Глава 12
На вид ему было чуть за тридцать, но внешность в его случае мало что значила. Люди, обладающие большим количеством маны, почти не стареют.
С виду он казался добродушным, даже мягким. Но уголок губ был чуть приподнят, из-за чего улыбка выходила кривой, с неприятным оттенком.
— Тот, кто сейчас думает, забрать тебя с собой или нет.
Он не поверил и даже не допустил такой возможности.
Перед ним – принцесса? Нет, невозможно.
Она была милой, очаровательной… Но совсем не походила на принцессу. Дочь императора Вилотиан и вся в грязи, копается в цветнике?
— Ха-ха! Какой дерзкий ребёнок.
Он на всякий случай огляделся.
«Хм… Если подумать, она и правда может быть принцессой».
Но принцесса Вилотиан для императорской семьи скорее обуза. В Империи Меча ребёнок, не способный владеть мечом, считается позором. Не зря же император, ненавидящий магию, всё же пригласил Карин – лишь бы хоть чему-то её обучить.
«Если она и правда принцесса… Это даже печально».
— Насколько же ты никому не нужна, если рядом нет ни одного охранника?
— Благородная принцесса, пойдём со мной?
— Дядя… Ты похититель? Хочешь меня забрать?..
— Я сделаю из тебя выдающегося мага, не стоит бояться.
Раз он свободно разгуливает по императорскому дворцу, значит, он представитель приглашённой делегации. И при этом – достаточно сильный маг, чтобы одним жестом заставить Рурику исчезнуть. Мужчина, который, увидев ребёнка с выдающимся магическим талантом, смотрит на него с жадным блеском в глазах. Даже если этот ребёнок – принцесса, он всё равно готов задуматься о похищении.
Как читатель этой новеллы, если бегло прикинуть – это Вильгельм. Если подумать серьёзно – всё равно Вильгельм.
— О? Имя великого лорда Вильгельма я тоже слышал. Польщён, что принимаешь меня за него.
— Можете притворяться, что это не вы… Но теперь понятно, что вы не такой уж и умный.
— Вот что она имеет в виду… Друг.
Ругательство уже почти сорвалось с его губ, но, чтобы Изабель не услышала, он заменил его на «друг».
П.Р.: даже Байтону не дают вставить красное словцо…
Острое металлическое лезвие пронзило грудь мужчины.
Он резко сунул руку в тень мужчины и вытащил оттуда Рурику.
Рурика в панике подбежала и крепко прижала Изабель к себе, закрывая ей обзор.
Байтон, опасаясь, что Изабель может услышать, максимально смягчил выражения:
— Устрою-ка я тебе грязевую ванну.
Байтон достал из подпространства ещё один меч и вонзил его в тень мужчины.
Он был магическим мечником – владел и магией, и клинком одновременно.
Лезвие меча было покрыто различными магическими узорами, из которых струился слабый светло-зелёный свет.
Мужчина молчал – похоже, боялся выдать себя голосом.
— Как думаешь, почему здесь нет охраны? Тебе не кажется, что она нужна лишь для красоты?
Охрана так-то и не требовалась – достаточно было одного человека.
— Постой… Это магическая проекция?
Противник оказался осторожным, даже слишком.
Тело – подделка, даже крови не было.
Мужчина начал рассеиваться, и Байтон оскалился. В его глазах вспыхнуло безумие.
— Друг, который предпринял неудачную попытку похитить ребёнка.
— Не думай, мол, если не осталось доказательств, то ты в безопасности.
Мужчина молчал до самого конца.
Байтон вытащил меч из груди мужчины и провёл языком по лезвию. Клинок блеснул на свету.
Его мрачный взгляд был прикован к исчезающей магической проекции.
— И я тоже, кстати, не оставляю доказательств.
П.П.: встаем в очередь за личным телохранителем! Талоны выдаются по предварительной записи!
Нижняя часть тела проекции уже полностью исчезла, оставалась только верхняя.
Он хотел сказать: «Я найду тебя и убью». Но так как рядом была Изабель, он снова смягчил слова:
— Я найду тебя… и мы подружимся. Пообщаемся поближе.
Лезвие отсекло шею проекции, и она рассыпалась в воздухе, растворившись.
Изабель с самого начала знала, что Байтон рядом, потому и не испугалась.
Но Байтон понял это по-своему.
— Принцесса, вы снова… такая спокойная…
Она ведь обречена на смерть, поэтому ко всему относится спокойно и без лишних эмоций… Байтону стало грустно.
— Это ведь был плохой человек.
— Когда учитель рядом, чего мне бояться?
— Ты просто хотел точно понять, кто он и зачем пришёл. Я знала это и верила.
Глубоко тронутый, Байтон крепко обнял Изабель.
Изабель, оказавшись у него на руках, наклонила голову.
«Он и в оригинале был таким чувствительным?..»
Отложив это сомнение, она спросила:
— Кто знает?.. Но я выясню. Я очень люблю заводить друзей…
Его улыбка была свежей, как лёгкий осенний ветерок, и делала настроение Изабель светлее.
Он аккуратно провёл рукой по её волосам.
Изабель с ясным выражением лица спросила:
— Если ты так свирепо размахиваешь мечом, какой смысл прикрываться красивыми словами?
Байтон вздрогнул. Он испугался, что принцесса может начать его бояться.
— С-свирепо? Я? Впервые такое слышу. Я вообще-то очень мягкий и добрый учитель.
Ему показалось, будто он потерял весь мир…
— Но всё равно было клёфо. Ты самый лучший!
И мир снова вернулся на место.
Я протянула Байтону жёлтый цветок в знак благодарности. Точно такой же цветок, какой подарила Рурике.
Пальцы лорда Байтона едва заметно дрогнули.
— У меня больше нет ничего, что можно подарить… Но, когда я вырасту, обязательно подарю что-нибудь хорошее.
— Когда станете взрослой, вы обязательно должны подарить мне что-нибудь хорошее.
— Тогда я запишу это в дневник: через двадцать пять лет вы подарите мне ценный подарок.
— М-м… Через 25 лет меня уже не бу…
— Тогда сделаем исключение – пусть будет через двадцать.
Но даже так – это двадцать четыре года, а я проживу только до двадцати одного.
— Дети, которые не выполняют обещания, – плохие дети. Вы же понимаете?
— Обещание нужно обязательно выполнить. Я буду помнить его всю жизнь.
— Если не выполните, я спрячусь и буду плакать, громко всхлипывая, вы же знаете?
Понимая, что у него на душе, я мягко улыбнулась. Я была искренне благодарна за его слова.
— Хо-хо-хо, тогда я пойду осмотрю окрестности. Я уже вызвал рыцарей, так что здесь будет безопасно.
Байтон махнул рукой и начал уходить. Он сделал всего несколько шагов, и тут же скрылся из виду.
Я совсем забыла о том, что встретила Вильгельма.
Тело ребёнка и правда было очень удобным. Если прямо перед глазами было что-то интересное, – например, грязь, – обо всём остальном тут же забываешь.
Няня просияла. По тому, как задвигались её губы, было понятно – похвала уже готова сорваться с её губ.
— Боже мой, какое красивое цветочное кольцо! Я никогда в жизни не видела такого прекрасного кольца! Откуда у вас такие золотые руки?
Как всегда, няня осыпала меня похвалами, и, как всегда, мне это было приятно. Попа уже не начинала радостно вилять как раньше, но скрыть улыбку я всё равно не смогла.
— Улыбка принцессы – мой воздух.
Мне показалось, я только что услышала что-то уж слишком восторженное.
— А, нет-нет, ничего! Кстати, уже пора возвращаться.
Скоро закончится третий день императорского банкета. Во дворце станет шумно и многолюдно.
Папа сейчас находится в большом банкетном зале и принимает участие в празднике. Хоть это и называлось банкетом, по сути больше походило на политическое и дипломатическое мероприятие.
— Не волнуйся. Сегодня как раз день, когда дарят подарки.
Время было самое подходящее – праздник уже достиг своего разгара.
Из-за подозрительного человека, которого я приняла за Вильгельма, мы немного задержались, но времени всё ещё было достаточно.
С цветочным кольцом в руках я направилась в сторону большого банкетного зала.
Няня, заметно растерявшись, несколько раз пыталась меня остановить.
Мне четыре года. Значит, осталось семнадцать лет.
— Я ведь смогу всего семнадцать раз подарить папе подарок.
— Каждый раз… Это ведь очень, очень ценная возможность.
В конце концов няня просто взяла меня на руки и при этом, как бы невзначай, провела рукой по моей спине.
— Странно… Крылья не прощупываются.
— Нет, мне показалось, ты что-то сказала.
Похоже, она действительно пробормотала это себе под нос, но сама совершенно этого не помнила. В последнее время няня ведёт себя как-то странно.
— Мы уже почти у большого зала, ангел… то есть, Ваше Высочество.
У входа в главный банкетный зал рыцари преградили нам путь.