Под багряным небом | Глава 41. Быть поглощённым бурей

̶  Ну что, теперь возвращаемся?

Юки задал мне этот вопрос, и я уже хотел согласно кивнуть, однако внезапный шум заставил нас замереть на месте. Помимо нас здесь были и другие люди. Мы посмотрели друг на друга, и я заметил, как выражение лица Юки мгновенно сменилось с доброжелательной улыбки на холодный взгляд.

Звук доносился отчётливо до пристройки, и можно было услышать, как подъехала машина к особняку. Затем послышались чьи-то мужские голоса. Мы попали не в самую лучшую ситуацию, и по-хорошему нужно как можно быстрее отсюда убираться. Однако Юки стоял и не двигался, и я краем глаза заметил, как он полез рукой себе за спину и достал пистолет. Я тут же схватил его за руку, пытаясь остановить.

Он посмотрел на меня ледяным взглядом, от которого мурашки пошли по коже, но это ничуть меня не испугало. Его выражение лица будто бы спрашивало меня: «в чём дело?», но я лишь поднял руку и приблизил указательный палец к его губам, показывая, чтобы тот ничего не говорил и ничего не спрашивал.

Пока я размышлял, что нам делать дальше, я вдруг почувствовал мягкость его губ, мой взгляд неосознанно двинулся в сторону кисти. Я переводил взор то на свой палец, то на его губы, которые уже растягивались в ухмылке. Юки наклонился над моим ухом и низким голосом прошептал:

̶  Я, конечно, не против детских игрищ, но учись выбирать место и время.

Он был настолько близко, что я почувствовал его тёплое дыхание, которое вызвало у меня новую волну мурашек по коже. В какой-то момент меня охватило раздражение, а желание ударить этого психа по голове стремительно возросло. Я гневно на него посмотрел, но это его раззадорило ещё больше:

̶  Ого, какая бурная реакция, мне нравится.

Я не стал ему ничего отвечать, и мой взгляд метнулся за его спину, где находилась небольшая кладовка. Выход был только один. Нам оставалось спрятаться здесь. Я дёрнул ручку и отворил дверь, потянув этого неугомонного парня за собой.

Кладовка была маленькой, но здесь было много ящиков из-под ненужного хлама. Я толкнул Юки за коробки и старался прислушаться к голосам, чтобы расслышать, о чём говорят эти люди.

Неизвестные мужчины подходили к пристройке ближе, и голоса становились чётче, я чувствовал, как во мне начало бурлить нервное напряжение.

Как вдруг Юки схватил меня за руку, усадив перед собой, обхватив покрепче за талию. Я уже начал сопротивляться, но он не отпускал. Он закрыл своей рукой мой рот и снова прошептал на ухо:

̶  Если мы собрались играть в прятки, то играй до конца.

Я успокоился, восприняв его замечание как единственный верный выход из этой ситуации. Однако кое-что не давало мне покоя. Я почувствовал, как моей спине передавалось тепло чужого тела, а биение его сердца ощущалось как моё собственное. Я не мог понять, чьё сердце так гулко билось, но знал точно: оно было настолько громким, что отдавалось эхом в ушах.

Его тёплое дыхание над моим ухом заставляло почувствовать покалывание внизу живота. Крепкие руки, способные раздавить что угодно, сжимали меня до такой степени, что я невольно захрипел. Эти странные ощущения я испытывал впервые, и это не могло меня не взволновать. Однако я не пытался отстраниться. Мне хотелось сесть поближе, что я и сделал. И тут я почувствовал что-то твёрдое своей поясницей.

Я уже хотел завести руку за спину, чтобы понять, что в меня упиралось такое каменное. Юки, почувствовав моё намерение, тут же шепнул мне на ухо:

̶  Если не хочешь быть слишком шокированным, то не стоит этого делать.

Моя рука безвольно повисла в воздухе и напряглась.

«О чём, чёрт возьми, этот придурок снова мелет?»

Он запрокинул мою голову к себе на плечо так, что наши щёки слегка касались друг друга, и посмотрел мне в глаза. В этих голубых глазах, в которых обычно не было видно глубины, я увидел, как сиял странный блеск, словно у хищного зверя. Я неосознанно сглотнул под его взором. Мне не было страшно, но я ощущал что-то совершенно иное.

Из-за того, что в кладовке было слишком темно, мои чувства обострились до предела. Всем телом я ощущал странное нарастающее тепло. Мой мозг, поддаваясь усиливающимся ощущениям, будто совсем отключился. Я слышал его равномерное и тихое дыхание.

Из этих раздумий меня вывел чужой голос, доносившийся из-за двери. Кто-то всё-таки зашёл в пристройку. Речь была неразборчивой, но было отчётливо слышно, что люди разговаривали не на японском языке, а на китайском.

Юки вытащил передо мной пистолет и снял его с предохранителя, послышался низкий щелчок. По шагам было слышно, что кто-то подходит к кладовке. Мы хоть и не знали китайский язык, но предполагали, что незваные гости ругались между собой. Они явно что-то искали.

«Как нам выйти из этой ситуации?»

Внезапно кто-то повернул ручку кладовки, и дверь распахнулась. Моё сердце будто упало, а тело забилось мелкой дрожью. Я взглянул на вытянутую руку Юки, в которой он держал пистолет. Она даже не дрогнула от страха, а лишь напряглась на рукоятке пистолета.

Неожиданный гость не стал входить, а лишь внимательно вглядывался в пространство. Он о чём-то говорил на китайском со своим напарником. И мне становилось не по себе всё больше. Я перевёл взгляд на лицо Юки, который холодно смотрел в сторону доносящегося звука. На удивление, на его лице я не видел ни капли эмоций, и в какой-то степени это помогло мне успокоиться и расслабиться. Именно, ведь Юки не простой член «Нагава-кай», а является её лидером. Его спокойствие и уверенность передавались и мне. И я, наконец, смог взять себя в руки.

Если так подумать, нас с Юки можно было бы считать врагами. Я из семьи Юичиро, а он из семьи Накамура. Если бы с его родителями ничего не случилось, возможно, мы бы противостояли сейчас друг другу, либо не встретились вовсе. Нас нельзя было считать друзьями, потому что у нас совершенно разные пути в жизни, да и общего у нас мало. Тогда можно ли считать нас напарниками? Думаю да, но почему тогда язык не поворачивается сказать нечто подобное? Однако, сколько бы ни было в этом противоречий, в такие моменты мне всегда хотелось следовать за ним. Я стремился довериться ему. И этот раз не исключение.

БАМ!

Неожиданный звук вывел меня из мыслей. Китайцы так и не нашли нас, но закрыли дверь кладовки. Мы облегчённо вздохнули и попытались прислушаться к шуму, который доносился за пределами этой комнаты. В какой-то момент послышалось, что люди так и не смогли ничего найти и ушли из пристройки. Юки отпустил меня и встал на ноги; тихими шагами он подошёл к двери и прислушивался к звукам снаружи.

Он перезарядил пистолет и сказал мне:

̶  У тебя нет оружия?

̶  Нет.

̶  Какого чёрта ты тогда пришёл? Ладно, держи.

Он кинул мне нож, который был прикреплён ремнями к ноге. И приказным тоном сообщил:

̶  Сиди тут и не выходи. На всякий случай свяжись с Джоном или Миямурой.

Я взял в руки нож и подумал, что раз этот парень хочет творить всё, что ему вздумается, то нет смысла за него переживать. Юки же тихонько отворил дверь и бесшумно вышел за пределы кладовки, оставив меня одного.

С момента ухода Юки прошло уже 15-20 минут, но тот всё никак не возвращался. В какой-то момент я почувствовал беспокойство. Куда этот придурок делся? Снаружи было тихо, будто я здесь находился совсем один. Наверное, будет лучше, если я ещё немного подожду.

Но по истечении 5-10 минут Юки так и не вернулся. Я не стал рисковать и сделал так, как сказал Юки. Пальцами я набирал выученные мною номера телефонов. Джон не отвечал, поэтому мне пришлось сделать звонок Миямуре. К счастью, тот сразу поднял трубку.

̶  Миямура, я не могу найти Юки, отследи его местоположение.

Из динамика послышался треск и помехи, похоже, что связь в этом убогом месте ловила плохо. Однако мне удалось услышать его ответ:

[Он рядом с тобой].

Я недоверчиво посмотрел на телефон.

«Рядом со мной? Что за бред?»

Вот только своё присутствие Юки обозначил не голосом, а звуками выстрелов. От неожиданного шума я вздрогнул и не на шутку испугался.

̶  Блять! Какого хрена этот идиот сделал? – выругался я.

[Аки, что у вас там происходит?],  – спросил с беспокойством Миямура.

̶  Я не знаю, но этот придурок решил в войнушку поиграть с китайцами.

[Что? С китайцами?]

̶  Да, мы были одни, но внезапно нагрянули китайцы. Я не знаю, что им здесь надо, но как это вообще понимать?

Однако я не услышал ответ Миямуры, но ощутил чьё-то присутствие. Дверь была открыта, и на меня смотрел Юки леденящим взглядом. Своим любимым приказным тоном он сказал:

̶  Выходи.

Я поднялся на ноги и вышел из пристройки. Из-за того, что мне пришлось провести долгое время в темноте, солнечный свет ослепил меня так, что пришлось ненадолго зажмуриться. Но, открыв глаза и увидев следующее зрелище, я широко распахнул их.

Незваные гости валялись по всему периметру около пристройки, их было человек пять. Они стонали оттого, что их ранили либо в плечо, либо в бедро. Сам Юки был в цел и невредим, что вызвало у меня только недоумение.

Я подумал, Юки действительно похож на монстра, но из-за нежелания его оскорблять не стал говорить этого вслух. Мы переглянулись, и я озадаченно на него посмотрел.

̶  Что?

̶  Ты совсем идиот? Тебе в боевик захотелось поиграть?

Недавно я думал о том, что мне не хотелось бы его оскорблять, но, сам того не замечая, моя злость обрушилась на него.

̶  Ты беспокоился? – с усмешкой произнёс он.

«Вот же, слов не хватает»

Я вновь повернул голову к валяющимся на земле людям, и тихо вздохнул.

«Ладно, какой толк чесать языками с безумцем?»

Я снова оглянулся на людей, что катались по траве. Ни один из них не понимал мои вопросы, но кое-кто всё-таки смог заговорить на ломаном японском языке.

̶  Вы кто?

̶  Мы… мы из китайской разведки.

Что? Китайская разведка? Но какого хрена она здесь забыла? Его ответ по какой-то причине заставил поднять во мне бурю негативных эмоций. Я злился то ли на себя, то ли на родителей, то ли на всю семейку Юичиро. Я не знал, кого мне следует винить, а кого нет. Если в это дело вмешалась разведка другого государства то, что вообще они натворили? Я был готов в сердцах проклинать всех своих потомков до восемнадцатого колена.

̶  Что вы здесь забыли?!

̶ Я не знаю всех деталей, но мы уже на протяжении тринадцати лет присматриваем за этим домом.

Тринадцать лет? С момента смерти моих родителей? Присматривают? Что за бред вообще несёт этот человек? От злости я пнул в то место, куда его ранили. Мужчина от боли стал кататься по земле, будто ему это поможет унять сильную боль, и стонал.

̶  Зачем вы присматриваете за этим домом?

̶ Тринадцать лет назад наше начальство дало такое распоряжение, но материалы были засекречены. Нам никто ничего не объяснял, а дали лишь указания.

̶  Они бесполезны, - подытожил Юки. – Я пробовал с ними говорить, но они ничего не знают, а также обыскал их, но совершенно ничего не нашёл.

Я тяжело вздохнул. В какой-то момент мне стало дурно, и я стал задыхаться. Мы хоть и были на улице, но этого воздуха совершенно не хватало моим лёгким. Раз уж Юки своими методами ничего не смог узнать, то и мне подавно ничего не удастся.

̶  Уходим, нам пора.

По какой-то причине я пнул ещё раз человека, которому и так было плохо от нанесённых ран. В моей злости он не был виноват, но мне очень хотелось от неё избавиться.

Эйджи поплёлся вслед за Юки. Его мысли двигались в хаотичном порядке, он не мог почувствовать спокойствия. Он понимал, что в данной ситуации нет ничего хорошего и, скорее всего, на них надвигается буря. Только вот в какой момент ждать, когда она поглотит тебя? Это оставалось лишь вопросом времени.

Машина тронулась с места, и они направились в сторону столицы. Им пришлось потратить много времени здесь на разгадку шифра. К тому же надо торопиться на встречу с тем неизвестным человеком, замешанным в деле Тхэсина.

Юки решил нарушить тишину первым и заговорил:

̶  Ты знаешь, по какой причине вмешалась разведка? Судя по тому, что они присматривали за домом столько лет, к тому же это было ещё и распоряжением начальства сверху, на твоих родителях помешались не только бизнесмены, но и люди, связанные с политикой. У меня есть мысль, что твои родители работали в китайской разведке и копали под коррумпированных японских чиновников, но узнав, что за этим всем стоит не только коррупция, а вещи похуже, то в списки стали попадать все без разбора. Похоже, что слухи стали обретать смысл.

Эйджи не ответил, он продолжал всматриваться в мелькавшие силуэты за окном и размышлять. Если честно, то он стал чувствовать головную боль от всего этого. Ему хотелось хотя бы немного отдохнуть от этих давящих мыслей. Бремя с каждым разом становилось всё тяжелее на его плечах. Внезапно ему захотелось задать лишь один вопрос:

̶  Юки, если твоя догадка верна, ты представляешь, что это значит?

̶  Конечно, знаю. Начнётся хаос, и, скорее всего, нам не удастся его избежать.

̶  Ты не боишься?

Парень, сидевший за рулём, засмеялся так, будто его действительно рассмешил этот вопрос. Эйджи обернулся, чтобы взглянуть на него, но не увидел искренней улыбки. Виднелась только накопленная годами усталость и равнодушие.

̶  Я боюсь только самого себя, - эти слова прозвучали искренне Эйджи не мог не понять, о чём тот говорит. Однако он не стал ничего отвечать, а решил лишь промолчать.

Жизнь и свобода. Вещи, ради которых они боролись, в последнее время стали казаться миражом. Они выбрали борьбу ради свободы, но свобода не хотела выбирать их, преподнося им всё больше испытаний. Если им удастся выбраться на волю, то, в каком формате они смогут её получить? Разлагаясь под землёй или же вдыхая воздух полной грудью? Быть убитым или быть живым? Напасти судьбы невозможно было избежать, им приходилось только сталкиваться лицом к лицу с этой неизбежной волной безумия.

Глаза Эйджи темнели с каждой мыслью, погружаясь всё в более глубокое отчаяние. Как ему защитить всех, если он не может защитить самого себя? Он вспомнил детство, когда ему впервые пришлось в чём-то разочароваться и потерять всякий смысл на существование. В этот момент он испытывал абсолютно такие же эмоции, что и тогда.

Тёмные мысли поглощали его сознание без остатка. Когда-то ему действительно хотелось жить, когда он повстречал кого-то вроде Тхэсина, а с его смертью проснулось и желание борьбы за справедливость. Но всё теряло смысл, стоило ему только подумать о своей бесполезности. Если он умрёт, никто так и не сможет дойти до правды и всё закончится крахом для всех. Это было огромное бремя, свалившееся на его плечи.

Кого винить в сложившейся ситуации? Винить родителей, что свалили огромную ношу на его жалкую жизнь? Или же самого себя в том, что он бесполезен даже в защите родных ему людей? Хочется просто уснуть вечным сном, чтобы больше не знать обо всём этом. Однако были люди, которые надеялись на него, и он не сможет их проигнорировать. Оставалось только одно, помочь обрести им свободу, а самому исчезнуть без следа.

Ночной мрак опускался на безжизненный посёлок. Ситигахама было местом, которое подарило ему страдания и боль на всю оставшуюся жизнь. Даже вернувшись сюда спустя тринадцать лет, он по-прежнему оставался таким же, каким и сбегал отсюда.

Это был успех для их поездки, ведь они смогли найти то, что искали. Но это был крах для самого Эйджи, ведь он ничуть не изменился и остался таким же. Даже меняя личности, место проживания или даже привычки, ты всё равно никогда не сможешь убежать от самого себя.

Следующая глава