Под багряным небом | Глава 39. Секреты

В кабинете повисло напряжённое молчание. Атмосфера в помещении была настолько тяжёлой, что любой зашедший человек  смог бы испугаться и сбежать из этого места куда подальше.

Время было позднее, и человек, сидящий в кабинете, не торопился уходить домой. Он потирал  пальцами пульсирующие виски, сидя в роскошном кресле. В другой руке у него находился полупустой стакан, где растаявший лёд и остатки премиального виски смешались в одну массу.

В воздухе витал запах табачного дыма дорогих сигареты. Председатель Накамура из-за стресса за несколько часов скурил так много, что сюда невозможно было зайти некурящему человеку, несмотря на то, что помещение часто проветривалось.

В обычное время председатель Накамура возвращался домой вовремя, да и на работе он не так часто выпивал, но сейчас был иной случай. Изменились и другие его привычки, например, прослушивание классики. Раньше он с удовольствием слушал её, теперь же в кабинете стояла гробовая тишина. Внезапный гость, с которым ему когда-то приходилось вести совместные дела, ошарашил его новостями о Ямао Митцуо.

Он знал, что у Ямао Митцуо было большое количество врагов, из-за того вспыхнувшего конфликта между ними. Всё можно было разрешить, стоило только найти его. Но кое-что не давало ему покоя, а именно его внук.

В последнее время Юки слишком странно себя ведёт, и он вполне ожидал подобного исхода. Однако сказанные слова недавним гостем то и дело крутились у него в голове:

– Вы уверены, что всё будет в порядке? 

̶ Брось, да кто осмелится? Сколько уже я заправляю этим местом? Лет 30-35, наверное. Моя собственная дочь не смогла это предотвратить, учитывая, что у неё явно было преимущество. Так кто ещё? 

̶  Ну, например, ваш внук? 

Внук посмеет пойти против него? Конечно, было бы глупо исключать эту возможность, однако он никогда не думал, что что-то подобное может действительно произойти.

Юки всегда был трусливым ребёнком, который боялся даже его взгляда. Чтобы искоренить весь его страх, он направил его в «Нагава-кай», в место, где люди становятся коварными и безнравственными животными. Ведь нет того, к чему человек не мог быть привыкнуть. Однако смотреть за зверствами – это одно, но совершать их собственными руками – это другое. Председатель Накамура часто поручал всю грязную работу своему внуку, чтобы тот избавился от бесполезных эмоций и постепенно превращал его в «полезное существо», которое могло бы приносить только выгоду.

Председатель Накамура был человеком бизнеса. Его никогда не интересовали близкие отношения с другими людьми, напротив, он всегда считал их бесполезными. Его не интересовали родственники, ведь они были такими же грязными и алчными, как и он сам. Единственный, кто не вписывался в этот перечень – его дочь.

Её высокие моральные принципы всегда разнились с его собственным мышлением, по этой причине они были друг другу практически чужими людьми. Если бы она хотела сберечь жизнь себе и своему потомству, то ей не стоило выходить замуж за майора полиции, и уж тем более лезть в дела семьи Юичиро.

Председатель Накамура считал, что секреты и недомолвки – это лучшая часть личностных отношений. Ведь благодаря секретам противник может повернуть дело в выгодную для него сторону. Так случилось и с Юки.

Ребёнка, выросшего в тепличных условиях и незнающего, какая грязь стоит за смертью родителей, удалось сделать игрушкой в руках председателя, что позволило Тэдэо крутить им, как тому вздумается.

Однако он знал, что секреты не могут храниться вечно. Рано или поздно Юки узнает всю правду, но председатель сделал абсолютно всё, чтобы этого не произошло.

Тэдэо Накамура потянулся рукой через весь стол, чтобы воспользоваться телефоном для вызова сотрудников. Он нажал на кнопку и командным голосом произнёс:

̶  Секретарь Судзуки, зайди ко мне.

Спустя несколько мгновений человек действительно появился в стенах его кабинета.

Секретарь Судзуки был новым человеком в стенах компании, однако его исключительные навыки помогли ему очень быстро адаптироваться под стиль работы своего начальника. К тому же он был полностью осведомлён о том, что творится внутри и вне стен компании, что явно облегчало работу.

Бывший секретарь был тоже опытным и очень полезным работником до тех пор, пока тот не стал лезть в дела, которые его никак не касались. Из-за чрезмерного любопытства от него пришлось избавиться и найти нового человека.

̶  Слушаю Вас, председатель Накамура.

Секретарь Судзуки был красивым мужчиной, несмотря на то, что ему было почти 40 лет, его лицо выглядело молодо и свежо. У него была прямая осанка и длинные ноги.

̶  Ты связывался с детективом Ямамото?

̶  Да, буквально полчаса назад я связывался с ним, и он передал, что новых улик по расследованию не обнаружил.

Детектив Ямамото был одной из важных фигур председателя Накамуры. Полезная пешка, которая занималась коррупционными схемами, подкупом влиятельных людей, созданием подставных фирм, отмыванием денег через предметы изобразительного искусства, а ещё он занимался расследованием дела семьи Юичиро.

̶  Хм… у меня есть для него одна просьба.

̶  Господин, какая просьба у Вас к нему? Могу ли я её передать?

̶  Спроси, есть ли способ провести эксгумацию так, чтобы никто об этом не узнал?

̶  Что, простите? Э-эскгумацию? – секретарь настолько был шокирован, что запнулся, хотя обычно он всегда контролировал речь.

«Какую ещё безумную вещь придумает этот человек?»

̶   Простите, но чью эксгумацию Вы хотите провести?

̶  Семьи Юичиро. Мне нужна независимая экспертиза, чтобы быть уверенным в том, что эта семейка точно вся мертва.

Переполох, связанный с семьёй Юичиро, был настолько масштабным, что проводили эксгумацию трупов несколько раз. Все проведённые экспертизы только подтверждали то, что трупы действительно настоящие. Однако существует вероятность, что протоколы были подделаны, ведь было много людей, способных защитить секреты Юичиро.

Подобного рода экспертиза, которую предложил председатель, была незаконной и могла навлечь пристальное внимание не только не коррумпированных органов властей, но и людей, что охотились на семью Юичиро. Но председателю нужны были неподдельные доказательства.

̶  А, и ещё… свяжись с Юки, чтобы он ко мне зашёл.

̶  Да, конечно.

Секретарь вежливо поклонился и направился к выходу. Когда тот удалился из кабинета, пожилой человек вздохнул и закурил новую сигару. В этой тишине послышался его грубый тон, наполненный насмешкой:

̶  Юки, если ты будешь играть не по моим правилам, поверь, я сделаю так, что ты попадёшь в ад вместе со мной.

В комнате, где не было ни одного источника света, внезапно раздалась вибрация мобильного телефона. Миямура, лежавший в костюме в своей кровати, закрывая рукой глаза, потянулся к источнику шума. На дисплее отображался номер телефона, который он знал наизусть и от которого часто получал полезные сведения. Он смахнул пальцем по экрану, чтобы принять вызов, и прислонил мобильник к уху. Из динамика послышался мужской голос:

[Председатель Накамура ожидает Юки у себя в компании].

Приветствия не прозвучало, но были даны указания. На протяжении трёх лет ему всегда приходилось подобным образом общаться с данным человеком, это было небольшое негласное правило.

̶  Хорошо, что-то ещё?

Собеседник по ту сторону телефона немного замялся, прежде чем произнести дальнейшие слова. Миямура немного нахмурился из-за повисшего молчания. Он уже хотел прервать тишину, как услышал то, что заставило его застыть на месте.

[Эксгумация Юичиро].

Два обычных слова заставили его душу вновь погрузиться в хаос. Эксгумация? Но зачем? Ведь были подтверждающие протоколы, которые смогли унять заинтересованность всех причастных, а председатель Накамура всё никак не может успокоиться?

̶  Понял.

После того как звонок прервался, мужчина встал с кровати и помчался в кабинет Юки, чтобы доложить о новых сведениях. Однако когда он зашёл в кабинет, то не обнаружил его здесь. По пути он столкнулся с тётушкой Лань.

̶  Миямура, какой ты бледный, только посмотри на себя!

̶  Здравствуйте, Вы случайно не видели Юки?

̶  Что? Они вчера вечером с Аки поехали в Ситигахаму.

Миямура выплюнул ругательство и достал телефон из кармана, чтобы набрать нужный номер. Однако как бы они ни пытался дозвониться, в динамике то и дело слышался голос робота, говоривший о том, что абонент недоступен.

Тётушка Лань заметила его беспокойство и заволновалась сама. Прошли уже практически сутки с момента их отбытия, но те ещё не звонили и не приехали обратно. Что с ними произошло?

Внезапно зазвонил телефон. Миямура тут же посмотрел на определитель номера и увидел на дисплее другое имя:

[Аки].

Он тут же поднял трубку и услышал шёпот, обрывающийся помехами:

[Миямура, я не могу…найти… Юки…отследи его…местоположение…]

[За несколько часов до происшествия]

Эйджи, набравшись терпения, смог преодолеть себя и войти в дом, который одним своим видом кошмарит его. Хоть и в руках ощущалась мелкая дрожь, но это не останавливало его.

При солнечном свете раннего утра обстановка внутри дома выглядела ещё более катастрофичной, чем ночью. Оказывается, ночь способна затмить любые недостатки. Теперь его выражение лица выглядело ещё более шокированным.

Он ненадолго застыл и осматривал внутреннее убранство, но, вспомнив, зачем он сюда пришёл, двинулся дальше вглубь дома. Юки следовал за ним и пытался понять, что у того на уме. Его также поражало то, насколько сильно был изуродован дом за тринадцать лет. Масштабы последствий давали чёткое представление о том, что всё-таки в дела семьи Юичиро хотела залезть каждая собака.

Юки наблюдал за Эйджи, который слонялся по дому, будто что-то искал, и решил спросить:

̶  Ты можешь рассказать мне, что ты ищешь?

Эйджи остановился и взглянул на Юки нечитаемым взглядом.

«Если я расскажу Юки о том, что пытаюсь разгадать шифр, сможет ли он мне помочь? Юки так-то умный парень, может, ему доводилось заниматься чем-то связанным с Юичиро?».

̶  Юки, у тебя есть какое-нибудь общее представление о семье Юичиро?

̶  У меня есть только общие сведения, которые знают абсолютно все, но что за секреты они хранят, понятия не имею.

̶  Знаешь, каким образом мне удалось связаться с Джоном? – спросил Эйджи.

̶  С помощью языка жестов?

̶  Не совсем, - Эйджи улыбнулся и продолжил своё объяснение, - семья Юичиро действительно использовала язык жестов, но он был необычным. Знаешь ли ты, как моим родителям удавалось хорошо хранить секреты?

Юки взглянул на Эйджи, пытаясь понять, к чему тот ведёт разговор. Его бровь взлетела вверх.

̶  Они были хороши в использовании шифров. То, с чем столкнулся Джон, был одним из шифров, но вот второй способ передачи информации – это стихотворение.

̶  Шифр? И ты знаешь, что он означает?

̶  На самом деле не совсем понимаю, у меня есть небольшая подсказка, но нам нужно дождаться захода солнца.

Юки достал новую сигарету из пачки и закурил, выпуская изо рта клубы дыма.

̶  Думаю, мы можем остаться здесь до заката, но потом нам сразу придётся вернуться домой. Не хочешь поесть?

̶  Да, давай.

Пока они ехали в Ситигахаму, по дороге заметили придорожное кафе, в котором можно было остановиться отдохнуть и поесть. Так как до заката было ещё много времени, они сняли отдельный номер с одной кроватью и перекусили в столовой.

После небольшого перекуса они зашли в комнату. Так как это была придорожная гостиница, и, учитывая глухую местность, о комфорте и люксе можно было забыть. Но даже так, номер стоил своих денег: кровать была большой и удобной, на окнах висели тёмные занавески, чтобы можно было спрятаться от палящего солнца, а также была небольшая полка, где располагались книги известных авторов.

Первым делом, что сделал Юки, это задвинул шторы и расположился на кровати, чтобы хотя бы немного поспать. Эйджи включил настольную лампу и осматривал книги, покрытые пылью. По ним было заметно, что их уже давно никто не брал в руки. Он взял книгу знаменитого японского драматурга Кобо Абэ «Чужое лицо» и, удобно расположившись в кресле, начал читать произведение.

Чем больше он погружался в чтение, тем больше не понимал содержания книги. В произведении рассказывалась история о мужчине, чьё лицо пострадало в ходе лабораторных испытаний. Мужчина в своих размышлениях проходит путь от отрицания значимости лица через необходимость уничтожить его, как критерий идентификации и элемент социальной коммуникации, до создания новой личности, а точнее неотличимой от лица маски.

Пока он читал, его мозг всё больше плавился от непонимания содержания. В книге явно делали акцент не на повествование чьей-то истории, а на более глубокие темы, чтобы можно было лишний раз поразмышлять над чем-то. Однако для Эйджи подобные темы были слишком далеки, он был человеком, который плохо воспринимал эмоции людей, а такие вещи уж подавно были не по его силам.

Он взглянул на Юки, который уже давно сопел. Ему пришлось целую ночь вести машину, да и присматривать за Эйджи, поэтому, как только он лёг на кровать, то сразу же уснул.

Он наблюдал за спящим человеком и подметил для себя, что этот парень, даже когда спит, выглядит красиво. Внимательно разглядывая его черты лица, он задавался вопросами:

«Были ли родители Юки такими же красивыми? На кого он был больше похож?»

В какой-то момент Эйджи вздрогнул.

«Эм, почему я так много думаю о нём?»

Это не первый раз, когда его постигают подобные мысли. На что это может быть похоже? Он вспомнил Тхэсина, который часто говорил о Юки и хвалил его даже за мелочи. Парнишка восхищался своим боссом, даже его внешним данным.

Может ли это быть восхищение? Или это что-то другое?

Он вспомнил, как увидел по телевизору людей, которые были гораздо привлекательнее этого парня. Они были красивее, богаче, умнее и даже талантливее, но почти не привлекали внимание Эйджи. По большей степени ему было всё равно.

Может, всё дело в том, что они знакомы? Хотя Эйджи часто чувствовал дискомфорт, находясь рядом с ним. Он мог ощущать только растущее раздражение.

«Но в последнее время, особенно сегодня…»

Эйджи быстро замотал головой, чтобы избавиться от нелепых мыслей.

Эйджи решил не ломать над этим голову. Ведь ничего из этого не выйдет хорошего. Он прилёг на кровать рядом с Юки и продолжил чтение книги. В какой-то момент Эйджи почувствовал, как его веки постепенно становились тяжелее, а перед глазами всё расплывалось. Он прикрыл глаза книгой и уснул глубоким сном.

Спустя несколько часов, он почувствовал, как кто-то тряс его за плечо. Эйджи открыл глаза и посмотрел на Юки, который, казалось, только недавно проснулся.

̶  Ты уснул, читая Кобо Абэ? – спросил Юки, указывая на книгу, которая небрежно валялась на кровати.

̶  Да.

̶  Хм… - Юки взял в руку книгу и, пролистывая страницы, пробегал глазами по тексту.  ̶  Неужели ты понял, о чём она?

̶  Если честно, то она слишком сложная, ты её знаешь?

̶  Да, доводилось читать. Кобо Абэ в этом произведении наглядно показывает весь драматизм человека без лица.

̶  И в чём же тут драматизм? – спросил с непониманием Эйджи.

̶  Ты слышал когда-нибудь выражение о том, что наше лицо – это витрина нашей души, которая для других служит окном для коммуникации с нами.

̶  Да, конечно, - утвердительно кивнул Эйджи.

̶  Тогда слышал ли ты выражение «надевать маску»?

̶  Да…

̶ Эйджи, ты жил всю жизнь, нося маску других личностей, разве ты не заметил своё сходство с сутью этого произведения? Разве тебе не приходилось менять свои привычки, манеру речи и даже жестикуляцию?

«И правда, собственное «я» мне пришло потерять ещё тринадцать лет назад, а после проживать жизнь под чужой личиной».

Эйджи согласно кивнул, как будто что-то понял.

«Юки ведь тоже надевает маску на своё лицо. Когда он взаимодействует с участниками команды, то всегда выглядит равнодушным и уставшим, иногда со мной он ведёт себя как хитрая лиса, а иногда он похож на психопата. Однако какой он настоящий?».

̶  Вот оно что…

̶  Раз понял, то скажи, сколько сейчас времени?

̶  Почти пять.

̶  Давай тогда постепенно выдвигаться обратно к дому, чтобы мы не опоздали, – сказал Юки.

Спустя время они прибыли снова к дому, где проживала семья Юичиро.

«Когда я уже смогу покинуть это убогое место», - негодовал Эйджи.

Эйджи зашёл в дом и направился сразу к своей комнате, чтобы дождаться заката. Юки двинулся вслед за ним.

Стоило ему только переступить порог своей комнаты, как вдруг сердце заныло. Тринадцать лет назад он был тут в заточении, словно домашняя псина. Ах, оговорка, даже собакам лучше жилось. При этой мысли его уголки губ дёрнулись в насмешке.

Он помотал головой, чтобы выбросить эти бредовые мысли из своей головы, сейчас им предстояла совершенно другая задача: разгадка шифра.

̶  Что за стих, который нужно расшифровать?

Эйджи нащупал в своём кармане записку и передал её Юки. Тот посмотрел на неё. Постепенно его брови хмурились сильнее, словно ему что-то не нравилось.

̶  В чём дело? – спросил Эйджи.

̶  А, твой почерк просто ужасен, пытаюсь разобрать, что тут написано.

̶ Ха…ладно, - Эйджи отобрал у него записку и прочитал вслух стихотворение.

Когда на западе заходит солнце,В отражении окна блещет птичий образ.Когда ты сделаешь три шага назад,То увидишь небесную пыль,Когда увидишь небесную пыль,То увидишь затерянное сокровище,Спрятанное в темноте от всего мира. 

̶  С виду самое обычное детское стихотворение. Почему ты решил, что именно в доме твоей семьи мы сможем что-то найти?

̶  Я видел сон, как мама указывала на окно из моей комнаты.

̶  Бредовая догадка, полагаться на виденье из сна, - Юки не верил в чудеса, однако Эйджи хотел предпринять хоть какие-то попытки в поиске правды.

̶  Я тоже так думаю, однако всё-таки хочу проверить.

̶  Ладно, допустим, мы увидим закат солнца из окна, но дальше идёт строчка: «в отражении окна блещет птичий образ». Как мы его увидим, если закат будет прямо напротив нас?

̶  Давай сначала дождёмся заката, а там уже посмотрим, - Эйджи чувствовал раздражение из-за того, что этот парень всё время ворчал.

Спустя какое-то время закат действительно стало видно из окна. Но он появился совершенно с другой стороны, не напротив окна, а чуть правее от него.

Эйджи стал вглядываться в окно, чтобы заметить хоть какое-то отражение, но ничего не было видно. Однако Юки, который тоже что-то рассматривал, внезапно замер.

̶  Это безумие…

Эйджи подошёл к нему ближе, практически вплотную и проследил за его взглядом. Рядом с домом была пристройка, которая использовалась обычно для всяких ненужных вещей. Ею часто пользовались садовник и рабочие, чтобы брать всякие инструменты для работы по дому.

Хоть и сам дом был деревянным, но вот пристройка была сделана из бетонных стен, и у неё было одно окно, которое как раз выходило на солнечную сторону. И на свете солнца ярко блестел витраж в форме птицы.

Они не верили в чудеса, но, тем не менее, одно из них свершилось на их глазах.

Следующая глава