Зимняя пора | Глава 154
Перевод выполнил ТГК 𝖒𝖆𝖗𝖎𝖘𝖘𝖘𝖍𝖆 𝖓𝖔𝖛𝖊𝖑𝖘
Редакт: Маруся Кузнецова
Нетерпеливо лаская нёбо и внутреннюю поверхность щёк, Ихён вздрогнул, когда язык Сын Хёка проник глубоко в горло. Не упуская момента, тот обхватил его за поясницу и притянул ближе к себе.
Ихён почувствовал что-то твёрдое внизу живота. Сын Хёк, настойчиво демонстрируя свою эрекцию, прижался к паху Ихёна и переплёл свой язык с его языком. Это было слишком откровенно. Ихён не в первый раз испытывал жар в теле от одного лишь поцелуя, но ему всё равно было неловко. Он невольно отстранился, и Сын Хёк усмехнулся, отрываясь от его губ. Они прижались друг к другу лбами, оставив между собой небольшое расстояние.
Звуки рваного дыхания заполнили воздух. Их взгляды встретились так близко, что Ихёну казалось, будто глаза Сын Хёка пытаются проникнуть в самую глубину его души. Не в силах выдержать этого, он отвёл их в сторону.
– Просто мне немного непривычно… такое.
Голос Ихёна, срывавшийся из-за нехватки воздуха, слегка охрип. Сын Хёк приподнял уголок рта и прошептал ему на ухо:
Ихён почувствовал, как влажное дыхание обволакивает его ушную раковину и мочку, отчего по спине побежали мурашки. Сын Хёку это показалось забавным, и он тихо рассмеялся, оставаясь на месте. Тогда Ихён попытался оттолкнуть его, положив руки на грудь и приложив усилия. Улыбка мгновенно исчезла с лица Сын Хёка. Он снова притянул Ихёна за поясницу к себе и прошептал:
Влажные поцелуи, начавшиеся прямо под ухом, стали постепенно спускаться ниже. Втягивая губами кожу между воротником рубашки и шеей, Сын Хёк просунул пальцы в аккуратный узел галстука Ихёна и потянул его вниз. Благодаря этому стала видна верхняя пуговица рубашки, застёгнутой до самого конца.
Он поднёс к ней губы, поднял глаза и посмотрел на Ихёна:
– Тогда сделаю с ней всё, что захочу. Если будет обидно - выставь счёт.
Не успев договорить, Сын Хёк откусил пуговицу зубами и выплюнул в сторону. Затем одной рукой приподнял подбородок Ихёна и прильнул губами к его обнажённому адамову яблоку. Тот напрягся, испугавшись ощущения давления на горле, и Сын Хёк, словно успокаивая его, провёл языком по этому месту.
Он, слегка прикусывая, облизал всю шею Ихёна и, разжав руки, обнимавшие того за талию, снял с него пиджак. Развязав и отбросив в сторону небрежно свисающий галстук, начал расстёгивать оставшиеся пуговицы одну за другой. По обнажённому телу Ихёна пробежал холодок. Внезапно придя в себя, он слегка оттолкнул Сын Хёка, и тот нахмурился.
– Внутрь… Зайдём внутрь и помоемся…
Грудь и плечи Ихёна с каждым вдохом сильно вздымались. Стеснённый боксерами, он тоже чувствовал дискомфорт внизу живота.
Сдвинув брови, Сын Хёк подхватил Ихёна на руки и направился в ванную. Вскоре им на головы хлынула тёплая вода. Из-за того, что Сын Хёк не опускал его на пол, Ихён завороженно смотрел, как капли воды стекали по гладкому лицу.
Поддерживая тело Ихёна одной рукой, другой рукой Сын Хёк расстегнул последние пуговицы на его рубашке и бросил её в угол ванной, а затем одним движением стащил с него брюки и нижнее бельё. Ихён почувствовал, как его лицо разгорелось. Все прошлые сцены секса с Ку Сын Хёком были ненормальными, поэтому такие обыденные вещи его смущали:
В отличие от обнажённого Ихёна, на Сын Хёке всё ещё была рубашка с несколькими расстёгнутыми пуговицами. Мокрая ткань прилипла к телу, обрисовывая его контуры, и это выглядело очень возбуждающе.
Сын Хёк усмехнулся, глядя на стоящий колом член Ихёна, к которому даже не успел прикоснуться, после чего опустился на колени и обхватил его тонкую талию руками. Сын Хёк молча смотрел на член Ихёна, покрасневший до тёмно-розового оттенка и с выступившими каплями предэякулята, а затем, не дав никому остановить себя, разомкнул губы и глубоко взял его в рот.
– Стой, погоди минутку! Что ты делаешь?!
Изумленный Ихён невольно попытался оттолкнуть голову Сын Хёка и подался назад, но тот, вцепившись в талию, притянул его к себе с ещё большей силой. Он пробормотал, держа член Ихёна во рту:
Казалось, лицо Ихёна мгновенно вспыхнуло. Но не успел он взять себя в руки, как от ошеломляющей стимуляции потемнело в глазах, голова опустела, а спина выгнулась дугой. Ихён давил на плечи Сын Хёка руками, которыми минуту назад отталкивал его голову, но крепкое тело того даже не пошевелилось. Ихён застонал, закрыл глаза и нахмурился.
Сын Хёк, хоть и делал это впервые, двигал лицом без отвращения. Когда он заглатывал член глубже, то прятал зубы и скользил языком по венозному стволу, а когда вытаскивал его до конца, то с силой прижимал губы, массируя крайнюю плоть. Вдобавок ко всему, Сын Хёк опустил руку, которая держала Ихёна за талию, и стал поглаживать пространство между ягодиц, так что тот не мог держать своё тело под контролем. Он мог только стоять, судорожно сжимая кончиками пальцев мокрую рубашку Сын Хёка.
Всё его тело покрывалось мурашками каждый раз, когда чересчур возбуждённая головка члена касалась твёрдого неба Сын Хёка. Каждая струйка воды, падающая на спину, раздражала чувствительную кожу. Нащупав рукой кран и выключив душ, Ихён, дрожа, прислонился спиной к холодной стене. Увидев это, Сын Хёк, словно решившись на что-то, начал двигать головой немного быстрее. Если предыдущие его действия были направлены на то, чтобы разогреть возбуждение Ихёна, то сейчас он двигался целенаправленно.
Сын Хёк, сильно сжав губы, быстро провёл от корня члена до самой головки. Выделившийся предэякулят и слюна выполняли роль смазки, издавая непристойные звуки при его движениях. Это было похоже на хруст снега под ногами.
Ихён, прислонившись только верхней частью спины к стене, вцепился в плечи Сын Хёка, когда его намеренно доводили до эякуляции. Его тело дрожало. И в этот самый момент указательный палец Сын Хёка, до этого круживший вокруг, проник в отверстие Ихёна. Это было похоже на то, как если бы кто-то бросил камень в строение, балансирующее на грани разрушения. Ихён больше не мог сдерживаться и извергся в рот Сын Хёка:
Он, не зная, что делать с чувством беспомощности, охватившим его до кончиков пальцев ног, лишь тяжело дышал, нервничая из-за спермы, которую Сын Хёк держал во рту. Однако тот, напротив, выглядел совершенно невозмутимым, и просто думал о том, что в момент эякуляции тело Ихёна напряглось, и его дырочка крепко сжала палец.
Нужно было вставить туда не палец, а член.
Сын Хёк медленно поднялся перед Ихёном и выплюнул сперму на пол душевой. Среди прозрачной воды смешалась беловатая жидкость, которая вскоре исчезла, её засосало в сливное отверстие. Сын Хёк, не скрывая румянца на лице, посмотрел на Ихёна, задыхающегося и прислоняющегося к стене. И только тогда он начал снимать мокрую рубашку и брюки. Его взгляд был обжигающим.
Бросив свою одежду и нижнее бельё на одежду Ихёна, он развернулся и встретился с ним взглядом. Глаза того, опустившиеся вниз, через мгновение широко распахнулись:
На правом боку Сын Хёка алел большой шрам, которого раньше не было. Следы швов, всё ещё ярко-красные, словно показывали, насколько серьёзной была травма. Поражённый Ихён раскрыл глаза и посмотрел на Сын Хёка, но тот лишь небрежно ответил:
– Как это, ничего особенного? Что говорят в больнице? Лечение закончено? Насколько всё серьёзно?
Сын Хёк нахмурился, увидев, что Ихён быстро стёр с лица возбуждённое выражение и схватил его за руку. Он приехал не для того, чтобы ему устраивали допрос. Сын Хёк сжал ягодицы Ихёна, резко притянул к себе и наклонился, чтобы встретиться с ним взглядом:
– Не порти атмосферу и сосредоточься.
Сын Хёк наклонил голову и коснулся его губ. Должно быть, он снова включил душ, потому что вода начала литься и стекать по лицу. Ихён слабо схватил запястья Сын Хёка, державшие его лицо, и снова переплёл языки.
Едва выключив воду, Сын Хёк снова подхватил Ихёна на руки, даже не успев вытереться. Тот торопливо обхватил его шею руками и крепко прикусил нижнюю губу.
– …Вся вода на полу будет, наверное.
– Ты ещё больше прольёшь, так что какая разница?
Сын Хёк ответил небрежно, но в мыслях Ихёна был только длинный след на правом боку Сын Хёка. Он не мог не беспокоиться, думая, что это шрам, который тот получил, спасая его.
Даже если он, как мужчина, не слишком тяжёлый, всё равно не настолько, чтобы его вот так запросто поднимали. Что, если из-за этого травма усугубится? Сын Хёк легко опустил на кровать Ихёна, который беспокойно прижимался к нему. Затем зачесал мокрые волосы назад и посмотрел сверху вниз.
Сын Хёк приподнял бровь, видя, что Ихён, похоже, совсем не может сосредоточиться. Уложив того на спину, он устроился между его ног и проговорил хриплым голосом:
– Квон Ихён, я с самого начала хотел спросить.
– У тебя есть время спрашивать о таком?
Угостить переводчика шоколадкой: Сбер: 2202 2081 3320 5287 Т-банк: 2200 7013 4207 8919