Том 1. Глава 9.
Брови Рутгера слегка приподнялись, а затем опустились. Казалось, он быстро успокоил своё кратковременное волнение:
– Довольно неожиданное заявление.
– Это тип преступника, о внешности которого я никогда не слышал, даже из отчетов от силовых структур. Есть ли у вас основания так думать?
Я медленно открыла рот, краем глаза оценивая расположение дымохода и окон.
Конечно, сам ключ к разгадке (Рутгер Кассен) находился прямо передо мной, но даже исключив его, основания предполагать, что Хайлбронер принадлежит к аристократии у меня, были.
– Начнем с того, что сама его криминальная история указывает на то, что он просто любитель.
– Украденные вещи, предупредительные письма, а иногда даже сам акт возврата этих вещей, словно представление… Кража у Хайлбронера больше похожа на хобби, которым он занимается время от времени, нежели на источник дохода.
– Факт того, что он может спокойно заниматься хобби, требующим таких затрат, говорит о том, что он довольно богатый человек.
Рутгер с большим интересом посмотрел на меня. Странно было говорить об этом человеку передо мной.
– Допустим, что ваши предположения верны, однако в наше время богатством владеют не только дворяне, ведь так? В конце концов, богатые простолюдины сейчас – обычное явление.
Рутгер был прав. Не все богачи – это дворяне. Настала эпоха, когда нельзя смотреть свысока на простолюдина, накопившего богатство.
Другими словами, он имеет ввиду, что существует вероятность того, что преступления совершил простолюдин, накопивший значительное богатство…
– Причина, по которой я исключила простолюдинов – это разведка.
– Да. Многие из украденных вещей, с которыми имел дело Хайлбронер, были ценными предметами, о которых знали только высокопоставленные дворяне. То же самое относится и к целям.
– Независимо от того, сколько денег у человека, простолюдин не сможет проникнуть в тесную сеть связей среди высокопоставленных дворян.
– Что окончательно убедило меня, так это предупредительное письмо, пришедшее сегодня днём.
– …Что вы имеете в виду под предупредительным письмом?
Я медленно ответил, глядя прямо в его светло-зеленые глаза.
– Разве предупредительное письмо не пришло в тот момент, когда задание Хайлбронера было передано от существующих сил безопасности нашим Рубиновым Рыцарям? Как будто он проверял меня.
– Однако мало кто мог бы узнать о переводе дела так быстро, если только это не высокопоставленный дворянин. Разве это не доказательство тому, что у Хайлбронера есть высокоуровневая разведывательная система?
– Что, если время получения предупредительного письма всего лишь совпадение?
– Это невозможно, слишком уж большое совпадение. Хайлбронер обычно предупреждал о своих преступлениях примерно раз в четыре-шесть недель. Но в этот раз письмо пришло всего через две недели после предыдущего ограбления.
Рутгер скрестил руки, погрузившись в размышления, затем прищурился. Улыбка молодого герцога была восхитительна, но в моем сухом сердце не осталось места для того, чтобы быть очарованной такой красотой.
– Удивительно, что вы вообще догадались о частоте получения предупредительных писем, учитывая, что у вас не было времени подробно изучить переданные материалы.
Действительно странно, но Рутгер, казалось, был искренне впечатлен моими умозаключениями и хвалил меня. И эта похвала исходила от самого Призрачного Вора Хайлбронера.
– В любом случае, как и обещал, я сделаю всё возможное на следующей встрече. Конечно, ничего не могу гарантировать, но надеюсь, что это приведет к хорошему результату для вас.
– Да, спасибо, что упомянули об этом.
В конце концов, герцог Рутгер Кассен не принимает решений, а лишь имеет право говорить.
…Нет, на самом деле, я немного надеюсь, и, если мои надежды не оправдается, будет очень грустно.
– Если это всё, о чём вы хотели поговорить, могу я пойти и заняться оставшимися делами?
Когда я вежливо поклонилась и подняла глаза, Рутгер, направлявшийся в противоположную сторону к особняку, вдруг заговорил.
– Раз уж зашла речь о вашем предыдущем выводе… вы сказали, что мотив Хайлбронера в совершении преступлений, похоже, был связан с хобби.
Он помолчал немного, словно подбирая слова, а затем тихо спросил:
– Что вы думаете, если у Хайлбронера была какая-то другая цель?
Я знала, как никто другой, что Призрачный Вор Хайлбронер действовал не просто как хобби. Верный своей роли злодея, его главной целью было помешать группе главного героя, действуя как Призрачный Вор.
Что ж, с его точки зрения, это могло быть оправдано. С точки зрения главного героя, он, несомненно, был злодеем, но разве всё это в конечном итоге не просто политическая борьба?
– Какова бы ни была его цель… я просто делаю то, что должна.
– Как у Призрачного Вора Хайлбронера свои обстоятельства, так и у меня свои.
Я имею в виду обстоятельства, когда приходится быть осторожной, чтобы жить и работать государственным служащим долго и скромно.
Я ещё раз вежливо поклонилась и отвернулась.
Он ушел, оставив после себя неизгладимое впечатление своим сильным голосом.
– Похоже, он не испытывает особого волнения.
В конце концов, почему он должен бояться лишь из-за того, что круг подозреваемых немного сузился? Рутгер настолько неуловимая фигура, что мы до сих пор не смогли выследить его ни на шаг.
Однако я всё ещё не понимала причину вопроса, который он задал в самом конце.
«Ну, я думаю, он хотел принять образ одинокой души, ищущей понимания.»
Сведя грозного молодого герцога к простой фигуре, одержимой концепциями, я переключила внимание на дорогу.
Пронизывающий ветер ударил мне в лицо, заставив вздрогнуть и прикрыться плащом.
– Надо было перчатки надеть… Ой, подождите.
Я цокнула языком, поняв, что забыла кое о чём.
«Надо было сказать Рутгеру, что скоро верну перчатки!»
Такими темпами, меня заклеймят как бесстыдную негодяйку за то, что присвоила себе эти ужасно дорогущие перчатки.
Я была так удивлена внезапным появлением Рутгера, что совершенно забыла о перчатках.
Я вздохнула, вспомнив о тех перчатках, которые за свои кровные деньги доверила высококлассному ателье для чистки и ухода, опасаясь, что драгоценная кожа может быть повреждена, если я буду небрежно их стирать.
Через несколько дней я заберу их из ателье, и отныне буду всегда носить их с собой, чтобы вернуть Рутгеру при встрече.
«Похоже, в ближайшее время из-за дела Хайлбронера придётся часто встречаться с Рутгером».
Это была реальность, которая, кроме его приятной внешности для глаз, меня особо ничем не радовала.
Я потянулась и продолжила осмотр особняка.
Сэр Сейн, верный своей репутации компетентного рыцаря только тогда, когда не бездельничал, осмотрел структуру особняка и быстро изложил свои выводы.
– Как сказал граф Шлерман, структура сама по себе не сильно отличается от других особняков, но…
– Хм… то тут, то там виднелись следы сделанных заплат. Похоже, что эти реставрационные работы проводились уже после завершения строительства самого здания…
– И естественно, граф на этот счет ничего не ответил?
– Да. Но, судя по моим замерам, подозрительно пустых пространств на первом и втором этажах не было.
– Понятно. Буду иметь это в виду.
Лорд Сейн закончил свой доклад и посмотрел на меня умоляющим взглядом.
– Но не забудьте, что, как я уже говорила, завтра вам придётся работать сверхурочно из-за Хайлбронера.
Его лицо, до этого счастливое, снова стало угрюмым.
«Бесполезно притворяться жалким, старик».
Проводив сэра Сейна, я встретилась с графом, чтобы уточнить ещё кое-что, но безрезультатно. По крайней мере, его высокомерное поведение улучшилось по сравнению с тем, что было раньше, возможно, благодаря Рутгеру.
«Ну… я сделала всё что могла и завтра выполню столько же».
Было ясно, нам всё равно не удастся поймать Хайлбронера. Остается лишь приложить достаточно усилий, чтобы начальство поругало за саботаж.
Мысль, что это неэффективное противостояние будет продолжаться, заставила меня невольно вздохнуть, но я как-то сдержалась.
Я вернулась в рыцарские покои, поздно пообедала и прочитала документы по Хайлбронеру, которые собрал Билли. После помогла бедному Лайонелю с оставшейся работой, когда опомнилась на дворе была уже поздняя ночь.
– Да, командир! Я лягу спать пораньше, с нетерпением жду завтрашнего поединка с Хайлбронером!
В его голосе было столько надежды, что трудно было поверить, что этот самый парень целый день умирал от усталости, разбирая документы. Я искренне восхищаюсь этой его стороной.
Лайонель, полная противоположность Билли, весь измотанный и уставший словно отварным шпинатом, медленно забрался в арендованный экипаж. Арендованный экипаж? Видимо, этот парень действительно любит тратить деньги как воду.
Проведя подчиненных, я направилась в свою комнату, находившуюся недалеко от штаба рыцарей. Я снимала комнату на третьем этаже торгового района, и, за исключением холода зимой, она была идеальна.
«А, точно. Вчера вернулась пьяной и не проверила почтовый ящик».
Я зашла на первый этаж, чтобы проверить общий почтовый ящик.
Затем, вернувшись в свою комнату на третьем этаже, разбирала письма и с удивлением обнаружила один конверт.