Под багряным небом | Глава 2. Спящий студент

Курс политологии проходит три раза в неделю. Студенты, которые обучались у этого преподавателя когда-то, неизменно повторяли: «Он не слишком строгий», «ему без разницы присутствуешь ли ты на лекции или нет», - именно по этой причине я особо не спешил на лекцию. По пути в институт мне удалось забежать в ближайший магазинчик прикупить банановое молоко и, прогулочным шагом добрался до своего кампуса, встретив парочку знакомых лиц.

Зайдя в аудиторию, я смог, наконец, осознать, насколько же студенты любят поблажки. В аудитории, рассчитанной на 50-60 человек, все места были заняты. Оглядевшись по сторонам, я смог занять место, которое располагалось в конце аудитории, вдали от окна. Заняв своё место и тихо, словно мышь, достал ручку и тетрадь, чтобы начать писать конспект. Из-за опоздания мне удалось пропустить часть лекции, поэтому дальнейшие записи получались почти неразборчивыми.

Чувствуя, как рука стала затекать от долгой писанины, я отложил ручку в сторону и оглядел своё окружение. На самом деле, здесь было много знакомых мне людей. Я не был с ними знаком лично, но о многих знал исключительно благодаря сплетням. Из-за своего уязвимого положения и частых переездов с места на место, я не спешил сближаться с окружающими. Привязанности не имели для меня особого смысла, и в большинстве случаев, к чужакам я относился настороженно.

Мне удалось заметить студента, который сидел рядом со мной. Он сидел в полулежачем положении, оперившись руками на стол и уткнувшись лицом в руки. Он был настолько тихим, что мне даже не сразу удалось уловить его присутствие.

Наверняка, он спал, как и бесчисленное количество студентов, сидящих здесь. Ни для кого не было секретом, что многие студенты часто работали на подработках в ночных барах официантами. В основном это были парни, которым нужны были деньги на карманные расходы. Поэтому подобное зрелище ничуть не удивляло присутствующих.

Но этот спящий парень чем-то выделялся на фоне остальных студентов. Он спал настолько тихо, что инстинктивно вызывало страх разбудить его случайно. Наверное, всё дело было в том, что обычно со мной сидели ребята, которые разваливались на весь стол, ни в чём себе не отказывая. Я не смог разглядеть его лица, поскольку его голову покрывал капюшон чёрного худи, а ниспадающая чёлка закрывала черты лица, создавая загадочную ауру. Но было ещё нечто странное: от него исходил приятный аромат, смешанный с табаком. Этот запах оказывал особое притяжение, но несмотря на свою непривычность, он не вызывал отторжения. В общем, спящий парень, ушедший в мир грёз, не только спал, но и манил к себе тайной, которую мне не удалось разгадать.

Слегка чувствуя зависть к своему соседу, а точнее, его умиротворённому сну, я снова взялся за написание конспекта.

За время лекции я старался сильно не шуметь, тихо перелистывая страницы своей тетради и попивая банановое молоко, чтобы не разбудить своего соседа. На удивление лекция была действительно интересная, поэтому я даже и не заметил, как пролетело время.

Когда лекция закончилась, я не стал будить своего соседа. Выйдя из аудитории, тут же направился в сторону библиотеки. По прошествии многих лет, став искусным знатоком тонкостей слежки, я научился ловко заметать следы и добывать необходимую для себя информацию с помощью сети. На самом деле, мне было интересно, в какую историю вляпались мои родители, и по каким причинам нам с тётушкой Лань приходилось до сих пор скрываться от мафии. Конечно же, подобные махинации мне приходилось проворачивать втайне от неё, иначе бы пришлось выслушивать огромную тираду. Несмотря на то, что я разработал программу для анонимного доступа, мне приходилось использовать компьютеры в различных местах, подборка которых была абсолютно рандомной, на случай если моё вмешательство всё-таки обнаружат.

Я часто просматривал базы данных полиции, выписки с банковскими счетами и многое другое. Моей единственной зацепкой в этом «частном расследовании» стала организация «1+1». Но, к сожалению, кроме названия, больше информации я не смог найти.

Не найдя ничего путного, я вспомнил о своём обещании тётушке Лань прийти пораньше. В библиотеке к этому моменту было уже пусто, поэтому, собрав все свои вещи, я покинул стены института, ощущая, как над моим стремлением к разгадке тайны витает призрак неопределённости.

На улице уже практически стемнело. Вставив наушники в уши, я активно зашагал в сторону своего дома. Проходя мимо сквера, моё внимание привлекла сидящая спиной ко мне фигура. Чёрное худи. Я предположил, что это был тот самый студент, спавший на лекции по политологии.

Фигура с такого расстояния казалась одинокой. Он лениво покуривал сигарету. По неведомой мне причине, такая атмосфера вокруг него казалась естественной. Складывалось впечатление, что ему комфортнее находиться в тишине и спокойствии, чем в хаосе среди студентов. Уголки моих губ приподнялись в ухмылке. Как же это похоже на меня.

Придя домой, я почувствовал аромат жареной курочки, доносившийся с кухни. Я внутреннее вздохнул, ведь теперь мне казалось, что я могу нормально жить. Это был самый обычный вечер, но пропитанный уютом.

Спустя две недели результата в поисках не было, что очень сильно разочаровывало. Эта организация точно была проклятой.

А ещё случилось нечто необычное.

Странность происходила именно на лекциях политологии. Из-за моих частых опозданий я был вынужден занимать место на последних рядах, вместе со своим соседом — незнакомцем, который практически всю лекцию спал. Это настолько вошло в привычку, что, когда я приходил последним, он, как будто ожидая меня, оставлял рядом с собой пустующее место.

Однажды, подходя к своему месту, я обнаружил на стуле его куртку. Как будто почувствовав моё присутствие, он, не поднимая головы, убрал её. Это было одновременно: странно и приятно. Однако такой способ общения совсем не вызывал у меня недовольства. Мы не знали имён друг друга, не видели лиц друг друга, и нас устраивала подобная связь.

Этот безликий диалог, осуществляемый на уровне понимания, поддерживал некую таинственную гармонию между нами. В атмосфере лекции, наполненной изучением систем власти, мы уже связали себя узами. Кто бы мог подумать, что наше молчаливое взаимодействие станет в будущем искрой прочной связи, в которой мы оба, хоть и не осознавая этого, станем спасением друг для друга.

Следующая глава