Глава 9
«Карин умеет тонко чувствовать психологию собеседника и, уловив его слабость, безжалостно давит на неё».
И действительно – заметив, что главная героиня отличается от обычных людей, Карин воспользовалась этим и начала её подчинять.
«Главной героине и так досталось… А я – всего лишь второстепенный персонаж в самом начале истории…»
От одной только мысли становилось не по себе. Если выяснится, что я попаданка, назад дороги уже не будет.
Раз уж я вела себя подозрительно, то про логику и хладнокровие можно забыть.
Сейчас я не взрослый человек с ясной головой, а ребёнок, у которого всё написано на лице. Значит, и вести себя надо соответствующе.
— Мы с лордом Байтоном обучаем разным вещам.
Скрывать неприязнь к Карин было бессмысленно, так что я решила показать её открыто.
— Не хосю! Мне Байтон сийно-сийно нлавится.
— Значит, вы не готовы признать меня своим учителем?
Я не потому раньше не капризничала, что не умела. Просто всё это время я сдерживалась.
Я разрыдалась в голос. Сдерживаемые до сих пор эмоции вырвались наружу, словно извергающийся вулкан.
Карин же смотрела на меня без всякого выражения. Её розовые глаза пугали.
В голове вдруг мелькнула мысль.
В оригинале Карин остановил Аарон.
«Но чтобы он пробудился… Его ведь должна мучить я?»
В романе именно так: мальчик Аарон, которого злодейка Изабель довела до отчаяния, пробуждает свою силу и становится сильнейшим.
«Но я-то его мучить не собираюсь».
Тогда главный герой может вообще не пробудиться. А даже если и так – у него не будет причин ненавидеть Империю мечников. Значит, он не нападёт на дворец Вилотиан.
«И тогда?.. Он не станет императором?»
Карин противостояла Аарону именно потому, что тот стал императором Вилотиан. А если этого не произойдёт… Они никогда и не столкнутся.
«То есть… Некому будет остановить финального босса?»
А значит, когда-нибудь с ним придётся столкнуться… Нашей семье.
«Нельзя же просто отпустить её вот так?»
Она всё равно станет сильнее и вернётся, как и в романе. Ведь её цель – подчинить себе весь мир. Кто бы ни стал императором Вилотиан, они неизбежно столкнутся.
«Может… Лучше держать её рядом?..»
В этом мире есть два сильнейших человека: один из них – папа, другой – главный герой. Но папа слабеет после смерти мамы…
«Если я буду вести себя правильно, мама не умрёт… А значит, папа не ослабеет».
Без главного героя именно папа остаётся почти единственным, кто может противостоять финальному боссу. И если он будет в порядке, то не позволит Карин выйти из-под контроля.
Сделать вид, что ничего не происходит?
Всё равно она начнёт действовать только через двадцать лет. А меня к тому времени уже не будет…
Мне подарили двадцать один год. И пусть немного, но хочется оставить что-то после себя.
Я защищу свою семью. Может, в этом и есть смысл моего второго шанса.
— В таком состоянии обучение будет затруднено. Магия требует тесного взаимодействия между учителем и учеником…
«Интересно… А ведь получается контролировать».
Стоило решить защищать семью, и эмоции вдруг стали поддаваться. Я широко улыбнулась.
«Я же ребёнок. Значит, и действовать буду по-детски».
Судя по всему, моё поведение Карин явно удивило.
— Если я сразу полюблю учителя… Байтон обидится…
Я улыбнулась, прекрасно понимая, что такому лицу невозможно не поверить.
— Изабель будет стараться, учитель.
Подслушивающий снаружи Байтон прикрыл рот рукой и тихо рассмеялся.
Изабель редко капризничала. И то, что она сейчас плакала, требуя привести его…
Если бы она сразу приняла нового учителя, ему бы было немного обидно.
Он обратился к слуге, который работал неподалёку:
Слуга не обладал таким слухом, как Байтон, а потому ничего не понял и лишь неловко улыбнулся.
— Принцесса известна тем, что не капризничает. А это значит, что я ей действительно нужен.
Байтон достал из-за пазухи золотую монету и протянул её слуге. Это было его трёхдневное жалованье. Форма на нём была заштопана, но такую радость нельзя было оставить без выражения.
Стоило слуге почувствовать вкус денег, как он тут же оживился:
— Я и раньше замечал, что принцесса не раз говорила, что хочет видеть лорда Байтона.
Байтон с удовольствием поверил словам, подкреплённым монетой. Он ушёл, довольно насвистывая, и потому не услышал, что сказала Изабель дальше.
— Карин, каким бы выдающимся магом ты ни была… Сердце принцессы уже принадлежит мне.
Никто этого не заметил, но в его глазах на мгновение вспыхнуло безумие – то самое, что было у него в те времена, когда его называли демоном меча.
«И зачем мне вообще учиться магии?..»
Я не до конца понимала, но Карин собиралась меня учить. Мол, специально отобранный наставник.
«А в оригинале Изабель вообще изучала магию?..»
Принцесса Империи мечников, и вдруг магия? Не то чтобы невозможно, но как-то странно.
За последние дни я кое-что определила: завоевать расположение Карин невозможно, ведь по своей сути она холодный социопат.
«Но хотя бы усыпить её бдительность можно».
К счастью, я была ребёнком. Причём… Очень милым. Я сама это прекрасно понимала.
Стоило Карин войти, как я тут же подбежала и закрыла дверь.
Я понизила голос и приложила палец к губам:
— Это желе. Я его берегла. Персиковое.
Я улыбнулась, осознавая, что это моя самая сильная «атака».
Говорят, чтобы расположить к себе человека, сначала нужно сделать подарок. С этого я и начала.
А потом засыпала её вопросами:
— А вам скока лет? Почему вас зовут Карин? Когда вы начали учить магию? А что вы любите есть?
Я задавала ей кучу, казалось бы, пустяковых вопросов, но на самом деле собирала информацию.
Карин отвечала на всё с доброй улыбкой, говорила мягко, держалась с достоинством.
«Вот ведь… По виду никогда не скажешь».
Кто бы подумал, что эта милая женщина – будущий финальный босс?
— Вы ведь знаете о метке Нарвидала, принцесса?
В будущем Карин использует «проклятие Нарвидала», чтобы довести главную героиню практически до смерти. В романе это не объяснялось подробно, но было ясно, что Карин много лет изучала самого Нарвидала, его метку и прочее.
И использовала для этого людей…
Возможно… Именно поэтому она и приблизилась ко мне!
Я немного напряглась, но ответила:
— Это… Когда вырастаешь и умираешь.
— А вы понимаете, что такое смерть?
— Это… Когда с дорогими людьми прощаешься.
Эта жизнь сама по себе подарок.
— Поэтому я благодарна и счастлива.
Розовые глаза Карин внимательно смотрели на меня. Удивительно… По ним и не скажешь, что перед тобой опасный человек. Я едва не расслабилась.
— И то, что я встретила учителя Карин – тоже подарок. Поэтому мне не грустно.
Это была правда, ведь через двадцать лет она станет куда страшнее. Хорошо, что мы встретились сейчас!
— Но когда я уйду… Людям будет грустно?.. Я не хочу, чтобы им было грустно… Но и чтобы совсем не было – тоже не хочу…
События начали развиваться совсем не так, как было в романе.