и его конфликте с Квон Сэ Ёлем. Он сделал это не ради денег, а чтобы досадить вульгарному и противному Со Джу Бину - и у него это вышло.
Ему было ужасно любопытно, с кем именно Со Джу Бин проводил ночи, и уже то, что журналисты утолили его любопытство, было само по себе приятно…
Тогда он не добивался никакой награды, лишь попросил гарантировать анонимность, передал всё, что нужно, и спокойно отошёл на задний план. Чон Тэ Ён с младшими репортёрами рассыпались в лести, называя его истинным аристократом, который остаётся равнодушным к материальной выгоде, и насколько же это благородный поступок. Все смотрели на него с уважением.
Но в этот раз всё иначе. Чжэ Сик пришёл, потому что ему действительно были нужны деньги.
Раньше он яростно критиковал семью Со Джу Бина за то, что они в одно мгновение растратили огромные суммы денег, накопленные на складах, но теперь Чжэ Сику было не до насмешек. Он и сам не мог сказать, с чего именно всё пошло не так, но ещё задолго до этого его собственная семья тоже начала терять состояние. Его отец, твердя, что «есть способ всё исправить», просто отрицал реальность, и время уходило впустую, а долги только росли.
Те несколько снимков, которые он сделал, когда набросился на Джу Бина в переулке после бала, наконец пригодились. Он уже проявил плёнку и, опасаясь, что могут потребовать оригинал, тщательно спрятал её дома перед уходом.
Снова ощупав во внутреннем кармане пиджака толстую пачку фотографий, он тяжело вздохнул. Прошла уже неделя после бала, но в бульварной газете так и не появилось ни слова о Со Джу Бине. Если передать им эти снимки, репортёры наверняка заплатят столько, сколько он запросит.
Он ждал, когда они наконец выйдут на работу, как вдруг услышал шаги на лестнице. Чжэ Сик уже открыл рот, чтобы наброситься с упрёками: «Как вы смеете заставлять аристократа ждать? Вы, простолюдины, должны трудиться усердно, где ваше понятие о рабочем времени?!», но так и застыл.
Внешний вид репортёра Чон Тэ Ёна был попросту ужасен. Одна сторона лица была замотана бинтами, но на открытых участках виднелась сморщенная плоть. То же самое было на шее и руках. Глаза потухшие, мёртвые. Он выглядел так, словно его воскресили по приказу дьявола. Ожоги, судя по всему, были свежими: не просто зарубцевавшиеся шрамы, а всё ещё сочились сукровицей и слегка кровоточили. Чжэ Сику даже просто смотреть на него было больно.
– Ч-что это? Что с вами такое?
Глядя на Чон Тэ Ёна, лишённого всякой воли, Чжэ Сик заколебался - отдавать ли это ему? Если бы он знал, что того, кто довёл Чон Тэ Ёна до такого состояния, зовут Тэ Му Джоном, он был бы осторожнее. Но Чжэ Сик этого не знал и снова заговорил, не сомневаясь, что Чон Тэ Ён заплатит столько, сколько он запросит.
Угостить переводчика шоколадкой: Сбер: 2202 2081 3320 5287 Т-банк: 2200 7013 4207 8919