Том 1. Глава 1.
Характерная черта любовных фэнтези-романов с главным злодеем!
«Героиня хоть и говорит, что не хочет ввязываться во всё это, но при этом меняет первоначальные сюжетные линии и тем самым очаровывает злодея…»
Но, клянусь, прожила очень далекую жизнь от оригинальной истории.
Я находилась в такой ситуации, что мне никогда не нужно было пересекаться с оригинальными главными героями, не говоря уже о злодее.
Проще говоря, была всего лишь «проходящим мимо имперским персонажем А».
Я могла гордиться, что прожила такую образцовую жизнь никому не известного второстепенного героя.
Так что инцидент, произошедший сейчас, был, в конце концов, всего лишь неудачным стечением обстоятельств.
…По крайней мере, так думаю я.
– Леди Клара, вы всё это время дожидались подходящего момента? Очень умно.
К сожалению, злодей, стоявший передо мной, похоже, так не считал.
Маска, скрывавшая его лицо, далеко отлетела.
Человек, который полностью раскрыл свою личность передо мной: молодой герцог Рутгер Кассен.
Главный злодей, всего лишь юный аристократ, подрабатывающий призрачным вором и сеющий хаос в мире…
Несмотря на ледяное выражение лица, его природное обаяние было настолько сильным, что невольно вызывало восхищение.
Конечно, сейчас было не время любоваться его лицом, поэтому быстро ответила:
– Нет! Это была случайная оплошность, молодой герцог.
– Обычно люди не называют такое случайной оплошностью.
Ладно, даже я подумала, что оправдание довольно жалкое. Это действительно была случайная оплошность, но данный человек не воспринял мои слова всерьез.
Он – призрачный вор, а я – капитан Ордена Рыцарей, вынужденный преследовать его (по крайней мере, так кажется).
Разве это не то положение, когда все мои действия будут выглядеть как попытка поймать его?
У меня не было намерения связываться с главным злодеем. Я собиралась лишь добросовестно исполнять свою роль некомпетентного командира рыцарей, которому не удалось поймать Призрачного Вора, до самого конца оригинальной истории.
– Значит, ты утверждаешь, что снятие маски было всего лишь случайностью…
Ничего не поделаешь. В такой ситуации у меня остается только один выход:
– Я ни за что не раскрою личность молодого герцога.
– Всё именно так, как вы услышали. Так что, пожалуйста, не сомневайтесь, заберите маску и спокойно возвращайтесь.
Красивые брови Рутгера резко нахмурились.
– Теперь, когда я проиграл, ты решила надо мной поиздеваться?
Я повысила голос и настаивала на своей искренности:
– У меня нет ни малейшего намерения раскрывать личность молодого герцога, хорошо? Клянусь Богом Небесным!
Несмотря на мою стопроцентную искренность, Рутгер лишь тихо вздохнул:
– Почему я должен верить тебе?
По правде говоря, если бы была на его месте, то отреагировала бы также. В конце концов, клятвы, данные на словах, пусты и бесполезны.
– У меня нет неопровержимых доказательств.
– Пока у меня нет доказательств, единственное, что могу доложить начальству, – это показания очевидцев. Если только не арестую молодого герцога на месте преступления прямо сейчас.
Как бы в подтверждение своих слов, подняла обе руки, давая понять, что не собираюсь нападать.
Рутгер хмуро посмотрел на меня, затем поднял упавшую на пол маску. Конечно, я не остановила его.
– Да, без доказательств попытка обвинить меня будет казаться просто нелепой. Скорее всего, ты окажешься в затруднительном положении.
– Однако подозрения на подобии «а что, если?» всё равно распространятся. Даже сочтя это бесполезным слухом, кто-то всё равно может усомниться в моём алиби.
– Повторюсь: как я и поклялась Богом Небес, у меня нет таких намерений. И не расскажу об этом даже своим товарищам.
Взгляд Рутгера был острым, будто сковывал меня. Хотя он ничего не сделал, я чувствовала себя так, словно меня загнали в угол.
Будто нарушая напряженное молчание, Рутгер сделал шаг ко мне и заговорил:
Его серебристые волосы, залитые лунным светом, были прекрасны, словно волосы ангела на священной картине. Казалось, образ двигался прямо перед моими глазами.
Когда я пришла в себя, он каким-то образом прижал меня к стене и наклонился своим лицом ко мне.
На расстоянии вытянутой руки, достаточно близко, чтобы коснуться меня своим дыханием, он прошептал:
Я тяжело сглотнула и едва смогла ответить, затем кивнула головой.
Это было для того, чтобы ясно выразить ему свои намерения.
– Если бы я планировала поймать молодого герцога, у меня было бы уже больше десяти возможностей сделать это за всё время нашего разговора, но я не воспользовалась ими.
Рутгер издал глухой смех и нахмурил брови. Даже это недовольное выражение лица было настолько чарующим, что невозможно было оторвать взгляд.
Он медленно отступил назад и надел маску, которую держал в руках. Как только использовал этот магический артефакт, его силуэт стал неразличимым.
– Посмотрим, насколько глубока твоя вера.
Голос, искаженный маской, эхом разнесся вокруг, и его фигура мгновенно исчезла.
Это было поведение, подобающее призрачному вору, которого было бы трудно поймать с поличным, если бы не сегодняшняя «случайность».
Я провела рукой по лицу и опустилась на пол.
Я была человеком, совершенно лишенным веры, но все равно намеревалась сдержать клятву.
Мне не хотелось ввязываться в дела этого гениального преступника без причины и нарушать свою спокойную жизнь государственного служащего до выхода на пенсию…
– …Подождите. Как зловеще. Разве этот монолог не похож на пролог романтической фэнтезийной героини, которая безнадежно ввязывается в дела гениального злодея-преступника?
Прошло 24 года с тех пор, как я переродилась в этом мире.
Лишь недавно меня постигло предзнаменование несчастья, ведь до этого моя жизнь была верна образу «проходившего мимо имперского персонажа А».
Вспоминая те времена, я снова тяжело вздохнула.
Предзнаменование того невероятно неудачного дня началось с сообщения от подчиненного рыцаря.
Я торопливо обедала после утренних обязанностей, когда раздался неприятный звонок.
[Командир, я сейчас нахожусь возле улицы Суорель, 27. Здесь полный хаос... Нам нужна помощь личного состава...]
Звук плача подчиненного рыцаря, доносившийся из места связи, нарушил мирный обеденный перерыв.
Я отложила вилку и резко ответила ему:
[Нет, я хочу дать вам время поесть, командир… Ой, ой, ой! Сэр, держитесь крепче! Перестаньте меня бить и поговорите со мной!]
Рыцаря избивает проситель? Я могла догадаться о трагедии по звуку.
Я сильно надавила на лоб, едва сдерживая стоны.
[Командир Клара! Я люблю вас!]
– Признайся своей девушке, а не мне.
В конце концов, я бросила недоеденный ланч-бокс и встала со своего места.
Красивый блондин, сидевший за столом напротив меня, спросил с забавным видом:
– Так ты думаешь, что сможешь вернуться к обеду?
Это был Лайонель, секретарь нашего Рыцарского Ордена.
Извращенец, который получает удовольствие от чужих страданий. Вот и всё.
– Хочешь поспорить? Если вернусь к обеду, угостишь нас ужином.
– О, ты такая крутая. Ладно. Но если не вернетесь, купите мне новые перчатки в бутике Люзанн?
– …Эй, если уж спорить, то хотя бы устанавливай цену примерно такую же!
Крикнула ему и накинула на себя небрежно висевший плащ.
Эту форму я должна была носить, отправляясь на задания Ордена Рыцарей.
– Ага. Да благословят тебя боги небесные, и да вернешься ты благополучно.
Получив преувеличенные проводы от Лайонеля, я выскочила из штаба Ордена Рыцарей и села на коня.
«Хотя мне никогда не поручали миссий, достаточно грандиозных, чтобы заслужить такие пожелания о благополучном возвращении».
Отдел по урегулированию жалоб, он же Орден Рубиновых Рыцарей.
Это была мирная, бесперспективная работа, где самой впечатляющей частью обязанностей было пресечение беспорядков, устраиваемых пьяницами.
– Знаешь что? В мои-то времена! И-ик-к, серьёзно, я мог бы заставить всех этих ублюдков здесь встать на колени!
– Да, да, сэр. Я всё понимаю. Конечно, вы могли бы это сделать.
Единственный навык, который я приобрела на этой работе, — это талант бездумно соглашаться с пьяницами во время их длинных речей.
– А, смотрите, ваш сын идёт. Вам пора пойти домой и хорошенько выспаться, не так ли?
– И-ик-к, зачем воспитывать детей – всё это напрасно... А что касается жены, даже не пытайтесь жениться!
– Да, сэр. Я тоже не особо думаю о браке…
Я подала знак своему подчиненному рыцарю, Билли, и он поспешно потащил сына пьяницы.
– О боже. Мне очень жаль из-за моего отца.
– Ничего страшного. Пожалуйста, распишитесь здесь для подтверждения.
После того, как я передала пьяницу и спокойно получила расписку о составлении отчета, я обернулась и ударила Билли по голове.
– Эй, это один из самых спокойных пьяниц; ты даже с этим не можешь сам справиться?
– Неважно. Вернись и напиши отчет сам.
Рыцарь Билли, который перевелся в «Рубиновых рыцарей» около трех месяцев назад, был, проще говоря, хулиганом.
Я обрадовалась, когда начальство наконец выделило мне персонал, но и представить не могла, что он окажется головной болью, увеличивающей нагрузку на других в полтора раза.
Когда позже углубилась в это дело, выяснилось, что Изумрудные Рыцари, где он изначально служил, сдались и с радостью перевели его.
– Ну, полагаю, порядочный человек вряд ли вступит в ряды Рубиновых Рыцарей.
Я шла, усмехаясь и одновременно грустя, но внезапно остановилась:
Игнорируя протест Билли сзади — «Э-э, я уже бежал раньше, чтобы вернуть сына того пьяницы!» — я галопом помчалась к коню.
Когда работа не приносит ни вознаграждения, ни удовольствия, ужин, который можно выпросить у друга, обычно является единственной радостью в жизни.