Дорогой мой брат | Глава 33

Это не было пробуждение от холода, боли или внезапного испуга. Ши Юн просто открыл глаза, естественно, и, проснувшись без малейшего дискомфорта, несколько раз моргнул, прежде чем осознать, где находится.

Он не делал резких движений. Полежав немного, моргая, он медленно приподнялся, опираясь руками о диван. Оглядывая гостиную, освещённую мягким светом, Ши Юн был поражён, увидев До Юна, спящего прямо рядом с ним.

Он не издал ни звука, лишь судорожно прижал к груди руки, которые до этого вытягивал, чтобы поддержать верхнюю часть тела, и слегка отодвинулся, увеличивая расстояние между собой и До Юном. На соседнем кресле висел, казалось, его снятый пиджак, а сам он, всё ещё в одежде, в которой был на улице, спал, сидя, прислонившись к дивану.

Впервые увидев спящего До Юна, Ши Юн внимательно скользил взглядом по его лицу. По телевизору или в кино показывали, как люди притворяются спящими, но не спят по-настоящему. Его голова была наклонена к окну, так что его лицо было плохо видно, но скрещенные длинные ноги и сложенные на груди руки говорили о том, что ему вполне удобно.

"Он всегда так занят."

Несомненно, из-за его появления у него появилось много дел, которые он мог бы и не делать. Сколько же дней он провёл в больнице?

"Кто я вообще такой?"

Он не знает, зачем он нужен, но если он может быть полезен своему брату, он должен стараться изо всех сил, но не уверен, что сможет. Он несколько раз испортил ему настроение. Глядя на До Юна, Ши Юн осторожно завернул его в одеяло, которым укрывался сам.

Казалось, что его тело было укутано в него, но для него оно было бесконечно маленьким. Ему это не нравилось, но он не был в состоянии пойти в спальню и принести одеяло. Закутав До Юна в одеяло, Ши Юну больше нечего было делать, и он снова уселся на диван, оглядываясь по сторонам.

Из кухни доносился запах еды, так что он не был особенно голоден. Брат, вероятно, уже поужинал. Придя к мысли, что нужно убрать со стола, Ши Юн заметил костыли и инвалидное кресло рядом с диваном.

– Ух…

Поскольку у него был опыт использования и костылей, и инвалидной коляски в больнице, он понимал, что и дома справится. Ши Юн устало вздохнул, усевшись в инвалидную коляску, которая меньше нагружала ноги, чем костыли. Даже это оказалось таким сложным. Но поскольку обе ноги были травмированы по его собственной вине, винить было некого.

Он не знал, благодарить ли за то, что в просторном доме брата можно свободно передвигаться на инвалидной коляске, или печалиться, что из-за его размеров он не может ничего сделать без инвалидной коляски или костылей. Ши Юн слабо усмехнулся, подумав, что у себя дома он мог бы доползти куда угодно.

Неуклюже и медленно, но он убрал со стола. Совершенно случайно Ши Юну на глаза попались мандарины. Не в чёрном пакете, а в красивой картонной коробке. Увидев их, он почувствовал, как во рту появилась слюна.

Всего один… Коробка такая большая, что если он съест один мандарин, никто и не заметит. Ши Юн взял один.

Едва положив в рот сочную дольку, он блаженно прикрыл глаза. В меру прохладный, в меру кисловатый, и самое главное - невероятно сладкий. Ему казалось, что он никогда не ел таких вкусных мандаринов. Несколько раз поднеся руку ко рту, Ши Юн машинально съел целый мандарин и уставился на коробку.

Их ещё так много… Незаметно для себя он потянулся за следующим.

До Юн резко открыл глаза, обнаружив, что Ши Юна нет рядом на диване. Он вскочил. "Только отвлекись, и он исчезнет", - подумал он. Схватив пальто, он уже собирался выйти, когда услышал странный звук.

В доме горел только приглушённый свет, но из кухни доносилось тихое напевание. Неразборчивое бормотание. До Юн, сам того не осознавая, на цыпочках направился на звук.

Тихое напевание становилось всё громче.

Кухня не была видна напрямую из гостиной, чтобы её увидеть, нужно было повернуть. Как только он повернул за угол, глаза До Юна расширились. Инвалидная коляска перед раковиной. Звук напевания стал ещё отчётливее, чем раньше. И на лице того, кто напевал, покачивая головой, была мягкая улыбка.

В это время в его руках, которые быстро двигались, были мандарины, которые До Юн купил.

– Хммм. Хммм.

Аккуратно очистив мандарин, он положил кусочек в рот, и звук чавканья примешался к его напеванию. Увидев это, До Юн почувствовал, как напряжение покидает его плечи. Рот, который усердно пережёвывал, остановился, глотнул, и ещё один кусочек мандарина исчез в этом маленьком рту.

"Он показывал мне только встревоженный и напряжённый вид, но разве можно так прятаться здесь и радоваться одному мандарину?"

– Ням.

Не зная, что на него смотрят, маленькая головка Ши Юна, мгновенно съевшего целый мандарин, потянулась к коробке с мандаринами, лежащей на раковине. Рука потянулась к коробке, а затем: "Ах, э? Э?" Весёлое щебетание, звучавшее только что, исчезло, и его сменил голос, полный замешательства.

Затем Ши Юн, придвинув коробку обеими руками, положил её на колени и заглянул внутрь.

– Что мне делать? Ах… Что же делать?

Вокруг Ши Юна, оглядывающегося по сторонам, были разбросаны мандариновые корки, которые он только что очистил.

До Юн смотрел на Ши Юна, похожего на перепуганного кролика, объевшегося мандаринами вместо еды, которую ему предлагали, и на его лице появилась улыбка. Он должен был сказать ему пару слов о том, что он не ел, но, увидев, как тот тайком ест то, что он купил, и радуется, это выражение появилось само собой. До Юн ещё не мог сказать, что хорошо знает его, но, судя по характеру Ши Юна, тот, вероятно, собирался съесть только пару штук тайком.

"Наверное, он не заметил, как много съел, и лишь потом осознал, что переборщил, отчего и растерялся."

– А… ох…

Как будто от того, что он озирается, съеденные мандариновые корки исчезнут, или от вращения этими огромными глазами в голову придёт хорошее решение.

"Похоже, стоит сделать вид, что ничего не заметил".

До Юн тихонько начал отступать назад.

Но в самый неподходящий момент он встретился взглядом с Ши Юном и впервые увидел, что его и без того огромные глаза могут стать ещё больше.

– Ик.

В тишине раздался звук икоты Ши Юна.

– Хё… хён. Это… ик…

Из уст Ши Юна вырвался звук икоты, когда он отчаянно махал руками в воздухе и дрожащим голосом пытался что-то сказать. В этот раз его маленькая ручка сама закрыла рот. А уголки глаз, которые до этого были приподняты в улыбке, грустно опустились.

– Вкусно было?

До Юн, почувствовав, что невольно помешал Ши Юну наслаждаться моментом, вздохнул, повесил пальто, которое держал в руках, на спинку стула и подошёл к Ши Юну.

– Ик...ик…

Верхняя часть тела Ши Юна дрожала, а звуки икоты приглушённо вырывались из-под рук, плотно закрывающих рот.

– Ты ведь просил что-нибудь вкусненькое. Рад, если тебе понравилось.

До Юн чувствовал, как Ши Юн растерялся, не зная, что делать, по мере того, как он приближался. Он уверенно сократил расстояние между ними, привычно присел на корточки, чтобы оказаться с ним на одном уровне глаз.

– Похоже, тебе действительно понравилось. Но тебе всё равно нужно было поесть и нормальной еды. На этот раз я тебе это прощаю.

До Юн продолжал говорить за Ши Юна, который изо всех сил пытался остановить икоту.

– Ты понимаешь, что поступил неправильно?

При этих словах маленькая головка Ши Юна, до этого застывшая, задвигалась вверх и вниз.

– Тогда... и мне тоже дай.

До Юн положил руку на коленку Ши Юна, и почувствовал, как напряглись его ноги, но всё равно притворился, будто ничего не замечает. До Юн молча смотрел на него, и рука, закрывавшая нижнюю часть лица Ши Юна, осторожно опустилась и потянулась к коробке с мандаринами. Как же трудно ему было достать один мандарин, его лицо было полно замешательства. Ши Юн достал один мандарин и, держа его обеими руками, протянул До Юну.

– Я не могу съесть мандарин с кожурой.

До Юн не упускал из виду меняющееся выражение лица Ши Юна и продолжил говорить. В его больших глазах появилось замешательство, а его маленькие ручки принялись ловко очищать мандарин от кожуры. Ши Юн тщательно очистил мандарин от белых прожилок, и их взгляды снова встретились.

До Юн ничего не говорил и продолжал смотреть на него, а круглый мандарин в руках Ши Юна разделился на несколько долек. После этого последовала короткая тишина, и время будто остановилось.

До Юн ждал, когда Ши Юн дрожащими большим и указательным пальцами поднёс дольку мандарина к его губам. Затем До Юн открыл рот и съел мандарин, который Ши Юн ему протянул.

– Молодец.

До Юн съел целый мандарин с помощью Ши Юна, кончики пальцев Ши Юна оказались покрыты слюной До Юна.