Бумажная дружба | Глава 39

Открыв глаза, я обнаружил, что лежу в больнице. Бабушка держала меня за руку и плакала.

— Ох-ох, мой внучок, как же так...

Мне диагностировали грипп.

В течение двух недель я испытывал такие страдания, что мне по-настоящему казалось, будто я умираю. Стоило мне замереть на месте, как слёзы начинали сочиться сами собой. Я рыдал во сне от боли, меня рвало, я лежал под капельницами... Это повторялось из раза в раз, но наконец я выписался.

После выписки я поехал в дом бабушки. Честно говоря, моё тело было ещё недостаточно здоровым для выписки, но я волновался насчёт больничных счетов, да и нужно было готовиться к университету.

Дом бабушки, в отличие от прошлого, казался пустым. Но бабушка, похоже, была рада видеть внука впервые за долгое время, она без конца держала меня за руку и спрашивала, не нужно ли мне что-нибудь.

Закончив запоздалые приветствия с семьёй, я ушёл в свою комнату и включил телефон. Для начала нужно было его включить, чтобы хоть что-то делать. Но я не хотел видеть то, что происходило внутри телефона. Голова была тяжёлой, и мне всё ещё хотелось избегать этого.

Как я и ожидал, стоило включить телефон, как вибрация пошла без остановки. Но я ничего не проверял и сразу же удалил свои аккаунты из инстаграма и KakaoTalk. А затем сменил номер телефона. После этих простых действий и смены номера казалось, что моя гудящая голова чуть-чуть ожила.

— Хаа...

Я опёрся о стену и издал долгий вздох. Так нельзя, но мне никого не хотелось видеть и ни о чём не хотелось думать.

Теперь ведь всё кончено? Теперь и правда всё должно было закончиться. Бессознательно я поднял руку и потёр лоб - он был мокрым от пота.

У меня промелькнула мысль: «Почему я захожу так далеко?» Но сейчас я не хотел думать ни о чём. Завтра, завтра, и ещё одно завтра. Я решил отложить все выводы на потом.

К университетской жизни я так и не привык. Когда вокруг было много людей, моё сердце начинало бешено колотиться, и мне становилось трудно дышать. Я с грехом пополам закончил первый семестр и сразу же ушёл в армию.

В армии, наоборот, я проводил время довольно неплохо. Поначалу я настолько был занят тренировками и адаптацией, что в голове не было места лишним мыслям. В свободное время я беспробудно спал. Вставать - когда говорят вставать, есть - когда говорят есть, тренироваться - когда говорят тренироваться, спать - когда говорят спать.

Ведя такую жизнь, я не заметил, как прошёл уже год.

Когда появлялось немного свободного времени, забытые старые мысли начинали было подкрадываться одна за другой. Откровенно говоря, мне хотелось исподтишка шпионить через инстаграм, как живут другие. Но, решив, что это совсем не дело, я не стал.

Потом, когда делать стало совсем нечего, я начал читать книгу. Это была книга, которую мой сослуживец буквально таскал с собой повсюду.

Честно говоря, книга была не в моём вкусе, и я было подумал, не заняться ли учёбой, но тут мне вспомнилась одна фотография, которую я видел раньше. Её комментировал какой-то знаменитый человек: «Самый страшный - тот, кто прочитал лишь одну книгу». Этот человек не имел намерения меня задеть, но тогда я, будучи преисполнен чувством вины, постоянно прокручивал это в голове.

Поэтому я читал с настроем: «Да-да, прочту ещё одну».

Так я и проводил время до окончания службы, только читая книги.

В двадцать два года я демобилизовался, первым делом подал заявление на возобновление учёбы и нашёл съёмное жильё. Бабушка предлагала жить вместе, но я вежливо отказался. Мне казалось, что в доме бабушки мама не придёт навестить меня. Я люблю бабушку, но маму я обожаю. Разница была лишь в этом.

Отец дал мне на оплату обучения в университете двадцать миллионов вон. Он сказал, что извиняется, что не может дать больше, и велел обращаться в любое время, если понадобятся деньги.

Ещё отец передал мне письмо от матери. Содержание письма было длинным, но если вкратце - она говорила, что обязательно встретится со мной позже. Я, на удивление, прочитал письмо совершенно спокойно. Была ещё одна банковская книжка с записанным паролем, и на ней тоже лежало двадцать миллионов вон.

В общем, все сорок миллионов вон, что дали мне родители, я потратил на аренду жилья. В будние дни я ходил на учёбу, а по выходным подрабатывал в круглосуточном магазине.

Проводя так день за днём, я не заметил, как пролетело два года. С какого-то момента я начал постепенно ждать наступления завтрашнего дня.

Например, когда любимый писатель или режиссёр выпускал что-то новое, когда неожиданно вкусным получалось блюдо, что я приготовил, когда я забирался в постель с только что выстиранным бельём и крепко спал с отключённым будильником, когда, возвращаясь домой с покупками, я вдруг смотрел на небо, а закат был прекрасен - я жил, испытывая маленькое счастье от таких мелочей.

К счастью, за два года учёбы в университете я постоянно, пусть и в разном размере, получал стипендии. Договор аренды я тоже продлил ещё на два года. Поскольку у меня не было друзей и я только учился, оценки были довольно приличными, и я как раз подумывал о поиске стажировки.

Постепенно я начал вспоминать забытых друзей. Мне казалось, что я поступил слишком жестоко, в одностороннем порядке оборвав тогда все связи. Только теперь мне стало стыдно перед ребятами. Мне думалось, что теперь я смог бы без стыда поприветствовать друзей и поговорить о прошлом. Я даже задумывался перед сном: «А чем сейчас занимается Чхве Джу Ун? Хотелось бы увидеть его».

Мне исполнилось двадцать четыре, это была зима, когда заканчивался второй семестр. После занятий я закупился продуктами и пришёл домой, но перед моей дверью стоял незнакомый мужчина средних лет. Похоже, он ждал меня очень долго, и в его голосе слышалось раздражение.

— Как же можно приходить так поздно?

Когда я подошёл, он, казалось, только и ждал, пока я открою дверь.

— ...Кто вы?

Мужчина как бы нехотя достал телефон и показал мне фото.

— Разве вы не хозяин этой квартиры?

— ...Да, верно.

Квартира на фото с сайта, который он мне показал, действительно была моей. Но что это за сайт?

Прежде чем я успел присмотреться, мужчина убрал телефон.

— Тогда открывайте дверь. Я пришёл посмотреть квартиру.

— О чём Вы? Я не выставлял квартиру.

— ...

Я интуитивно почувствовал, что что-то идёт не так. Мужчина издал глубокий вздох и, бросив на меня взгляд, полный жалости, ушёл. Я немедленно связался с арендодателем.

Но арендодатель не брал трубку. Я отправил сообщение в чате, но он даже не прочитал. Не было ответа и на обычные сообщения.

С этого момента моя повседневная жизнь пошла наперекосяк, и я почти перестал ходить в университет. Я свято верил, что у арендодателя случилось что-то срочное. По правде говоря, кроме этой веры, у меня не было другого выхода.

И вот к моему дому нагрянули государственные служащие с постановлением об аресте имущества. Что именно натворил арендодатель - неизвестно, но сказали, что этот дом скоро будет продан. А как же я? Мой депозит? Мои сорок миллионов вон?

Я бешено названивал арендодателю, но он не отвечал. Мне ничего не оставалось, кроме как съехать, и лишь потом я подал заявление в полицию.

Возвращаться было некуда, так что я второпях нашёл другое жильё. Залог - три миллиона вон, ежемесячная плата - четыреста тысяч. Весь второй семестр я почти не ходил на учёбу и не занимался, оценки пришли в упадок, и в итоге я лишился стипендии.

Я взял академический отпуск и несколько месяцев жил, словно труп. Лишь ждал звонка от следователя, ведущего моё дело. Но даже просто лёжа на месте, каждый месяц от меня утекали деньги, и накопления постепенно таяли на глазах. Мне нужно было работать, но я был не в том состоянии, чтобы работать.

Поискав информацию о мошенничестве с арендой, я нашёл такие способы решения проблемы, как судебный иск и прочее. Но я не понимал, почему, чтобы вернуть свои деньги, нужно тратить ещё больше. И самое главное - всё это было так сложно, что я толком не понимал, о чём речь, да и текст плохо воспринимался.

Наконец раздался долгожданный звонок от следователя. Он сказал, что арендодателя поймали. Я спросил о самом насущном:

— А как же мои деньги?

Следователь на мгновение замолчал, а потом с трудом заговорил:

— Господин Ли Джу Ун, у этого человека нет возможности возместить ущерб. Он сядет в тюрьму.

— ...А мои деньги?

— Послушайте, господин Ли Джу Ун. Слушайте внимательно. Сейчас таких пострадавших, как вы, слишком много, и общий масштаб - несколько десятков миллиардов вон. То есть этот человек должен вернуть несколько десятков миллиардов вон. Но у него нет возможности возместить. У него нет денег. Поэтому он сейчас и отправляется в тюрьму. Понимаете?

Я был опустошён.

Я словно одержимый твердил одно и то же: «А мои деньги? А мои деньги? А мои деньги?..» Следователь, извинившись, повесил трубку.

Мне не вернуть мои деньги.

Вот так, в мгновенье ока, сорок миллионов вон исчезли.

Это было весной, прежде чем наступило лето моего двадцатипятилетия. Друзей, с которыми можно было бы поделиться, у меня не было, а просить у родителей снова я не мог. У меня было чувство, что моя связь с родителями прервалась. Что это были за деньги? Эти сорок миллионов вон - деньги, что мои родители, истекая кровью и потом, дали мне.

С тех пор я плакал каждый день. Плакал так много, что под конец у меня не осталось слёз. Когда я подумал, что вся вода в моём теле испарилась, я прислонился к стене и тупо уставился в потолок.

Я так усердно жил эти два года.

Нет, теперь, когда я думаю об этом, кажется, не так уж и усердно. Я не пил и не курил, хотя нет, однажды купил соджу, чтобы отбить запах мяса. Подрабатывал только по выходным, а в будни не работал. Может, слишком много покупал и читал книг? И фильмов тоже надо было смотреть поменьше. Надо было в это время работать...

Да, я жил недостаточно усердно, и поэтому случилось такое.

Если хладнокровно рассудить: только живя ещё усерднее, чем сейчас, я смогу преуспеть в будущем. Теперь придётся подрабатывать и в будние дни, и нужно будет ещё больше сократить время на досуг.

В будущем, наверное, появятся и долги, но если я сейчас поднимусь и буду жить усердно, всё наладится. Но что, если меня опять обманут? Что, если и те три миллиона вон залога, что я отдал за это жильё, тоже окажутся мошенничеством?

С этими мыслями мои глаза сами собой закрылись.

До каких пор мне нужно жить усердно...

Насколько усердно мне нужно жить...

Почему я должен жить усердно...

Я устал. Хочется спать. Мне тяжело. Я хочу всё бросить. Хочу отдохнуть.

Я хочу покончить с этим.

Мысль была шокирующей, но, как ни странно, на душе вдруг стало спокойно. Все последующие мысли выстроились и разрешились как по маслу.

Вот только перед смертью я хоть раз хотел сделать для себя что-то, что мне нравится. Я тупо размышлял. Ничего особенно не приходило в голову. Честно говоря, что бы я ни делал, всё было лень.

Фильм. Если подумать, я, кажется, любил смотреть фильмы. Может, сходить в кинотеатр? Кажется, прошла целая вечность с тех пор, как я был в большом кино.

Поэтому впервые за долгое время я помылся, оделся и вышел из дома. Погода была ослепительно ясной. Похоже, уже наступило лето.

До кинотеатра я шёл пешком. Было далековато от дома, но идти под солнцем оказалось на удивление приятно. Придя на место, я посмотрел, какие фильмы сейчас показывают, и заметил тот, что смотрел когда-то.

Тот самый, что я смотрел вместе с Чхве Джу Уном на Чеджу...

Похоже, это повторный прокат. Я было подумал посмотреть что-то другое, но перед смертью хотелось, чтобы последний выбор оказался удачным. Не желая провала хотя бы в этом, я купил билет на тот самый повторно вышедший фильм. Когда я вошёл в зал, кроме меня, не было ни одного зрителя.

Я просто тупо смотрел. Без разницы, интересно или нет, - я просто смотрел пустыми глазами.

Честно говоря, я думал только о Чхве Джу Уне.

Прошло уже пять лет с тех пор, как мы смотрели этот фильм вместе на Чеджу. Чем же сейчас занимается Чхве Джу Ун? Думает ли он иногда обо мне? От этой мысли я усмехнулся. Или, может, он меня проклинает?

Похоже, его проклятие сработало. Чхве Джу Ун, наверное, живёт невероятно круто, а я... что я сейчас делаю...

Фильм ещё даже не закончился, а я вышел из зала на середине. Меня вдруг накрыла чудовищная усталость.

Домой я поехал на автобусе. Но вдруг автобус остановился не на остановке, а прямо посреди пути. Я сидел, подперев подбородок, и смотрел в окно, но, когда стоянка затянулась, перевёл взгляд вперёд. Оказалось, водитель вышел наружу и помогал пожилой женщине, которая собирала картонные коробки.

— Надо же, и в наше время есть такие люди.

Люди вокруг как по команде хвалили водителя. Я на мгновение засмотрелся на эту сцену, а потом достал телефон.

Похоже, это затянется.

Моё впечатление ограничилось лишь этим. Что бы подумал я прежний, увидев такое? Тот я, наверное, тоже похвалил бы водителя, как и остальные. Но теперь это меня не касалось.

По привычке листая сайты по поиску подработки, я увидел объявление, что тот самый кинотеатр, где я только что был, набирает персонал.

Я поднял голову и снова посмотрел на водителя автобуса. Он всё ещё помогал пожилой женщине. Может, потому что у меня было время? Или просто от скуки... Я без особых мыслей, на скорую руку составил резюме и отправил заявку на подработку в кинотеатр. А добравшись до дома, ничего не стал делать и сразу провалился в сон.

На следующий день я проснулся далеко за полдень и увидел сообщение. Оно было из того самого кинотеатра, куда я вчера подал заявку. Меня приглашали сегодня к трём на собеседование. Я ещё долго смотрел в телефон, и только потом до меня дошло: «Ах да, я же вчера отправил заявку».

До собеседования оставалось около часа, и если начать собираться сейчас, то можно было вполне успеть. Я на мгновение уставился в пустоту, а затем медленно пошёл в ванную умываться.