Хозяин брошенной омеги | Глава 115

Хи Джон сыграл свадьбу два дня назад, но всё ещё оставался в особняке премьер-министра. Поскольку через десять дней ему предстояло отправиться в армию, было решено, что принцесса не станет одна жить в новом доме, а до демобилизации Хи Джона останется во дворце. Поэтому и сам Хи Джон до призыва жил в особняке премьер-министра. Из последних десяти дней до ухода в армию он собирался потратить целую неделю на медовый месяц с принцессой, но дата вылета была назначена на послезавтра.

Местом путешествия выбрали довольно далёкий Канкун. Желая с почётом принять корейскую принцессу и сына национального лидера, президент Мексики заранее прислал за ними личный самолёт. Этот курорт только начинал развиваться как фешенебельное туристическое направление и отчаянно нуждался в международной рекламе, а визит высокопоставленных лиц из азиатской страны в качестве молодожёнов был для этого очень кстати.

У Хи Джона разболелась голова. Даже если бы он просто отдыхал дома перед армией, и то было бы тоскливо, а тут… тащиться в такую даль, мучиться от смены часовых поясов и при этом ещё притворяться счастливым и сопровождать принцессу… В его лице не было и следа того возбуждения и трепета, что обычно бывают у новобрачных. Личный самолёт должен был прибыть завтра днём, и тогда уже не останется выбора… придётся отправляться в это путешествие.

Если бы рядом с ним в самолёте сидела невестка Джу Бин, а сам лайнер развернулся и взял курс на Германию… как же это было бы славно. Если бы существовал наркотик, способный подарить хотя бы такую иллюзию, он бы с радостью его принял.

– …Молодой господин…

В этот момент служанка из поместья Ёнам, стоя за дверью, тихо позвала Хи Джона, который без сил лежал в комнате. Это была та самая пожилая горничная, которая помогала им, когда брат с невесткой только обустраивали свой новый дом в Ёнхи-доне, а затем вернулась. Хи Джон вышел узнать, в чём дело, и она незаметно провела его к вспомогательной кухне.

Там, к его полному изумлению, стоял человек, которого он никак не ожидал здесь увидеть.

– …Невестка!

Хи Джон, который с подросткового возраста ни разу не плакал за всю свою жизнь, впервые за долгое время почувствовал, как защипало в носу и помутнело в глазах. Это было не галлюцинацией. Со Джу Бин, всё такой же прекрасный, с чуть заметно округлившимся животом, скрытым под длинным халатом, стоял перед ним. Это он сам попросил о встрече с Хи Джоном.

– Молодой господин… Поздравляю с женитьбой…

– Как вы поживаете?! Как ваше здоровье? Я так скучал по вам. Так сильно…

Хи Джон крепко обнял Джу Бина и голосом, полным слёз, начал расспрашивать о его делах. Он скучал по его лёгкому, приятному аромату, по хрупким линиям его тела и по мягкой коже, которую чувствовал, когда их щёки касались друг друга.

– Вы… хорошо себя чувствуете? Я слышал, вы скоро уезжаете в свадебное путешествие…

Вместо того чтобы ослабить объятия, Хи Джон стиснул Джу Бина ещё сильнее. Их тела плотно прижались друг к другу, и слегка выпирающий живот Джу Бина отчётливо ощущался. Жизнь, которая, несмотря на частые и бурные соития Джу Бина с мужем, росла себе преспокойно, без единого кризиса.

Мой племянник и ребёнок невестки… Он мог бы расти как мой собственный.

– Я… я был готов всё бросить и сбежать с вами, правда… Уехать за границу… Или отказаться от статуса янбана и тихо жить в деревне…

Голос Хи Джона дрожал от едва сдерживаемых рыданий. Джу Бин, который собирался быстро сказать всё, что нужно, и уйти, на мгновение смягчился, почувствовав щемящую жалость, и, помедлив, тихонько похлопал Хи Джона по спине.

Джу Бин не забыл ни того, как Хи Джон обманом завлёк его в Хонсон, ни того, как он овладел его телом. Но сейчас его сердце оттаивало, словно мудрец, прощающий давние грехи. Таков уж был его характер: когда кто-то испытывал к нему такую глубокую, отчаянную привязанность, он не мог быть жесток.

– Всё бросить и сбежать… Зачем… Зачем такому, как вы, у кого есть всё, отказываться от всего из-за такого, как я?

– Потому что я люблю вас, невестка. Потому что я не могу отпустить вас, Со Джу Бин.

Джу Бин потерял дар речи. Перед его глазами всё сильнее проступал образ Сэ Ёля, который, отказавшись от блестящего будущего с невестой, предлагал ему вместе бежать в Америку. Сэ Ёль, который постоянно уговаривал его уехать в Штаты, в итоге погиб. Только бы с Хи Джоном не случилось того же…

– Достаточно того, чтобы я просто не желал невестку в будущем. А кого носить в своём сердце, это же моё личное дело, правда? Не просите меня отказаться и от любви к вам.

– …Молодой господин.

– Я буду всю жизнь жить и просить прощения у невестки. Возможно, мы видимся в последний раз… Поэтому я хотел сказать… Все те безрассудные поступки я совершал, потому что любил вас, потому что хотел вас спасти.

Джу Бин протянул руку и погладил широкую спину Хи Джона, успокаивая его. То, что он теперь решил исполнять свой долг как муж принцессы, было для Джу Бина облегчением.

– Молодой господин… Теперь нужно всё забыть и вернуть всё на свои места… Хотя бы то, что вы уедете с принцессой за границу и не вернётесь…

– Что вы говорите? Я держусь сейчас только благодаря тому, что до совместной жизни с принцессой могу сбежать в армию. Смешно, правда? Все спрашивают, зачем вообще идти в армию, а для меня это необходимое спасение…

Джу Бин хотел было убедить его, что в армии его так или иначе ждут неприятности, но его намерения померкли.  Хи Джон выглядел так, будто готов был отправиться на службу хоть сейчас, если бы только разрешили. Джу Бин, потихоньку высвобождаясь из объятий, которые всё ещё крепко держали его, продолжил:

– Я… я очень хочу, чтобы вы, молодой господин, были в целости… Поэтому… Когда поедете в свадебное путешествие, скажите, что хотите наслаждаться медовым месяцем с принцессой, объявите, что решили не идти в армию, и пока оставайтесь в Мексике.

Хи Джон нахмурил одну бровь, не понимая, к чему он клонит. Ему это казалось абсурдом… Джу Бин на мгновение задумался, не сказать ли ему правду, раскрыв план Му Джона: «Как только вы пойдёте в армию, брат убьёт вас». Однако это, несомненно, только ещё больше осложнит ситуацию.

– Поживите какое-то время за границей… Живите так, родите детей с принцессой, станьте счастливой парой, которую ничто не сможет разлучить… Нельзя ли так? И даже не думайте об армии.

Возможно, если Хи Джон исчезнет за границей, выскользнув из рук Му Джона, и постепенно привяжется к принцессе, не оставив в сердце и следа от былой привязанности к Джу Бину, Му Джон может изменить своё решение убить младшего брата. Тем более что тот не абы кто, а член королевской семьи, за которым постоянно следует охрана. Убить собственного родственника будет непросто, так что, возможно, Му Джон довольно быстро откажется от этой мысли…

Однако Хи Джон не придал его словам особого значения. Вместо этого он вспомнил кое-что важное, что хотел сказать Джу Бину, и перевёл разговор на другую тему:

– Кстати о ребёнке… Насчёт ребенка в вашем животе… Срок беременности…

Джу Бин широко раскрыл глаза. Он уже было замер в ожидании, что тот скажет нечто важное, что он упускал из виду, но тут лицо Хи Джона, стоявшего напротив, резко окаменело, и он замолчал.

– Иаааак!

Джу Бин вздрогнул и издал испуганный возглас. Потому что сзади крепкая рука внезапно схватила его за талию и потянула назад. Из-за этого расстояние между ним и стоявшим рядом Хи Джоном увеличилось.

Сзади доносился сильный аромат. Чуть более весомым и грубым, чем запах тела стоявшего напротив Хи Джона…

– О чём это вы вдвоём разговаривали?

Послышался голос, звучавший почти без интонации, ровный и спокойный, как утверждение, хотя это был вопрос. Это был низкий голос его мужа Му Джона, который сейчас должен был быть на работе.

– …Я… лично не смог поздравить… Поэтому… передал пожелания провести счастливый медовый месяц… - Джу Бин ответил дрожащим голосом, зубы его стучали вместе с челюстью.

Во-первых, он нарушил запрет на выход из дома, во-вторых, нарушил приказ не встречаться с Хи Джоном, а в-третьих, он был на волосок от того, чтобы его план, который шёл вразрез с замыслами Му Джона, был раскрыт.

– Не это. Тэ Хи Джон, что ты хотел сказать раньше, но остановился? Продолжай.

– Хотел пожелать благополучных родов. Вот что я хотел сказать.

Глаза Хи Джона, которые, когда он смотрел на Джу Бина, были полны смешанных чувств, теперь налились неприязнью и враждебностью. Он смотрел на своего старшего брата с некоторым неуважением. Казалось, он даже слегка сжал челюсти.

Словно начав сражение феромонами, воздух накалился до такой степени, что даже кожа Джу Бина начала покалывать. А Му Джон, который всё ещё держал Джу Бина за талию сзади, притянул его ещё крепче, словно вдавливая в своё тело.

– Что там насчёт срока беременности? Что ты хотел сказать дальше? Не вздумай увиливать.

– Я сказал, что меня беспокоит, не был ли у нас тогда слишком часто секс. Вот что я хотел сказать. Побоялся, что хённим рассердится, если услышит, поэтому и не стал договаривать.

Это были слова, сказанные из беспокойства о невестке, которой предстояло и дальше жить, подвергаясь жестокому обращению со стороны старшего брата. Он подумал, что если сейчас раскрыть, кто является биологическим отцом ребёнка, положение невестки хотя бы немного улучшится.

Эта информация дошла бы до ушей Джу Бина, если бы Му Джон не появился как призрак и не начал допрос. Но теперь Хи Джон, движимый глупым упрямством и ревностью, снова замолчал. Мало того что замолчал, так ещё подлил масла в огонь. Что-то вроде: «ребёнок невестки на самом деле мой, и за это время у нас были слишком частые интимные отношения.»

Как и ожидал Хи Джон, Му Джон, разгневанный, начал источать зловещие феромоны.

Этот ублюдок… Осмелился засадить в моего омегу, залить своим семенем и сделать ему ребёнка. А теперь ещё хвастается передо мной?

Му Джон медленно облизал мочку уха Джу Бина и запустил руку ему в штаны. Поскольку его живот начал немного увеличиваться, он носил свободные штаны на резинке. В результате Му Джон смог легко проникнуть в штаны Джу Бина.

– Хык!

Сквозь ткань не было видно, что происходит внутри штанов, но даже дурак заметил бы это по последующим движениям. Правая рука Му Джона, проникшая в штаны Джу Бина, явно мяла его ягодицы, а затем скользнула между ними и начала поглаживать.

Джу Бин заёрзал, лицо его залилось ярким румянцем, и вскоре запах смазки наполнил воздух. Хи Джон тоже хорошо знал этот аромат, и откуда он источается.

– …Перестаньте мучить невестку.

– Это выглядит как мучение? Он же млеет от удовольствия. Похоже, с тобой у него такого не было?

Му Джон двигал рукой всё более откровенно, полностью вторгаясь в интимные места. Смазка из нижней части тела Джу Бина постепенно увеличивалась. Несмотря на то что сладкие и эротичные феромоны Джу Бина и его смазка, способные перекрыть злобный запах феромонов двух альф в напряжённой перепалке, наполнили тесную вспомогательную кухню, Му Джон не останавливался.

– Почему же… я слышал, что его фактически принуждали. Видимо, так и есть. Я впервые вижу у невестки такое выражение лица.

– Впервые? Я тоже хорошо это знаю.

Вновь уловив эротичный запах Джу Бина, голова Хи Джона закружилась, но сердце разрывалось. Этот аромат источался не под его прикосновениями, а из-за объятий старшего брата. Невестка прямо у него на глазах таяла и сдавалась под ласками брата. Это была ужасная ситуация, в которой ему ничего не оставалось, как снова признаться, кто на самом деле был хозяином этого желанного омеги.

В конце концов Хи Джон сдался. Даже не взглянув в глаза брату и невестке, он быстро попрощался и ретировался, словно убегая.

Джу Бин, который на миг забыл, где он и что происходит, и с полуоткрытыми глазами истекал смазкой от прикосновений Му Джона, внезапно пришёл в себя от громкого хлопка двери. Хи Джон вышел из вспомогательной кухни и захлопнул её за собой.

Более того, план, помочь Хи Джону сбежать, пошёл на перекосяк… Быстро подняв голову, Джу Бин посмотрел на стоявшего позади Му Джона. Он смотрел на него пронзительным взглядом.

Бум!

Не вынимая пальцев, глубоко погружённых в отверстие Джу Бина, Му Джон с силой взмахнул рукой. Нанизанный, словно на шампур, Джу Бин всем телом дёрнулся в такт его движению. С глухим грохотом спина Джу Бина влетела в настенный стеллаж, и всевозможная кухонная утварь посыпалась вниз. Некоторые предметы даже упали ему на голову.

– Ух!

– Не выдержал этой разлуки и выполз? И что же ты собрался делать, раз настолько невтерпёж? А если этот ублюдок сдохнет, погонишься вслед за ним?

Пальцы Му Джона всё ещё не выходили из тела Джу Бина. Остальными пальцами, помимо тех, что проникли внутрь, он крепко сжимал промежность Джу Бина и снова взмахнул рукой. Словно шар для боулинга, нанизанный на пальцы, Джу Бин, подчиняясь движению руки Му Джона, беспомощно взлетел и на этот раз ударился головой о стену.

– А-а-ак!

– Больно? Тогда почему ты ослушался меня?

Му Джон на этот раз швырнул Джу Бина на пол, и тот, отстранившись от руки Му Джона, упал на бок. В глубине живота начало тянуть и болеть… Му Джон острыми пальцами стимулировал глубоко расположенную внутреннюю стенку и надавил с силой.

– К-как вы узнали… что я здесь… что я пришёл…

– Из твоей дырки постоянно сочится. Оставляешь свои следы, как улитка. Если идти по следу твоей смазки, сразу станет ясно, куда ты сбежал.

На самом деле он узнал это благодаря докладу дворецкого и водителя. Му Джон всего лишь ответил, стирая ногой несколько капель смазки Джу Бина, упавших на пол. Однако эти слова прозвучали как выговор за его легкомысленное поведение, и Джу Бин съёжился.

– Ты проделал весь этот путь, чтобы что-то наговорить Тэ Хи Джону, и из-за этого меня сюда притащил?

– Нет же… Просто поздравить с женитьбой…

– Я похож на полного идиота?

Разумеется, Му Джон не поверил этим словам. Не в силах унять клокочущую ярость, он начал вымещать злость на Джу Бине. Он намеренно причиняя боль, схватил Джу Бина за волосы, запрокинул ему голову и вонзился зубами в открывшуюся белую длинную шею.

Затем он протолкнул мокрую руку в рот Джу Бина, который кричал от боли, чтобы заткнуть его. Вопрос о том, почему рука влажная, сразу разрешился, как только по языку распространился слегка солоноватый и уловимый вкус. Он просунул Джу Бину в рот свою правую руку, которая была вся в смазке, пока он царапал его внутренности.

– Я просто пытаюсь наказать тебя, но ты уже умираешь от удовольствия?

– Кхыы… Кхык…!

Когда Му Джон просунул пальцы ещё глубже, прямиком в горло, у Джу Бина подступила тошнота. Его не тошнило во время беременности, но сейчас это выглядело как самый настоящий токсикоз.

– Ты, должно быть, был весь мокрый и чуть не умирал от удовольствия, когда Тэ Хи Джон насиловал тебя. Почему ты такой порочный и так любишь трахаться?

Слова Му Джона были остры, как бритва. Джу Бин крепко зажмурился. До него донёсся звук расстёгиваемой пряжки ремня Му Джона. Снова в доме премьер-министра… В таком месте, куда может войти любой, кому вздумается, он снова собирается это сделать.

– Вот почему ты постоянно шляешься на улице? Ищешь альфу, который заполнит твою дырку, м?

Му Джон пригнул голову Джу Бина вниз и, оставив его в позе на четвереньках, навалился сверху. В этом не было ни капли пощады, словно он и впрямь наказывал провинившегося. Джу Бин, роняя слёзы из-под плотно сомкнутых век, старался как можно тише сносить толчки, не издавая ни звука. Потому что если бы он издал хоть один стон, Му Джон тут же сказал бы: «Вот видишь? Даже в такой принудительной ситуации тебе нравится заниматься сексом», и навесил бы на него ярлык распутника.