Любовь и мир | Глава 65

Хо Су устало потёр глаза, потому что всю ночь играл. Изначально он собирался с утра сесть на автобус и поехать в новый дом родителей, но планы внезапно отменились.

Хо Чжон написала ему с самого утра, что обстановка в семье сейчас не очень, так что лучше пока не приезжать. На душе было неспокойно, но ничего не поделаешь. Хо Су отменил забронированный билет на автобус и снова лёг в кровать.

Недавно, возвращаясь после MT, он получил звонок от отца. Тот сообщил внезапную новость: уже на следующий день им пришлось срочно переехать. И велел ему приехать забрать нужные вещи. Судя по всему, отец собирался выбросить всё лишнее и перевезти лишь минимум мебели и вещей. Предчувствие было нехорошее.

Срочно найдя замену на подработке, он поехал домой, и вид у квартиры был удручающий. Но ещё хуже выглядел отец. Его лицо было в синяках и ссадинах, будто его сильно избили. Наверняка тело, скрытое одеждой, выглядело не лучше.

Что бы ни случилось, ясно было одно: на его драгоценной работе случился конфликт. Хо Су до сих пор отчётливо помнил тех мужчин с угрожающими лицами, что приходили к ним каждый день.

Может, это был кто-то из них. Тот, кто превратил лицо отца в кровавое месиво. Будь это так, его бы это даже немного порадовало. Вид отца, который впервые был не высокомерным, а растерянно суетился, вызывал странное чувство удовлетворения.

Вернувшись в квартиру, он зашёл в свою комнату, где давно никто не появлялся и всё покрылось пылью. Забирать особо было нечего. Не было ни вещей покойной матери, ни предметов, хранивших воспоминания о друзьях.

Он собрал в коробку только грамоты, сложенные в папку, да медали и трофеи с соревнований по лёгкой атлетике, стоявшие на верхней полке.

Они переехали на грузовике, пересекая границу города. Вещи перевезли в старый многоквартирный дом на окраине.

Отец выглядел нервным, мачеха - растерянной и злой, а Хо Чжон - подавленной. Наверное, из-за того, что ей пришлось сменить школу прямо перед выпускным, хотя они только-только переехали.

После возвращения в Сеул Хо Су ещё несколько дней переписывался с Хо Чжон, а в выходные ещё раз съездил домой, чтобы закончить с вещами.

Из-за всего этого его захлестнули беспокойные мысли. Они сопровождались головной болью, мешавшей сосредоточиться на чём-либо.

Только когда Хён У был рядом и болтал без умолку, в голове становилось тихо, как у озера без единой волны.

В итоге оттолкнуть Хён У у него не получилось. Скорее он сам нажал на курок. Сам позвал его к себе и, как и хотел, переспал с ним. Если бы кто-то спросил, было ли хорошо, он бы ответил: чертовски хорошо.

Проблема была лишь в том, что он не мог точно сказать, что взбаламутило его отупевшее сознание - движения внутри тела или голос Хён У, звучавший ниже обычного.

После отмены планов он провалялся без дела меньше получаса. Потом быстро поднялся и вышел на улицу.

Поднялся по склону к спортзалу, где в выходной никого не должно было быть. Расставил конусы с нужным интервалом и побегал. Время не засекал. Просто бежал без остановки. Игнорируя наступившую жару, он двигался до тех пор, пока пот не потёк ручьями.

Когда дыхание уже начало сбиваться, он на мгновение потерял концентрацию. На повороте перенапряг лодыжку. Резкая боль неожиданно пронзила щиколотку. Он рухнул на месте.

Тяжело выдохнул. Безразлично посмотрел на лодыжку, на которую по глупости забыл надеть защиту. Боль исчезла так же внезапно, как появилась. Он снял кроссовку и носок, помял место вокруг лодыжки. Не помогало. По сравнению с рукой Хён У, которая мягко ласкала, его собственная рука была не такой…

Сорвавшийся смешок безвольно растворился в воздухе. Хо Су вытянул верхнюю часть тела и низко опустился на бёдра.

Весь день он думал только о Чон Хён У. Теперь приходилось это признать.

С окончанием промежуточных экзаменов повседневность не сильно изменилась. Утром в понедельник он по привычке тыкал в руку клевавшего носом Хён У, чтобы разбудить, каждый день после занятий сразу шёл в тренажёрный зал или спортзал, а в дни без подработки заглядывал в библиотеку.

Так быстро наступили выходные. Хо Су пришёл к назначенному времени. На удивление, Хён У уже ждал его, приехав на пятнадцать минут раньше. Они встретились у магазинчика на переходе к платформе вокзала.

Хён У с двумя стаканами напитка был заметен издалека. Отчасти из-за окрашенных в красноватый цвет волос, но ещё и потому, что сегодня он оделся наряднее обычного и выделялся на фоне остальных.

На нём было трикотажное поло с коротким рукавом, лёгкая куртка-бомбер и бежевые хлопковые брюки неширокого кроя. Обувь - Air Jordan, которые он выиграл на товарищеских соревнованиях.

Хо Су видел его таким тщательно одетым лишь однажды. Полгода назад, весной, когда Хён У под предлогом продажи подержанной вещи заставил его поволноваться. Хо Су согнал невольно появившуюся улыбку и подошёл ближе.

— Сонбэ!

Почувствовав его появление, Хён У оторвал взгляд от пола и обернулся. Его лицо, до этого напоминавшее холодный чёрный чай, при виде Хо Су мягко просветлело.

— Собрался как на вечеринку.

— Ну, надо же соответствовать.

— Ходил бы так и в обычные дни.

— Ну, не тебе, сонбэ, об этом…

Начавший было Хён У осёкся и прокашлялся. Похожий разговор у них уже был в тот самый день. Видимо, Хён У тоже это вспомнил.

Хён У протянул Хо Су клубничный латте. Похоже, он наконец усвоил, что Хо Су не особо пьёт кофе.

Они сели на поезд до Чхунчхона. По дороге почти не разговаривали. Хён У быстро заснул, хотя время было ещё не позднее. Хо Су решил, что тот, наверное, всю ночь пил или играл.

Солнечный свет, опускавшийся всё ниже, проникал сквозь окно поезда. Он задёрнул шторку, спрятавшись от ярких лучей, и его тоже потянуло в сон. Он задремал, а потом и вовсе уснул, прислонившись головой. Вскоре вздрогнул, разбуженный объявлением о прибытии на станцию Чхунчхон.

Дату они подбирали по прогнозу погоды, но небо зловеще затянуло тучами. Глядя на плотные облака, Хо Су цокнул языком, однако Хён У пока не выглядел обеспокоенным. Он сказал, что перед тем как ехать в смотровое место, отведёт его в найденный ресторан, и потянул Хо Су за запястье.

Это оказалось аккуратное карри-кафе в модном интерьере. Хо Су удивился, почему в Чхунчхоне они пошли не за знаменитой курицей по-чхунчхонски, а выбрали другое место. Хён У ответил, что, раз Хо Су, кажется, не очень любит острое, сразу исключил этот вариант. Хо Су и не помнил, когда давал это понять.

Изначально планировалось после еды погулять по центру, а когда стемнеет, взять такси и подняться на перевал. До самого конца Хён У, словно не замечая сгущавшихся туч, только ворчал, что надо было давно получить права.

Плохое предзнаменование, висевшее в небе с самого приезда, всё-таки сбылось. Когда они вышли из ресторана, редкие капли били по коже, а после осмотра соседнего магазинчика с безделушками дождь усилился и холодно залил землю.

Зонтов у обоих не было, поэтому они поспешно укрылись у входа в здание. Хён У проверил погоду и с обречённым лицом уставился на прогноз ливня до самого рассвета, будто не веря своим глазам.

В такую погоду ехать в запланированное место было бессмысленно - только зря мучиться. Хо Су был готов к этому с самого начала и не разочаровался.

— Можно подать жалобу на метеослужбу? Обещали дождь с завтрашнего дня. Чистое враньё…

— Метеослужба тоже не знала, что так будет. Просто забей.

— Но всё-таки, вы, сонбэ, выделили время и приехали сюда со мной.

Хён У с обиженным лицом надул губы и сел на корточки. Дождь лил так сильно, что один шаг - и промокнешь насквозь.

— До ноября ещё почти месяц. Можно просто приехать ещё раз.

— Вы поедете со мной снова?

Хо Су об этом не задумывался. Просто смутно предполагал, что если будет следующий раз, то, конечно, с ним. Лишившись слов, он лишь поскрёб стену носком кроссовки. Ворча, что сигареты намокнут.

Похоже, надежда в словах Хо Су придала Хён У сил, и он быстро приободрился.

Вздохнул, снова выпрямился и встал. Раз уж они приехали так далеко, он предложил хотя бы немного осмотреться и вернуться.

Сейчас нужен был зонт. Наискосок от здания, где они укрылись, виднелся магазинчик. Хён У сказал, что купит зонт, и, не дав его остановить, бросился под дождь. Хо Су рассеянно смотрел, как спина Хён У убегает под хлещущими струями.

Вскоре Хён У вышел из магазина. Раскрыв ярко-жёлтый большой зонт, он подбежал к Хо Су. На лице читалось, будто он ждёт похвалы. Даже стоя под зонтом, его волосы и одежда местами уже пропитались влагой.

Хоть зонт и был большим, для двоих высоких мужчин его всё равно не хватало. Когда они шли плечом к плечу, плечи снаружи намокали. Хён У всё время придвигался ближе, чтобы не попадать под дождь. Из-за похолодания всё тело продрогло, и лишь соприкасавшиеся руки были удивительно тёплыми.

Они шагали по асфальту, хлюпая по лужам. Кроссовки и носки давно промокли. В переулке, где и смотреть-то было нечего, всё же попадались прохожие. Разноцветные зонты проплывали мимо, будто пересекаясь в воздухе. Когда они прижались к стене, пропуская прохожих, Хён У заговорил первым:

— Глядя на нас, вспомнил тот фильм. Как он называется, что-то с зонтом…

— Тот DVD, что ты у меня забрал.

— Да, он самый.

Глядя, как Хён У нагло признаёт это, Хо Су рассмеялся.

— Два раза пересматривал, но до сих пор не понимаю смысла.

— Конечно, ты же засыпаешь во время просмотра.

Хён У рассмеялся вслед за иронией Хо Су. Голоса, тонувшие в шуме дождя, постепенно становились отчётливее. Ливень понемногу стихал. Дождь ослаб настолько, что можно было выйти из-под зонта, обходя лужи, и не промокнуть насквозь.

— Мне удивительно, что вы, сонбэ, пересматриваете его столько раз.

— Мне становится легче, когда настроение совсем паршивое.

Возобновив шаг, Хо Су осторожно поделился историей, которую обычно не рассказывал. Он не знал, было ли это из-за настроения или из-за атмосферы.

Фильм, несмотря на нарочито яркий постер, был не таким уж весёлым. Хён У, наверняка знавший это, выглядел непонимающим.

— Мне его когда-то показала учительница. Её уже нет в живых. Она говорила, что сама смотрела это кино, когда ей было тяжело, и оно её утешало.

Когда Хо Су спокойно пояснил это, Хён У ещё больше замолчал. Он просто смотрел на Хо Су тёплым, но серьёзным взглядом.

Это был первый раз, когда Хо Су рассказывал кому-то то, чем не делился ни с кем. Он рассказал об учительнице, которая не отвернулась от него в трудный период и предложила попробовать себя в лёгкой атлетике. Что он доверял ей и шёл за ней, но та умерла, когда Хо Су бросил спорт из-за травмы, и теперь они больше не встретятся.

Историю, начатую ровным тоном и законченную кратко, Хён У выслушал молча.

— Ну, вот так. Наверное, поэтому я до сих пор возвращаюсь к этому фильму.

Хо Су когда-то смутно переживал, что если придётся делиться с кем-то старой историей, это будет очень волнительно и нервно. Но оказалось, что это не так уж и трудно. Ничего сложного или грандиозного в этом не было. Обыденно, будто пересказывал обычный прошедший день. Совсем не защемило в груди.

Хён У, всё это время молчавший, вдруг опустил зонт. Дождь уже почти перестал. Но низкие чёрные тучи полностью закрыли вечернее небо, и дорога перед ними была тёмной, будто с закрытыми глазами.

И только лицо Хён У светилось, словно под лампой. Хотя, может, Хо Су просто показалось.

— Ну, если у меня когда-нибудь появится такой фильм…

Хён У замолчал, обдумывая слова. Но долго молчать не стал.

— Наверное, это тоже будет «Тамган».

Глядя на улыбающегося Хён У, Хо Су смутно подумал: «Хотелось бы, чтобы тебе никогда не пришлось искать такое кино самому». Потому что тоска делает человека слабым. Хотелось бы, чтобы ты подольше сохранял свою особенную стойкость…

Дождь, который, казалось, кончился, снова зарядил с перерывами. Всю дорогу на поезде капли били по окнам.

На обратном пути ни Хо Су, ни Хён У не спали. Но и болтать не болтали. Хён У, который обычно не выносил тишины и постоянно трещал, молчал всю дорогу. Подперев подбородок, он безучастно смотрел в тёмное окно.

Хо Су часто видел Хён У среди других людей - в спортзале, в баре. Недавно и на MT. Хён У был общительным, шутливым, всегда окружён людьми, но, если вспомнить, он не так уж часто сам начинал говорить и лез в центр внимания.

Он мог одной шуткой рассмешить людей и снова замолкал, тихо оставаясь на своём месте. В такие моменты Хён У иногда казался масляной плёнкой, покачивающейся на поверхности воды.

В последнее время таким он выглядел и рядом с Хо Су. Как масло, которому трудно смешаться…

Вернувшись в Сеул, они увидели, что дождя там не было. Было уже поздно, поэтому Хо Су пошёл к себе вместе с Хён У. Пустить его переночевать уже не было чем-то особенным. Другое дело - заснёт ли он на голом полу под кроватью или нагло заберётся к нему.

На слова Хён У о том, что он голоден, они зашли в магазин. Купили пару закусок. Хо Су первым поднялся по лестнице дома. Хён У, шедший следом, вдруг остановился. Его лицо перед почтовым ящиком холодно застыло.

— Что такое?

— Это…

— …А.

То, о чём он совсем забыл благодаря Хён У. Оно снова появилось, напоминая о себе, как только о нём удавалось забыть.

В руке Хён У был билет, даже не упакованный как следует.